Николай Непомнящий. Зоопарк диковин нашей планеты. Часть 2

Категория: «Внутренняя политика» семьи Опубликовано 26 Ноябрь 2017
Просмотров: 342

НЕИЗВЕСТНОЕ СОЗДАНИЕ ПРИРОДЫ ИЛИ РУКОТВОРНЫЕ ВАМПИРЫ?

Чупакабрас (от испанских слов chupar — сосать и cabra — коза) появляются как выходцы из ночного кошмара. Вот уже несколько десятилетий ученые ломают, головы, к какому виду, семейству или даже классу отнести, этих тварей — пожирательниц скота в Латинской Америке. Да и не только там, как выясняется…
Кто их видел? Знает ли кто-нибудь, откуда берутся чупакабрас? Являются ли капризом природы или результатом генетических опытов какого-то неправительственного ведомства? Гипотез вокруг этих адских созданий множество, и авторы некоторых из них прямо говорят о вампирах и оборотнях. И тогда старые легенды представляются в совершенно новом, реальном свете…

 

 

 

НЕОБХОДИМЫЙ ЭКСКУРС В ПРОШЛЫЙ ВЕК


«Нечто» из Девоншира
В 1855 году в графстве Девоншир, Великобритания, были обнаружены странные следы, которые крайне взволновали местных жителей: принадлежали ли они самому дьяволу, неизвестной науке птице или же их сотворила группа проказников? Никто до сих пор не знает, что или кто оставил эти следы на земле. Ученые XIX века выдвигали самые разнообразные гипотезы по этому поводу. Одна из них, феноменологическая, утверждала, что речь идет о «нечто», что живет между осязаемым и неосязаемым миром, иногда оставляет свидетельства своего существования, но все равно является недосягаемым для человека.
Что же произошло тогда, снежной ночью далекого 1855 года?
Седьмого февраля в Девоншире прошел обильный снегопад, и белым цветом окрасился весь обширный бассейн реки Экс. Генри Пилк, булочник из деревни Топшем, в то утро поднялся рано, чтобы растопить печи и начать свою обычную работу. Он был одним из первых, кто увидел чистый хрустящий снег, покрывший деревню и окружающие поля. Но на этом снегу он заметил нечто необычное: следы, которые, казалось, оставил очень маленький ослик. Пилк отметил и еще одну странность, кроме размера, — хотя по форме следы были ослиные, но совершенно никак не отличались друг от друга, и нельзя было понять, где какое отпечаталось копытце.
Булочнику никогда не приходилось видеть, чтобы осел или пони так необычно ходили. Хотя его и заинтриговали столь интересные отметины на снегу, но у него было слишком много работы в пекарне, чтобы уделять им внимание, и вскоре он вернулся к своим занятиям.
Альберт Брейлфорд, директор местной школы, отреагировал по-другому. Тем же утром Альберт превратился в организатора целой группы жителей, охваченных азартом охоты, и во главе их устремился по таинственным следам. Группа добралась до пекарни и получила разрешение Пилка войти во двор. Но отсюда, как выяснилось, следы тянулись дальше через деревню.
Обыватели высыпали из своих домов и побросали работу, чтобы присоединиться к группе. Члены поисковой партии разделились, и каждая группа занялась обследованием своей территории, и все эти люди доносили о том, что и в их зоне поисков обнаружились следы. Понемногу возбуждение перешло в страх, поскольку выяснилось, что, кроме всего прочего, существо, прошедшее этой ночью, способно перепрыгивать через стены четырехметровой высоты так, как будто их вовсе не было.


На 150 квадратных километрах
Следы объявились в Эксмуте, Лимпстоуне, Вудбери, Паудерхеме, Мемхеде, Доулише, Тейнмуте, Тотнесе, Торке и других селениях графства, на территории общей площадью 150 квадратных километров. Доктор Бенсон, который практиковал в этой местности, шел по следам от Мемхеда. Пересекая поля и луга, они уперлись в стог сена высотой в шесть метров. Доктор осторожно обошел стог и с удивлением обнаружил продолжение следов с другой стороны, словно бы препятствия вообще не существовало. Осмотрев сам стог, занесенный слоем чистого снега, Бенсон не нашел на нем никаких следов. Все, казалось, указывало на то, что каким-то необъяснимым образом нечто перелетело через скирду или, может быть, прошло сквозь нее, как призрак.
Два охотника из того же района шли по следам много часов по местности, покрытой густыми зарослями колючего кустарника. Цепочка следов здесь внезапно прервалась, но они возникли заново на заснеженных крышах близстоящих домов. Осмотрев то, что осталось от следов в садах, охотники поняли, что они ведут прямо к Мемхеду.
Устье Экса в некоторых местах достигает ширины почти три километра, и вода в те дни еще не замерзла, несмотря на прошедший снегопад. Следы обрывались на одном берегу у самой кромки воды, но затем возобновлялись на другом, как будто существо перелетало или переплывало через широкое речное устье.
Когда следы начали понемногу исчезать под действием слабого февральского солнца, пробивавшегося из-за туч, то их вид изменился.
Края их разделились, и они стали походить на отметины от раздвоенных копыт. (Еще раз напомним, что все происходило в 1855 году. Сельские жители Девоншира в то время были весьма религиозны, и средневековые представления о сатане как о демоне с рожками и раздвоенными копытами были им очень близки.) Вскоре состояние обывателей совершенно изменилось. Мужчины начали спешно вооружаться ружьями и разным инструментом — косами, вилами и граблями. В то время как самые отважные рыскали по полям в поисках ужасного существа из этого или другого мира, способного оставлять такие следы, большинство людей в страхе запирались в домах и баррикадировали двери. Начали появляться кресты, распятия и большие викторианские Библии в кожаных переплетах, которые, как верили, могли защитить от демонских козней, даже от самого сатаны.


Встреча в лесу
В это время охотники чуть не совершили одну ужасную ошибку. Дело в том, что в деревне Вудбери жил Дэниел Пламер, тихий безумец, который бродил по лесу в лохмотьях, украшенных перьями, и подражал голосам разных зверей и птиц. Обитатели Вудбери его хорошо знали и считали совершенно безобидным; большинство не принимало в его жизни никакого участия, хотя некоторые изредка давали ему поесть, когда он приходил к ним за милостыней. К несчастью Дэниела, группа охотников, выслеживавших «чудище» в лесу, его не знала. Он попытался от них бежать, его быстро поймали и уже собирались с ним разделаться, считая, что он и есть то самое «чудище». Тут к охотникам подошел эсквайр Бартоломью, местный мировой судья, и едва успел объяснить, кто такой Дэниел.
Итак, в ту февральскую ночь нечто, не похожее ни на один вид зверей, живших в этой местности, оставило цепь следов в форме подковы на пространстве в 150 квадратных километров. Они выглядели совершенно иначе, чем отпечатки лап любого четвероногого или даже двуногого существа, такого, как человек, у которых следы ног отличи-мы правый от левого. С другой стороны, эти следы были выпуклые; значит, нога, копыто или что-то еще было вогнутым. Каждый след был отделен от предыдущего и последующего расстоянием в 20 сантиметров, и так они растянулись по длине на многие и многие километры, причем дистанция между следами сохранялась независимо от того, была ли на пути холмистая или ровная местность. Каждый след имел 10 сантиметров в длину и 7 сантиметров в ширину, и эти размеры тоже оставались неизменными на всем пути.


Обескураживающие теории
Что могло оставить такие следы? Предположений на этот счет возникло множество. «Иллюстрейтед Лондон ньюс», «Таймс», «Инвернесс курьер» и «Брайтон гардиан» запечатлели эхо этой истории. В середине XIX века в Великобритании было много натуралистов-любителей, жаждавших поделиться своими гипотезами и с жаром их отстаивающих.
Как и в случае с кругами на пшеничных полях, и здесь не исключена возможность, что следы могли быть сделаны какими-то шутниками. Надо признать, что в викторианской Англии было много молодых аристократов, вполне обеспеченных и маявшихся от безделья. Они как раз обожали такого рода шутки и мошенничества и частенько сами признавались в авторстве тех или иных «умных загадок». Однако невозможно, чтобы один и тот же мужчина или одна и та же женщина всего за ночь пробежали 150 километров; следовательно, шутников должна была быть целая шайка. Кроме того, всем известно, как сложно скрыть такого рода тайну. Когда знающих ее много, кто-нибудь да проговорится. Но никто так и не сказал по поводу девонширских следов: «Это моих рук (или ног) дело».


Поскольку Девоншир находится на побережье и морская вода проникает в устье Экса, многие натуралисты сочли возможным допустить, что следы оставила какая-нибудь раненая чайка. Но для любой чайки пробежать 150 километров в подобных условиях — это невыполнимый подвиг. Никакая морская птица не пройдет столько по земле, и не существует птиц, чьи лапы, без перепонок и когтей, могли бы оставлять такие следы. Хотя версия об их принадлежности какой-нибудь птице имела свои преимущества — так можно было объяснить, каким образом существо преодолевало разные препятствия на своем пути. Однако на снегу не осталось отметин от крыльев в тех местах, где предполагаемая птица должна была взмывать на них в воздух!
В одной статье, опубликованной в «Иллюстрейтед Лондон ньюс» за 10 марта 1855 года, делалась ссылка на другую статью, в «Брайтон гардиан» за конец февраля. А в ней, в свою очередь, давалась ссылка на «Космос», книгу барона Александра фон Гумбольдта, в которой он говорит о полулегендарном странствии Бьерна Хериольфсона в 1001 году. Этот путешественник, который, судя по всему, достиг побережья полуострова Лабрадор в Северной Америке, описывает одно очень забавное животное, которое называет одноногом. У него, как видно из наименования, всего одна лапа, но с ее помощью это исключительное существо «способно летать, а скорее — бежать с невероятной скоростью, часто отталкиваясь от земли через равное расстояние…». Интересный рассказ, хотя его источники остаются неясны. Таким образом, и «Иллюстрейтед Лондон ньюс», и «Брайтон гардиан», в свою очередь, подсунули читателям еще одну утку.


Животное или дьявол?
Скачущие крысы, жабы, лягушки, кролики, зайцы, барсуки и многие другие были предложены тогдашними натуралистами в качестве существа, оставившего свои следы. Но продолжительность цепочки следов, их исчезновение и появление вновь с другой стороны встречающихся препятствий, таких, как стог сена или широкая река, — все эти факты ослабляют подобные теории до их полного разрушения.
Другая интересная гипотеза заключалась в том, что какой-нибудь воздушный шар сорвался с якоря и был унесен в Девон ветром. Якобы именно его волочащаяся по земле цепь и оставляла на снегу такие подковообразные следы. Но их регулярность делает эту теорию несостоятельной. Любой шар во власти порывов ветра станет время от времени набирать и терять высоту, и цепь не станет выписывать на земле ровную линию из следов, а оставит их совершенно разными.
Немаловажно и то, что в это время никто не заявил об исчезновении воздушного шара. К тому же в 1855 году воздушных шаров было очень мало.
Без сомнения, многие обитатели Девоншира, которые видели странные следы, всерьез полагали, что это дело самого дьявола, или, по крайней мере, каких-нибудь ему подчиненных мелких бесов. Многих тогда мучила идея греха, и мысль, что посланец ада бродит среди людей, приближается к их дверям и заглядывает в окна, людей весьма и весьма тревожила.


Феноменальное
Через 120 лет после этой истории Джон Мичелл и Роберт Рикард написали прекрасную книгу под названием «Феномены», в которой блестяще изложили довольно сложную для понимания философскую концепцию феноменализма, приложив соответствующие иллюстрации и описания интересных случаев.
Вкратце: феноменализм утверждает, что наше постижение Вселенной и особенно ее неизвестных областей, может улучшиться и обогатиться, если мы посмотрим на нее как на общее, единое, протяженное пространство, а не как на собрание отделенных друг от друга, герметично запертых отсеков. Феноменализм предполагает, что космос — это большая река событий, а не ряд независимых луж, озер и океанов.
В своем восприятии Вселенной мы выделяем физически конкретные факты, такие осязаемые элементы, как сосиски, вино, тарелки, монеты, веревки и мотоциклы. Но мы также знаем, что существуют сны, воображаемые картины, утопии и фантазии о Дон Кихоте и Алисе в Стране чудес.
Феноменализм предлагает пересмотреть наше восприятие, утверждая, что все предметы и события встречаются в каком-то пункте между этими двумя крайностями. Именно там обитают такие существа, как огромные кошки из Девоншира, тибетский йети или сасквач североамериканских лесов. Эти существа являются в определенные моменты и определенным людям и оставляют загадочные следы. Но их почти невозможно сфотографировать или изловить. Если сны и вымыслы являются ментальными феноменами, а чеснок, вино, тарелки, столы и бутылки — чисто физическими объектами, то где-то между их мирами обитают люди-волки, вампиры, сущности, вызывающие полтергейст, морские чудища, корабли-призраки, привидения и девонширские монстры. Может быть, существует какая-нибудь земля, где физическая и ментальная реальности встречаются, смешиваются и взаимопроникают?


Ответа пока нет
Есть загадки без разгадки — такова и эта, которая сопротивляется разрешению вот уже больше века, не сдаваясь перед современной наукой с ее усовершенствованными методами исследования. Факты остаются, но объяснение по-прежнему отсутствует. Нечто оставило свои следы протяженностью в 150 километров в окрестностях реки Экс в Девоншире в ночь на 7 февраля 1855 года. Следы не похожи ни на любые другие, принадлежащие известной птице или зверю. Идет ли речь о каком-то редком животном или же совсем неизвестном науке? Или это была чья-то шутка? Или здесь замешаны сверхъестественные силы? Может быть, сорвавшийся с якоря шар? Ни одно из этих объяснений не соответствует всем признакам. Не соответствует настолько, что нам даже пришлось обратиться к феноменализму. Хотя следы сами по себе были не менее реальны, чем земля, на которой они отпечатались, то, что их оставило, скорее всего, не принадлежит к нашей реальности.

А СЕЙЧАС СНОВА В ВЕК ДВАДЦАТЫЙ. И СНОВА ВЕЛИКОБРИТАНИЯ

 

 

 

 

 

ЗАГАДОЧНЫЕ КОШКИ КОРНУОЛЛА

Странные существа выходят на охоту из Корнуоллских верховых болот (Великобритания). Некоторые считают их просто одичавшими домашними кошками, но очевидцы рассказывают об огромных чудовищах.
Растерзанные и обглоданные трупы домашних животных и не очень четкие кадры видеосъемки доказывают, что загадочные твари существуют. Они появляются в глухих местах в самой безлюдной части Корнуолла. В этой местности люди издавна охотились на лис, барсуков и диких кроликов. Крупные хищники семейства кошачьих там не водятся. И сегодня вдоль болот все чаще находят разорванные на части туши бычков и овец.
Это началось в 1995 году. Местные фермеры недосчитались тогда 77 овец и бычков. Судя по отпечаткам лап на местности, по следам когтей и клыков на телах животных, они стали добычей каких-то огромных хищных зверей. Охотники, ходившие на болота пострелять дичь, рассказывали, что встречали там кошек чудовищных размеров. Звери не нападали на них, но вели себя очень смело, так что некоторых из них удалось сфотографировать и даже заснять видеокамерой.
Собранные материалы послали в Лондон, в министерство сельского хозяйства. Но, несмотря на многочисленные свидетельства очевидцев, фото— и видеодокументы, подтверждающие подлинность фактов, чиновники сочли существование таких животных маловероятным.
Двух биологов, которые исследовали присланные материалы, отправили в командировку в Бодмин, чтобы они по возможности выследили загадочных существ. Через два месяца ученые представили своему начальству результаты своих поисков — видеопленки, на которых нетрудно было узнать безобидных домашних кошек. А бычков, по их мнению, задрали и съели местные хищники и собаки. Министерство удовлетворилось такими выводами и прекратило поиски неизвестных чудовищ.
Но люди, живущие рядом с Корнуоллскими болотами, по-прежнему боятся хищных «кошек» с огромными горящими глазами.
«Корнуоллские кошки» снискали не меньшую славу, чем знаменитая «собака баскервилей», с той лишь разницей, что о них не слагаются легенды. Деревенские жители часто встречают на болотах чудищ, которые при виде людей неслышно удаляются большими прыжками. При виде их горящих в темноте круглых глаз даже у записных храбрецов мороз по спине пробегает.
Некоторые зоологи уверены, что в Англии кое-где водятся крупные хищники семейства кошачьих, например пума. По мнению куратора Лондонского зоопарка Дугласа Ричардсона, «чудовища с Корнуоллских болот» — это, скорее всего, пумы или пантеры. Ричардсон напомнил, что в 1976 году правительство Великобритании издало закон, по которому граждане, содержащие у себя диких животных, обязаны их регистрировать и платить за них налоги. Наверное, владельцы диких зверей, не пожелавшие за них платить, просто выпустили своих питомцев на волю. В довольно мягком климате Англии часть хищных заморских «кошек» могла выжить и расселиться на болотах графства Корнуолл.
…Джон опомниться не успел, как сокрушительный удар в спину свалил его с ног. Обернувшись, он увидел, как в темноте сверкнули два огромных, как блюдца, желтых глаза, и тишину потряс звериный вой. Джон выхватил из кармана куртки фонарик и направил его перед собой. То, что он увидел, заставило его похолодеть от ужаса — яркий луч света выхватил из темноты громадную кошачью морду абсолютно черного цвета с длинными, как у саблезубого тигра, клыками. Уже лежа на земле, Джон разразился впечатляющей тирадой, сдобренной отборнейшими ругательствами.
И тут свершилось чудо. Зверь в растерянности отпрянул и, немного потоптавшись у поверженного навзничь тела, неожиданно скрылся во мраке.
Джон Хэмстед оказался первым, кого загадочная кошка из Корнуолла оставила в живых. Старики поговаривают, что кровожадная бестия обитает здесь с незапамятных времен и отправила на тот свет немало прадедушек и прабабушек нынешних жителей окрестных поселков. Появляется она в лесу только в високосные годы и обязательно кого-нибудь убивает. Те, кому приходилось видеть ее издали, утверждают, что злобная тварь напоминает гигантскую пантеру с огромными, в полметра, клыками, абсолютно круглыми глазами и лохматыми ушами спаниеля. Зверюга способна одной лапой сломать хребет корове и свалить сосну.
Загадочная кошка особенно любит подстерегать людей у ограды заброшенного замка Моруэнстоу. Говорят, ей доставляет удовольствие чесать уши о проржавевшие петли массивных ворот и точить когти, устроившись на широкой каменной стене. Она чувствует себя здесь полновластной хозяйкой после того, как пару столетий назад отправила на тот свет прежних владельцев замка. Бессердечная тварь загрызла хозяина, утопила в пруду его жену, а детей выбросила из окна. С тех пор замок необитаем, и пока ни у кого так и не возникало желания приобрести его.
Полиция упорно не верит очевидцам, утверждая, что описанного ими зверя не может существовать в природе. Сельчане вооружались, кто чем мог, и устраивали на чудовище облавы. Но оно словно чуяло, что ему угрожает опасность, и бесследно исчезало. Пока никому не удавалось обнаружить ни его следов, ни логова.
Загадочные хищные создания наподобие корнуоллского обитают и в других графствах Великобритании. В тот год, когда на небе выстроился парад планет, в Кенте неведомый зверь повадился шастать ночами по жилым поселкам и, загнав в конуры перепуганных собак, ломиться в дома. Местные жители уже давно укрепили двери и окна плотными ставнями и металлическими решетками. Повышенные меры предосторожности оказались кстати, и в результате набегов лесного соседа пострадал всего один дом — тот, который недавно приобрел в качестве дачи кто-то из городских жителей. Новый хозяин не поверил местным байкам и в одну не самую прекрасную ночь был разбужен доносившимся с улицы диким завыванием. Не успел приезжий высунуть голову из-под одеяла, как раздался звон стекла и в проеме окна нарисовалась звериная морда.
Повинуясь инстинкту, человек нырнул под одеяло и, подглядывая в щелочку, увидел, как в комнату запрыгнуло настоящее чудовище. По уверениям очевидца, оно напоминало адскую помесь волка, льва и морского котика. Шлепая похожими на ласты лапами, неведомый монстр громко сопел и шмыгал носом, оставляя на полу длинные борозды чего-то похожего на сопли. Опрокинув пару стульев, он скрылся в соседней комнате, и через секунду весь дом громыхал, звенел и содрогался. Вспотевшему от напряжения хозяину оставалось только молить Бога, чтобы незваный гость поскорее покинул его жилище. Наутро уцелевший бедолага обнаружил, что ополоумевший зверь разгромил всю мебель и растоптал в крошку дорогой сервиз, обмазав своей слизью стены и жалюзи. Оценив потери, пострадавший быстро собрал вещи — и был таков.
Судя по свидетельствам очевидцев, которым приходилось сталкиваться с неизвестными науке хищниками, в Великобритании их видели и в Озерном крае, и в Грампианских горах, и даже в водах Ла-Манша. Рыбак из поселка под Портлендом рассказал, что его лодку чуть не потопил заяц величиной с моржа» у которого вместо хвостика торчал над водой огромный плавник. Уцепившись длинными резцами за борт, зверь принялся с такой силой раскачивать неказистое суденышко, что своими длинными ушами, которыми он неистово размахивал в воздухе, сбил человека с ног.
Внешне звери-монстры совершенно непохожи друг на друга, и объединяет их только одна общая черта — все они на редкость безобразны. Одни очевидцы утверждают, что видели волка с гривой льва, другие — тигра с мордой собаки, третьи — гиену с лапами леопарда. Мерзкие хищники умеют не только реветь, но и хохотать, плакать и даже распевать песни. Один деревенский житель наблюдал, как жуткий монстр, задравший лошадь, стоял над своей жертвой и завывал что-то похожее на рождественский гимн.
Британские криптозоологи (специалисты по неопознанным животным) давно занимаются изучением странных зверей, существование которых отрицает официальная наука. В последнее время в Британский центр нетрадиционной зоологии стекается такое количество сведений о диковинных тварях, что специалистам даже пришлось на время отказаться от поисков лох-несского чудовища, тем более что оно прочно залегло на дне к, видимо, в ближайшие годы не собирается всплывать на поверхность.

 

 

 

 

 

ВЕРНЕМСЯ В ПУЭРТО-РИКО

Итак, с чего же все началось? В 1967 году одно семейство фермеров-пуэрториканцев заявило, что на их кораль напала стая волков-убийц, которые зарезали много овец. Даже беглый осмотр трупов животных показал: необходимо более внимательно изучить это происшествие. У овец имелись на теле раны, совершенно непохожие на те, какие оставляют хищники, в частности, волки. Гораздо больше они напоминали своей глубиной и точностью хирургические надрезы. Кроме того, все трупы были начисто лишены жидкости. То есть можно заключить, что животные погибли от потери крови. Кто же это сделал?
Латиноамериканская пресса описывает множество случаев, когда местные жители встречали странных существ, — некоторые из таких встреч заканчивались трагически, а в других людям удавалось прогнать чупакабрас одним своим появлением. Их описывают как низкорослых человекоподобных животных с большой головой и крупными, широко раскрытыми черными глазами, крепкого сложения и испускающих отвратительный, тошнотворный запах, точно так же, как и бигфуты в Скалистых горах. Между 1987 и 1991 годами сообщалось о более чем 50 случаях столкновения со странными человекоподобными существами, которые чаще убегали, но иногда, наоборот, набрасывались на людей. Одновременно с этим в Пуэрто-Рико произошел буквально обвал встреч и наблюдений НЛО. Сама собой напрашивается версия о связи между этими существами и неопознанными объектами. Но в то же время имеется явное сходство между этими монстрами из газетных сообщений и теми, кого сейчас называют чупакабрас в наши дни, когда появление их с прилетом НЛО не совпадает.


Блуждающая загадка
Вирхилио Санчес Осехо из Майами, один из самых известных американских авторитетов в области изучения неведомого, твердо уверен, что между происшествиями в Пуэрто-Рико и теми событиями, которые имели место на фермах во Флориде, существует прямая связь.
С другой стороны, известный журналист Хайме Мауссан, исследовавший подобные случаи в Мексике, предлагает самые невероятные свидетельства и точные доказательства существования чупакабрас в этой стране. Нет никакого сомнения, что пуэрториканские данные и те, что собраны Мауссаном в Мексике, описывают одно и то же чудовище, — признаки их нападения очень похожи в обоих случаях. Кроме того, Мауссан собрал показания людей, подвергшихся нападению чупакабрас, которые смогли сделать довольно точное описание атаковавших их тварей.
А кроме Мексики, были еще и Гватемала, и Коста-Рика, и Сальвадор, и Бразилия, и Венесуэла, и Панама… Да, нельзя не признать, что нечто странное происходит в самых малонаселенных и влажных областях нашей планеты. Даже влиятельный еженедельник «Латин ньюс», распространяемый на северо-востоке континента латиноамериканской общиной, удивил своих читателей во вторую неделю мая 1996 года сообщением о том, что чупакабрас видели на… Лонг-Айленде в Нью-Йорке, и довольно большое число людей…


Только ли в Америке?
Не так давно за несколько недель в различных областях Испании был отмечен высокий падеж овец. Не исключено, что в некоторых случаях подобного рода события могли быть вызваны активностью грабителей. Однако в большинстве своем они сопровождались необычными обстоятельствами, которые наводят на мысль о том, что гибель скота вызвана необычным животным с повадками скорее вампира, чем хищного зверя, поскольку это существо, вместо того чтобы разорвать свою жертву, а затем съесть, проделывало у нее на шее отверстие, через которое выпивало всю кровь.
Еще одна загадочная особенность этого события — то, что ни один человек не видел мистическое животное. Хотя и здесь ходят слухи о каком-то двуногом существе.
Некоторые средства массовой информации и официальные органы, как водится, поспешили поскорее закончить с этим делом, дав лживые и неправдоподобные объяснения случившемуся, несмотря на то что «деятельность» чупакабрас в странах Карибского бассейна продолжается. В Мексике, например, цензура запретила какое-либо упоминание о подобных событиях.


Чупакабра в Кременчуге?
В начале августа 1990 года на юго-восточной окраине города Кременчуга группа подростков, в числе которых была и девушка Лена Бархотина, отправилась вечером купаться на Днепр. Место, которое выбрали ребята для купания, было довольно глухое. Берег там песчаный, поросший зарослями ивняка. Недалеко от берега, параллельно ему, протянулся длинный островок, также поросший кустарником. Когда все пошли купаться, Лена осталась на берегу караулить вещи. Она стояла у кромки роды, лицом к реке, наблюдая за купающимися.
Неожиданно девушка услышала откуда-то сбоку странный звук, похожий на плач маленького ребенка. Повернув голову, она увидела метрах в десяти от себя стоящее около кустов странное существо.
Ростом оно было около метра и напоминало кенгуру. У существа были маленькие передние конечности и небольшой хвост. Лена успела хорошо разглядеть лицо существа: очень большие, красного цвета глаза, маленький нос, ушей видно не было. Существо сделало короткий неуклюжий прыжок в сторону Лены. Тут нервы у девушки не выдержали, и она с криком, прямо в одежде, побежала по воде к группе купающихся товарищей. Те не могли понять причину столь сильного страха, поскольку существа не видели. Когда же Лена рассказала об увиденном, они подошли к злосчастному кусту ивняка и увидели на песке четкий трехпалый след длиной около 25 сантиметров, похожий на птичий.
При дальнейшем исследовании выяснили, что летом того же года на островке появились интересные следы: маленькие следы, похожие на человеческие, постепенно трансформировались в птичьи, а затем исчезали у самой кромки воды.
«Летающий человек» Приморья достаточно хорошо известен читателям. Его видели сотни человек на протяжении сотни лет, и его существование подтверждено рассказами многих авторитетных людей. Возможно, все вышеизложенные случаи объединяет одно — существо, похожее на человека, но умеющее летать, живет рядом с нами. Вот только видим мы его (или не видим) каждый по-разному. И очень часто его появлению предшествует появление в небе огненного шара…


«Летающий» в дебрях уссурийской тайги
Вместе с приятелем хабаровчанин Дмитрий Никонов путешествовал по реке Бикин, впадающей в Уссури. И вот однажды ночью они услышали протяжные крики, похожие на плач женщины. Причем источник звука не стоял на одном месте, а передвигался: вопли и подвывания слышались то из одного, то из другого места. Путешественники, как признался Дмитрий, испытали леденящий душу страх. Потом, уже во Владивостоке, они услышали историю о «летающем человеке», якобы обитающем в дебрях Уссурийской тайги в южной части Приморья.
Что же это за загадочное существо живет в приморской тайге? Этим вопросом, между прочим, задавался еще знаменитый исследователь уссурийского края В. К. Арсеньев. Вот что он писал в одной из своих книг: «Собака моя плелась сзади. На тропе я увидел медвежий след, весьма напоминающий человеческий. Альма ощетинилась и заворчала. И вслед за тем кто-то стремительно бросился в сторону, ломая кусты. Альма плотно прижалась к моим ногам… В это время случилось то, что я вовсе не ожидал. Я услышал хлопанье крыльев. Из тумана выплыла какая-то масса, большая и темная, и полетела над рекой. Собака выражала явный страх и все время жалась к моим ногам. В это время послышались крики, похожие на вопли женщины… Вечером удэгейцы принялись оживленно обсуждать версию о том, что в этих местах живет человек, который может летать по воздуху».
Не верить свидетельству Владимира Клавдиевича может разве что отъявленный скептик. Арсеньев очень дорожил своей научной репутацией и о том, в чем не был уверен, писать бы не стал.
Между прочим, в досье президента Приморской ассоциации уфологов Александра Ремпеля есть аналогичные факты, касающиеся «летающего человека» и относящиеся уже к нашим дням. Любопытен, например, рассказ известного дальневосточного следопыта Ен Ван Шана. Однажды его в течение нескольких минут преследовали «женские» вопли. Самого существа таежник не видел, но в панике бежал по тропе больше километра и с той поры никогда не возвращался на то место. Может быть, он испугался криков какой-нибудь птицы? На такие вопросы Ен Ван Шан обижается: прожив всю жизнь в тайге, он узнал бы по голосу любую птицу. Это было что-то другое — неведомое ему существо.
Охотники рассказывают об этом существе, якобы замеченном в районе гор Пидан и Облачная. Его не раз слышали в 30—40-х годах в этих краях. Известен и такой факт. В 1944 году в хозяйстве близ Екатериновки (в южной части Приморья) работали шестеро солдат во главе со старшиной. Однажды вечером двое из них возвращались на телеге с продуктами из деревни. Не доезжая трех километров до хозяйства, солдаты увидели огромный спускающийся к земле светящийся шар. В момент приземления шара послышались душераздирающие «женские» вопли. Бросив телегу, парни помчались в хозяйство. После этого они панически боялись темноты, рассказывали о «летающем человеке».
Записал Александр Ремпель и рассказ охотника А. И. Куренцова. Ночью охотник вдруг проснулся от ощущения, что за ним наблюдают. Боковым зрением увидел, как планирующим полетом с крутым снижением на костер стремительно падает что-то огромное и темное. Опрокинувшись на спину, чтобы избежать столкновения, охотник увидел, как над ним, едва не касаясь земли, пролетел… человек. Куренцов запомнил перепончатые крылья, похожие на крылья летучей мыши. Быстро вскочил и спрятался за ствол ближайшего дерева, откуда не выходил до рассвета. Утром обследовал все вокруг, но никаких следов не обнаружил.
Еще более жуткий страх пережила семья Иваницких. Поздней ночью она была разбужена в своей избе необычно громким стрекотанием, схожим по тембру с песней сверчка. «Сверчок», однако же, быстро замолк. Глава семьи обнаружил, что звук шел из-под кровати, и увидел под ней необычное прижавшееся к стене существо: не то собака, не то еще что-то. Попробовал выманить — не получалось. Иваницкие начали бросать под кровать тапочки. «Собака» дернулась и неожиданно выбросила вперед длиннющий хобот, которым попыталась обхватить ноги кого-нибудь из хозяев. Тут уж перепуганное семейство вынуждено было обороняться и бить существо чем попало, а дети брызгали в него дихлофосом. Существо сжалось, откатилось в дальний угол и затихло. Когда его вытащили из-под кровати и хорошо разглядели, то увидели нечто не известное никому, напоминающее по величине небольшую собаку, но имевшую короткую голубоватую шерсть, две трехпалые лапы и жесткие крылья около полутора метров длиной, по форме напоминающие крылья летучей мыши. Морда существа была похожа на отлитую в гипсе маску лица человека — почти плоская, с большим лбом, не покрытым шерстью, очень крупными глазами и крошечным безгубьш ртом. Вместо носа у существа была треугольная дырочка. Оно, по всей видимости, было уже мертвым. Его выбросили в яму, оставленную строителями. Позже яму засыпали.


Что это такое было? Что в этой истории правда, а что, возможно, вымысел, установить сегодня невозможно, поскольку история давняя и прямых доказательств случившегося у исследователей нет. Но настоящей сенсацией можно считать свидетельство туристов группы Александра Лазарева, сделавшей остановку у горы Пидан. Туристы заметили летящего с горы на дельтаплане человека. Привлекли внимание «крылатая» конструкция дельтаплана и (с виду) ребенок, управляющий летательным аппаратом. Видеокамера приблизила летящего человечка, и оператор вдруг увидел, что это вовсе не дельтаплан. На пленке видеокамеры осталось изображение необычного «лица» крылатого существа — быть может, неизвестной науке огромной летучей мыши с почти человеческим лицом.
Несколько лет назад зимой четверо охотников из поселка Тигровый отдыхали у костра. Они услышали страшный шум около маленького озера. Заинтересованные взяли ружья и фонари, кликнули собак и пошли к озеру. При подходе к берегу собаки завыли, поджали хвосты и прижались к людям (вспомним, что почти так же описывает реакцию собаки при встрече с летающим существом Владимир Арсеньев). Около дерева люди разглядели человеческую фигуру ростом около полутора метров. В свете фонарей они увидели существо с громадными красно-оранжевыми глазами и похожими на крылья руками. «Летающий человек» взмахнул крыльями и низко пролетел между деревьями.
А вот еще одно свидетельство, самое свежее. Хабаровчанка Инесса Григорьева в конце января 1997 года приехала в село Анисьевку на отдых. Прогуливаясь по окраине села, она заметила крупную птицу, летевшую в ее сторону. Присмотрелась, пытаясь определить, что это такое, и остолбенела. «Я видела две свисающие вниз ноги, похожие на человеческие, — рассказывала она. — Существо снизилось, сделало круг и улетело. Крылья были неподвижны, двигалось существо бесшумно. У него было человеческое лицо, во всяком случае, рот и большие глаза я разглядела».
Кто же все-таки живет уже сотни лет, а может быть, и больше в приморской тайге? Реликт, сохранившийся до наших дней? Мутант? Инопланетное существо, время от времени навещающее уссурийские дебри? Возможно, когда-нибудь мы это все-таки узнаем…


Люди-филины
Филина с омерзительной (человечьей притом!) мордой удалось сфотографировать жительнице Хабаровска. Как сообщает учительница русского языка и литературы 27-летняя Галина Завадина, на чудище она набрела, гуляя с двухлетней дочкой Элей в роще неподалеку от своего дома. И сначала от испуга и неожиданности завопила так, что, «наверно, за километр было слышно». Монстр между тем ее крик проигнорировал — продолжал спокойно сидеть на дереве, разглядывая Галю каким-то «нехорошим взглядом». «Не знаю, от страха или под воздействием этого гнусного взгляда, но у меня жутко разболелась голова, — пишет Завадина. — Элька как ни в чем не бывало показывала на „филина“ пальчиком и заливисто хохотала. А у меня почему-то было такое ощущение, как будто вся вывалялась в грязи. И убежать сил не было — он меня словно загипнотизировал». С трудом преодолев оцепенение, Галина навела на «филина» фотоаппарат и нажала кнопку.
«Он заухал, как настоящий филин, — продолжает она, — взмахнул крыльями и улетел. Сразу после этого головная боль отпустила и я снова почувствовала себя в полном порядке. Ума не приложу, что это было. Мутант? Инопланетянин? Или сказки не врут и нечистая сила существует в реальности?»
Со своей стороны мы сначала заподозрили, что дама пытается разыграть редакцию. Однако проведенная экспертиза удостоверила подлинность фотоснимка. К тому же запечатленный Галей на нем странным образом совпадает с человеком-филином в описании… английских очевидцев.
Представьте себе, там, в окрестностях городов Эксетер и Эксмут (графство Девоншир), располагается, по мнению специалистов, «мировой полюс паранормальности». На небольшой территории с завидным постоянством появляются НЛО (причем порой похищают людей), бесчинствуют полтергейсты, безобразничают таинственные существа, похожие на персонажей киноужастиков. Обычное дело услышать загадочные звуки, раздающиеся «ниоткуда». Совсем неявно. Например, электрик по имени Иен записал на магнитофон такой запредельный голос, отдаленно напоминающий кукареканье. Записал, кстати, в собственном доме, где нет ни петухов, ни даже канарейки.
Да что звуки! Одна несчастная собака с наступлением вечера забивается под стол и просто отказывается выходить на улицу. И немудрено — однажды ее искусала жуткая тварь, похожая на огромную обезьяну с тигриными клыками. По словам людей, видевших чудовище, при одном взгляде на него кровь застывает в жилах. На его счету немало загубленных собачьих, кошачьих и овечьих жизней, но самое странное, что на земле тигрообезьяна следов не оставляет — словно перемещается по воздуху!
У одной девонширской жительницы, как сообщило Би-би-си, входная дверь в доме… истекала натуральной кровью. Происходило это по вечерам и продолжалось долгое время. А в заливе неподалеку десятки людей видели громадных морских змей.
Ну а что же наш «филин»?
— Человек-филин появился в 1976 году в одной из местных церквей, — рассказывает руководитель группы ученых, изучающих «полюс паранормальности», Джон Даунс. — Прихожане восприняли это как крайне дурную примету.
Характерно, что и у британцев встреча с «филином» вызвала весьма негативные эмоции, как будто его глумливая рожа и впрямь действовала на них гипнотически.
В общем, на наш взгляд, не исключено, что монстр, посетивший Девоншир, и монстр, сфотографированный Галиной Завадиной, — один и тот же. Неясно, правда, где он пропадал 20 лет, — неужели так долго добирался от Англии до Хабаровска? А может, такие существа распространены по всему свету, только не любят встречаться с людьми?..
Но вернемся к нашей теме.


Беззубый волк?
После того как в Португалии был отмечен высокий падеж овец, один из телеканалов показал репортаж, в котором данное событие сравнивалось с подобным явлением в Новом Свете.
Фермеры различных областей страны были взбудоражены. Следуя примеру властей других стран, которые столкнулись с подобного рода явлениями, министерство сельского хозяйства поспешило заявить, что в падеже овец повинен… обычный волк. Ветеринар Альваро Лопес, представитель данного ведомства, публично заявил об этом в местной «Газете ду интерьер». Одновременно он резко критиковал за некомпетентность репортаж, передававшийся по телевидению. Однако и сам Лопес был очень удивлен, увидев следы ран на теле убитых овец. Знаменитый ветеринар не мог даже определить, какое животное способно такое сотворить. Биолог Педро Сарменто предположил, что речь идет о волке, «но не обычном, а об очень умном и с большим опытом». (Напомним, что на шее у всех животных, подвергшихся нападению, были обнаружены небольшие отверстия.) В некоторых средствах массовой информации, дабы не придавать делу мистической окраски, были предложены самые нелепые объяснения этому факту.
Так, например, провинциальная газета «Пово да Бейра» опубликовала буквально следующее:
«Беззубый волк убил девять овец — загадка, лишившая сна жителей близлежащих селений. В Тулоесе люди напуганы этим таинственным падежом овец, на шее у которых находят странные отверстия. С самого начала ветеринары заинтригованы всем происходящим, поскольку отверстия на телах овец сравнительно небольшого размера. Однако они сделаны таким образом, что у животного не остается шансов выжить. Результаты исследований, проведенных биологами и ветеринарами, позволили заключить, что у этого волка всего один клык».


Сумасшедший с собакой?
Несмотря на явную комичность разъяснений, португальская газета оказалась не единственным, кто опубликовал подобные материалы. За несколько дней до этого испанская «Мундо» напечатала такое сообщение: «Около сотни мертвых овец со странным проколом на шее обнаружено в районе Бискайского залива. Фермеры полагают, что это дело рук некоего сумасшедшего, сопровождаемого каким-то животным с одним-единственным клыком».
Чтобы получить более полную информацию, эксперты из журнала «Энигмас» отправились в долину Лас-Энкартасьонес.
— Зная о том, что местная организация по изучению аномальных явлений «Эртзайнтца» проводит в этой области определенные исследования, — пишет Магдалена дель Амо-Фрейхедо, — мы и направились прямо туда. Честно говоря, будучи в курсе того сложного положения, в котором находится это общество, мы не надеялись обнаружить что-либо стоящее. Тем не менее нас встретили радушно и согласились предоставить свой архив. Нам удалось просмотреть документы, относящиеся к интересующим нас событиям, фотографии мертвых животных, а также добыть адреса и телефоны пострадавших фермеров. Относительно ран на теле служащий, собиравший свидетельства, заявил: раны не похожи на те, что обычно оставляет волк. Также была замечена еще одна важная особенность. По словам одного из фермеров, у некоторых животных сломаны несколько костей и позвонков, как будто их ударили каким-то тяжелым металлическим предметом.
Фермер Хосе-Луис Рибакоба потерял несколько овец. Он рассказывает об этом так: «Эти раны довольно необычные. Я не знаю почему, но овцы после них не вылечиваются. Несколько лет назад в этих краях появился волк-одиночка, который таскал овец. Иногда он отгрызал у телок или баранов большие куски мяса. В конце концов мы поймали этого волка и содрали с него шкуру, а вот раненных им животных мы находили настолько обессиленными, что приходилось их выхаживать перманганатом (марганцевой кислотой. — Ред.)и отварами трав. Раны довольно быстро заживали, и, несмотря на то что общее состояние животных было тяжелым, они вскоре поправлялись и чувствовали себя превосходно. Что же касается нынешних ран, то хотя они и намного меньше, но практически не вылечиваются».
Другой фермер, Рикардо Фернандес, остался почти без овец. За одну ночь он лишился 30 животных, которые погибли при известных уже нам обстоятельствах. Фернандес не думает, что это сделал волк. Он считает, что это была одичавшая собака, в которой проснулся инстинкт убийцы: «Люди часто бросают собак, уезжая в отпуска или на каникулы. Животные же, в свою очередь, убегают в горы и дичают».


Местами, где наиболее часто животные становятся объектом нападения загадочного существа, стали горы Эспальдасека, Урблиса, Ильсо, Анго-стура, Антуньяно и Тромосамос. Южнее, в горах Урбаса, спокойствие, царившее до этого на местных пастбищах, было прервано нашествием на эти места неизвестной твари-убийцы. Хосе Ведайо, фермер, обнаружил, что его лошадь околела. У животного одна рана была на шее, а другая на боку. Исследователи из «Энигмас» решили отправиться в те места, чтобы получить побольше достоверной информации. Поднявшись на гору Раса, они встретили пастуха с близлежащей фермы с большим топором в руке.
Из разговора с ним журналисты узнали, что в этих местах никогда не водилось волков. «Овцы всегда спали под открытым небом и всегда все было нормально», — сказал пастух. То же самое подтвердили Анна-Мария Ормасабаль и ее сыновья Роберто и Хуан-Мария Оласаран. Тем не менее они уверены, что падеж скота связан с волками. Кто-то, по их мнению, просто выпустил хищников на свободу. Но странные эти волки: убивая жертв, они высасывали у них кровь и совершенно не притрагивались к мясу! Роберто утверждает, что ночью, неподалеку от стада, он видел пару больших горящих глаз. Фермер уверен, что это волк, он просто не знает здесь других хищников. «Животные, — говорит Анна-Мария, — ведут себя уже не так, как раньше. С наступлением темноты сами идут в загон, как будто боятся чего-то, а ведь раньше они оставались ночью прямо на пастбище и могли уходить далеко от фермы. И еще — животные стали давать молока намного меньше, чем раньше».


Семейство пум?
Уже не впервые оказавшись без помощи, местные фермеры пытаются самостоятельно разрешить зловещую загадку. В 1986 году отары овец в Синко-Вильяс-де-Арагоне подверглись нападению какого-то жесткого зверя. Газета «Дьярио де Наварра» так сообщала о случившемся: «Загадочное животное, охотящееся на стада овец, по-видимому, очень большого размера, достаточно проворное и способно бегать на большой скорости. Никому не удавалось увидеть это существо, поэтому о нем ходит много слухов».
В этом районе некоторые свидетели утверждают, что речь идет просто о разновидности крупных кошек. Местный исследователь Энрике Мало заявляет, что речь идет о хитром и быстроногом животном, которое не нападает на людей. Также ходят слухи, что виновники этих событий — пара пум со своими детенышами. Данная версия основывается на том, что были обнаружены большие следы размером с человеческую руку и другие — поменьше. По словам Энрике Мало, пума — это животное, определяющее запах на расстоянии в пять километров. Также она никогда не нападет на стадо, если рядом человек. Она способна преодолевать изгороди высотой до двух с половиной метров.
Еще один факт заслуживает внимания: по словам фермеров из близлежащих селений, эти существа действуют на сравнительно большой площади. Это наводит на мысль, что самец находится как бы с одной стороны, а самка с детенышами — с другой. По словам некоторых жителей, пумы сбежали из цирка, расположенного в городе Фрага. Другие полагают, что они принадлежат некоему немцу, который слывет человеком со странностями. Среди жителей ходят слухи, что он на своей усадьбе в Карбонере дрессирует собак для охоты. Один из соседей утверждает, что видел у него несколько лет назад во время пожара детенышей пумы.
Спустя некоторое время проблема вроде бы разрешилась сама собой. В области Биоте был убит не кто иной, как волк. Не дикая собака, не пума, а волк весом 52 килограмма. Его пристрелили во время облавы, устроенной полицией по настоятельной просьбе фермеров «Ужасное» животное было подвешено за задние ноги на городской площади — действо в духе средневековой охоты на оборотней…
Правда, ложку дегтя добавил в бочку с медом местный ветеринар Фернандо Лабена. Он поставил под сомнение тот факт, что именно этот волк был виновником всех происшествий в округе, даже учитывая его огромные размеры и вес. И это так, ведь нападения на скот продолжаются! И никто не знает, кто виновник.


Не обошли стороной и Галисию
Галисия — наиболее развитый сельскохозяйственный район Испании. Но в последнее время и здесь стали происходить странные события, связанные с гибелью домашних животных. Традиционная версия — волки. Один или целая стая нападают на стадо, убивают животных, разрывают их на части и пожирают. Некоторых, правда, волки только ранят, и такие животные потом практически полностью вылечиваются. У Рамона, владельца мебельного магазина, волки загрызли дорогих жеребцов. Все фермеры подтверждают, что подобного рода события не являются чем-то необычным, если не учитывать тот факт, что в этих краях раньше волков не было.
Но как же быть с иным типом нападений? Хулия Чуса Лосада, совладелица фирмы «Ос до-гос» в Барбаделе, потеряла целых 35 овец! В отличие от предыдущих фермеров, она в деталях описала характер ран: «У животных прямо на шее были две округлые дырочки… внешне их почти не было видно. Единственное, что можно было различить, — это чуть крови вокруг ранки. Одна овца была немного разодрана, но есть ее не ели… Пять овец остались живыми, но через несколько дней умерли и они, я ни одну не смогла вылечить. Многие из этих 35 животных были беременны. Это существо выбирало самых молоденьких и сильных. У волков же, как известно, другие привычки».
Итак, в Галисии, как и в остальных регионах Испании, налицо две различные проблемы. Первая — волки, вторая — какое-то таинственное существо, высасывающее кровь у домашних животных.


Тенерифе: задолго до чупакабрас
Это случилось в 1979 году на втором по величине острове Канарского архипелага. Двое полицейских чинов поведали исследователям аномальных явлений о событиях, разыгравшихся за несколько недель до этого в муниципальном округе Ла-Лагуна, неподалеку от речки Тахо. Речь шла о мертвых козах и овцах, убитых при довольно странных обстоятельствах— они были полностью обескровлены: ни единой капельки крови не осталось в их теле! Еще одна необъяснимая особенность — шкуры животных были мокрыми, хотя и не было дождя и земля вокруг была совершенно сухой. Единственная улика, оставленная убийцей, — совершенно круглое отверстие, около трех сантиметров в диаметре, проделанное в шкуре овцы, глубины, достаточной для того, чтобы достать ближайший внутренний орган. Расположение отверстия у каждого животного было различным.
На Тенерифе, как и на других островах архипелага, в некоторых районах продолжают жить старые традиции, восходящие к временам гуанчей, первых обитателей Канар. Это была первая версия, с помощью которой ученые и ветеринары попытались объяснить происшедшее. Однако вскоре власти от нее отказались: у гуанчей, как и у любого пастушеского народа, не было традиции мучить животных…


Все новое — хорошо забытое старое
Помимо волков, пум, одичавших собак есть, по-видимому, и еще что-то, чего мы не в силах пока объяснить. И это что-то интересует нас больше всего, так как прячется в архивах, среди документов о необъяснимых до настоящего времени событиях. Причем давность подобных историй исчисляется не месяцами, как заявляют некоторые издания, а десятками и даже сотнями лет. Давайте вспомним некоторые из них (кроме, конечно, тех следов из Девоншира, с которых мы начали наш рассказ).
В январе 1874 года подобные существа-убийцы нанесли значительный ущерб фермам в Ирландии. Эти же твари также прокусывали глотки своим жертвам и высасывали у них всю кровь. В том же году схожее существо убивало животных и людей в различных губерниях России. На его поиски были даже брошены войсковые части. Они обыскали каждый кустик, но ничего не нашли.
В 1906 году в районе Виндзорского замка в Англии таинственное животное нападало на отары овец, но его никто не мог поймать, поскольку оно как бы растворялось в воздухе. Годом раньше сержант полиции Грончестершира заявил газете «Дейли мейл»: «Я видел этих искалеченных животных и могу с уверенностью сказать, что это точно сделала не собака. Собаки — не вампиры, они не пьют кровь у овец, оставляя нетронутым мясо».
Несмотря на то что все эти факты относятся к разным годам, они настолько похожи на происходящее в наши дни, что не остается никакого другого выхода, как признать — наш старый знакомец не оставит нас в покое и впредь.


Что же скрывается за всем этим?
Весь объемистый свод накопленных фактов позволил ученым и просто любителям попробовать свои силы в изобретении гипотез о существовании и поведении этого хищника, не вошедшего ни в какие научные классификации. Самое любопытное то, что, несмотря на более чем умозрительное знакомство с чупакабрас, многие почему-то считают, что она является разновидностью африканской летучей мыши-вампира, чей внешний облик изменился по неизвестным пока причинам, — полностью для всего рода или же только в отдельных случаях.
Наиболее бойкие из тех, кто занялся этой темой, поспешили показать по телевидению трупы животных, совершенно лишенных крови, что и привело к возникновению самого термина «чупакабрас».
Уже ясно, что загадочное существо выступает в разных обличьях. В некоторых пуэрториканских случаях его сближают с людьми, что вызвало к жизни новую гипотезу, пожалуй, самую экстравагантную — о том, что чупакабрас — это человек, выросший в диких местах, этакий злобный Маугли, который использует нечто вроде тростинки для того, чтобы высасывать кровь своих жертв.
Сторонники этой гипотезы совершенно не учитывают того, что многие свидетели указывают на наличие у чупакабрас крыльев или летательных перепонок, как у белок-летяг, которые позволяют им совершать дальние прыжки и карабкаться по деревьям.
Также имеются попытки связать чупакабрас с появлением НЛО. Однако если некоторые свидетели и нашли какое-то сходство между внешностью загадочных хищников и так называемых «серых» из уфологического фольклора, то любой человек, разбирающийся в этом, сразу поймет, что сходства в поведении у них нет никакого. Ведь если последние будто бы занимаются изучением человеческого рода путем так называемых «похищений», то первые просто утоляют свой голод.


Выявлен ряд решающих черт, которые вроде бы указывают на разницу между нападениями чупакабрас и тех, кто занимается калечением скота. Эти признаки подмечены известным авторитетом в уфологии телепродюсером Линдой Моултон Хоу: в случаях с чупакабрас целью служит высасывание крови, а калечение отступает на второй план, и наоборот, в случаях калечения скота целью служит именно оно, а лишение крови — побочный эффект. Кроме того, отмечено, что раны, нанесенные животным, проделаны исключительно острым инструментом, которым некто действует с хирургической ловкостью. Короткие надрезы, ловкие рассечения, тщательно продуманный и избирательный характер повреждений — все это резко отличается от единственного повреждения на теле жертв чупакабрас — раны на шее.
Не так давно редакция журнала «Энигмас», давно исследующая тему о загадочных существах, получила письмо от биолога Марко Рейноса, служащего исследовательского центра «Фундасьон Космос», что находится в Монтерее, Мексика. В письме кроме прочего сообщалось следующее:
«Чупакабрас является скрытой опасностью для всего живого. Результаты вскрытии, проведенных специалистами нашего центра, показали, что отверстия в грудной полости животных находятся прямо напротив какого-либо важного органа — сердца, легких, печени. У животного высасывалась кровь и иногда извлекался орган через отверстие диаметром от 2 до 3 сантиметров. В 70 процентах случаев за день до происшествия или в ночь события очевидцы наблюдали НЛО, однако мы не смогли найти прямой связи между этими двумя событиями.
Генетический анализ имеющегося образца волос и анализ крови этого животного действительно вызывают настороженность. Полученные результаты свидетельствуют, что данные образцы по своим характеристикам не могут принадлежать ни одному известному живому организму, а, по всей вероятности, относятся к существу, которое, возможно, является продуктом какой-нибудь генетической манипуляции. Это странное животное — полная загадка для нашего института. Другие предварительные анализы пока еще не получены, однако имеющиеся результаты показывают, что изучаемый тип совершенно неизвестен современной науке».
В связи с этим приведем еще одну версию. Любой человек, интересующийся криптозоологией, знает, какую репутацию снискало Пуэрто-Рико в последние годы благодаря встречам людей с самыми необычными формами жизни, не попавшими в научные классификации. Подобные случаи натолкнули местных исследователей на мысль, хотя и несколько экстравагантную, но и не лишенную смысла.


Полигон для биологических опытов?
Есть что-то необычное в том, с какой частотой разные люди сообщают о странных встречах с предположительно разумными формами жизни в одной небольшой стране. Причем говорят они о чудовищах приблизительно одними и теми же словами. И самое удивительное — безмолвие правительства по этому поводу я одновременно полиция аккуратно ликвидирует все следы существования этих тварей, если только они не оставлены на телах самих очевидцев… Таков случай странного «крылатого змея», который был пойман в 1989 году крестьянами. Это «животное» было тут же затребовано властями, и чиновники, которые «осуществляли изъятие», категорически отрицали свое участие в этом деле. Подобные недомолвки привели к тому, что многие стали воспринимать Пуэрто-Рико как своего рода полигон для различных биологических экспериментов, в ходе которых разные искусственно созданные в лабораториях формы жизни выпускают на волю, чтобы исследовать их поведение вне тесных клеток и ради каких-то других еще неясных целей их создателей.
Если мы без предубеждения изучим показания тех, кто пережил контакт с чупакабрас или какими-либо другими чудовищами в этой стране, то нам никак не избавиться от вопроса: а действительно, не творение ли это рук человеческих, оплаченное тем или иным могучим и тайным спонсором?


Характерные черты чупакабрас
Если свидетельства людей, видевших чупакабрас, собрать воедино, складывается такая картина:
— очень ловкие и быстрые, никому не удавалось рассмотреть их, высоко прыгают и молниеносно исчезают из виду;
— их жертвы чаще всего домашние животные,
— отверстие, из которого высасывают кровь, — до одного сантиметра в диаметре, глубиной в несколько сантиметров, проделаны как будто металлическим пробойником;
— кровь в телах жертв отсутствует полностью;
— в месте, где нападают чупакабрас, сильный неприятный запах чувствуется как до, так и после нападения;
— на телах жертв чупакабрас незаметны следы трупного окоченения;
— питаются по ночам;
— наносят всего одну рану, хотя есть данные и о калечении тел;
— вокруг отверстия на шее не наблюдается никаких гематом;
— кровь вокруг раны не сворачивается;
— после этого к телам не прикасается ни одно животное;
— животное в отдельных случаях продолжает жить несколько часов после нападения, но потом оказывается, что оно полностью лишено жидкости.


Результаты вскрытия одной из жертв чупакабрас
Третьего мая 1996 года в мексиканской деревушке Пуэбла на овечью ферму напали чупакабрас. Одна овца выжила, но ее состояние оказалось настолько плачевным, что хозяин фермы решил зарезать ее, чтобы избавить от дальнейших мучений. Доктор Соледад де ла Пенья произвела вскрытие и документально подтвердила отсутствие признаков трупного окоченения и совершенную обескровленность, даже внутренних органов. Это вскрытие было заснято на пленку местной телекомпанией.
Доктор Пенья также отметила отсутствие следов разложения, классического вздутия живота и выхода внутренних газов из трупа (несмотря на жару в 32 градуса) и констатировала два огромных, симметрично расположенных на коже животного на высоте грудной клетки отверстия, каждое по 7 сантиметров диаметром.
Анатом заявила перед телекамерами, что, по ее мнению, так называемые чупакабрас — разумные существа, совершенно неизвестные науке. Одновременно она обратилась ко всем своим коллегам, которым когда-либо выпадало или выпадет заниматься исследованием останков жертв чупакабрас: «Пожалуйста, оставьте свои предубеждения и не судите ни о чем, прежде чем не получите возможность изучить все обстоятельства дела».
Все вышеописанные события произошли до конца 1996 года. А потом все стихло… На два года.


Возвращение чупакабрас
На протяжении более двух лет, с конца 1996 по 1998 год, средства массовой информации не сообщали о новых нападениях этого таинственного существа, которое раньше уничтожало домашний скот, в основном птиц, кроликов и овец. И мексиканские власти тоже не возвращались к этой теме и не публиковали результаты анализов, проведенных по поводу нападений по всей стране в первые месяцы 1996 года.
Итак, весомые свидетельства тех, кто утверждал, что встречался с этими странными созданиями, вроде бы исчезли. И больше не попадалось мертвых овец, чтобы подтвердить официальную версию о том, что вся ответственность за их смерть лежит на бешеных собаках и волках-убийцах.
Репортеры и исследователи, которые по роду своей деятельности сталкивались с этим феноменом, теперь оказались перед целым рядом вопросов, задаваемых им простыми гражданами: «Что случилось с чупакабрас?», «Почему больше нет публикаций об убитых овцах?», «Не были ли все сенсационные открытия прессы простой выдумкой?» Все эти вопросы сложны, потому что загадка оставалась, хотя и не возникала вновь: столь же таинственным образом, как они появились, чупакабрас ушли с мексиканской сцены.
Но вот в июле 1998 года феномен чупакабрас заявил о себе опять и весьма неожиданным образом. Вновь стали находить убитых овец, и обстоятельства их гибели были очень похожи на мотивы нападений 1996 года.
Хаиме Мауссан, известный мексиканский журналист и исследователь, собрал большое количество свидетельств, показаний очевидцев и доказательств существования неизвестного науке существа, которое иногда нападает даже на людей, и все, что касалось событий двухлетней давности.
В отличие от большей части журналистов, Мауссан не согласен с названием «чупакабрас» и предложил свое — «биологическое аномальное существо» (БАС). На примере различных интервью, проведенных в 1996—1997 годах, Мауссан показал, что этот БАС появлялся исключительно в периоды повышенной температуры воздуха.


Появление с жарой
«Когда температура значительно поднимется в самых разных районах страны, подобные происшествия вновь начнутся», — заявил Мауссан. И в самом деле, со второй половины 1998 года тень БАС опять накрыла Мексику. В северной части страны, главным образом в сельских районах, начали происходить таинственные случаи калечения и убийства овец. В дальнейшем были выявлены случаи нападений на кур и цыплят — со смертельным исходом.
Случайность или подтверждение предсказаний Хаиме Мауссана? Ясно одно — сообщения о новых случаях начали приходить с наступлением сильной засухи, которую можно отнести к числу худших из тех, которые затрагивали разные штаты Мексики в течение долгого времени. В отдельных районах температура достигала рекордной высоты — до 52 градусов по Цельсию.
Гипотеза о том, что овцы и другие домашние животные были убиты самой жарой, отбрасывается пострадавшими крестьянами. «Я столько лет живу в деревне, и мне несложно понять, когда животное погибло от жажды и болезни. Но при недавних происшествиях у всех животных на теле были маленькие дырочки в районе шеи и плеч, как при нападениях чупакабрас», — утверждает фермер Сабино Герреро, который потерял 12 овец.
Явление начало быстро распространяться вширь. Пресса запестрела сообщениями о нападениях на овец. У жителей местечка Баррио-ла-Пила, одного из населенных пунктов, где произошли такие события, нет никаких сомнений, и они говорят: «Чупакабрас вернулись».
Утром 11 июля 1998 года было найдено 5 мертвых овец, тела которых не носили признаков насильственных действий, и на месте убийства не найдено следов крови. Однако у них имелись маленькие отверстия на уровне затьшка, плеч и грудины.


Владелец животных не понял всей важности происшедшего и даже запретил сообщать в печати его имя. Но через три дня, 17 июля, подобное произошло у его соседей.
Как обычно, Андрее Санчес поднялся очень рано и направился в кораль посмотреть своих овечек. И испытал самое большое потрясение в своей жизни, когда увидел все 15 животных распростертыми на земле. Приблизившись к ним и поискав какие-либо признаки, которые могли бы объяснить происшедшее, он установил, что 8 овец уже мертвы, а остальные только ранены. «Я не могу объяснить, как это случилось, ведь ночью я спал в каких-нибудь 20 метрах от того места, где находился скот. Если бы на них напали собака или койот, я бы услышал шум. Из того, что я знаю, можно судить, что все случилось уже утром», — говорит Санчес.


Отсутствие крови
Журналист Антонио де ла Крус получил возможность изучить тела раненых и мертвых животных. Вот что он поведал: «У каждого животного было от одного до трех отверстий примерно в сантиметр диаметром. Ни одно животное не имело рваных ран или пятен крови на теле». С другой стороны, утверждает он, у выживших овец отверстия были меньших размеров и они выглядели очень обеспокоенными или даже «ошеломленными».
К несчастью, ни от одного из описанных выше случаев не осталось материальных свидетельств, так как овечьи туши были сожжены, а власти не придали этим происшествиям никакого значения.
Через две недели, 28 июля 1998 года, произошел еще один случай, в этот раз на ферме, расположенной в нескольких километрах от города Эрмосильо, в штате Сонора. Педро Ортега Бальбоа обнаружил мертвыми 8 из своих 12 овец. Тела находились в корале размером 4 метра в ширину и 6 метров в длину, закрытом на замок с крышей из стальных листов. Бальбоа тоже не слышал никакого шума в течение ночи. И меньше всего он способен объяснить, как кто-то проник к животным в закрытый кораль. «Когда я пошел посмотреть животных, дверь была закрыта на висячий замок», — говорит он.
Единственным ценным свидетельством, полученным от Ортего Бальбоа, можно считать его сообщение о том, что в предшествующие недели он несколько раз видел НЛО над своей фермой. «Теперь-то я могу все это вспомнить, — заявил фермер. — Сначала эти странные огни, которые останавливались очень близко от моей фермы, как будто зависали в воздухе; затем я видел в течение целого дня, как опускалось нечто, похожее на круглый корабль, и наконец, мои мертвые животные…»


Вскрытие цыпленка
В начале августа 1996 года в районе Ферокаррилера, муниципия Эскобедо-Нуево-Леон, Рами-ро Гарсия обнаружил мертвым одного из своих цыплят внутри курятника. Он не придал этому происшествию значения и уничтожил тельце. Но на следующий день он нашел мертвым другого цыпленка и решил не выбрасывать, так как он вызывал удивление ввиду отсутствия признаков насилия, а также тем, что дверь курятника никак не была повреждена. Кроме того, у животного имелось отверстие на теле, но крови не было видно.
По совету репортера «Телевисьон Ацтека» Леонела Манчильи Гарсиа отвез тушку к ветеринару Франсиско Контрерасу, который сделал вскрытие. Этот специалист заключил, что цыпленку был впрыснут яд через одно-единственное отверстие, края которого были на удивление чистыми.
Этот случай напомнил работу доктора Соледада де ла Пеньи, проведенную в мае 1996 года. Тогда было произведено вскрытие овцы, предположительно жертвы чупакабрас. Самые удивительные выводы из осмотра, по словам доктора де ла Пеньи, состояли в том, что у овцы отсутствовал один хрящ и что при осмотре грудной клетки и желудка не было обнаружено ни малейших следов крови.
После того как появились известия о вскрытии, которое провел ветеринар Контрерас, появились новые сообщения об овцах, убитых неким неизвестным существом. Однако сильнее всего внимание общественности привлекла телевизионная передача, в которой были показаны кадры видеосъемки: в течение нескольких мгновений был виден некий странный предмет, который пролетает над горой. По словам Луиса Падуа, комментатора канала «Инфо-7», видеопленку представил кто-то из публики во время демонстрации телепрограммы. Этот человек утверждал, что предмет треугольной формы зеленого цвета был птицей, которая, по его мнению, могла быть губительницей овец, чупакабрас!
Одно за другим поступали все новые сообщения о подобных случаях. 10 августа 1998 года в городе Манте, штат Тамаулипас, произошло сразу два массовых убийства, в результате которых погибло 13 овец!


Новые неизвестные
Далее центр событий переместился в поселение Фоменто-Насьональ, и по поводу происшедшего мнения сразу же разделились. В то время как соседи приписывали гибель овец чупакабрас, сами владельцы животных полагали, что во всем виновата бродячая собака.
Больше других пострадал Давид Васкес, который нашел 8 своих овец убитыми и с видимыми укусами на шее. При схожих обстоятельствах всего в нескольких метрах от его фермы Гонзала Рамос Альварес потерял 5 своих животных, а многие другие получили укусы в области шеи. В отличие от других вышеописанных случаев, на этот раз туша одного животного оказалась растерзанной, и это привело свидетелей к заключению, что нападавшее животное было недюжинной силы.
Гонзала Рамос решил установить виновника нанесенного ему ущерба. Он представил официальную жалобу в министерство полиции штата. Несколько полицейских агентов осмотрели место убийства. Как и следовало ожидать, полиция заявила, что 3 овцы стали жертвой собаки.
В других штатах Мексики в течение двух месяцев произошло еще несколько похожих случаев, но средства массовой информации по-прежнему весьма осторожны в своих оценках. Физик Марио Торрес Лухан, главный редактор журнала «Контакт НЛО», признанный международный авторитет в области изучения аномальных явлений, утверждает, что располагает сведениями о подобных происшествиях по меньшей мере в трех других штатах. Особо выделяется район Чьяпас как единственный, расположенный на юге Мексики, откуда поступала информация о нападениях чупакабрас.
Однако до настоящего момента так и не предана гласности информация о многочисленных встречах двухлетней давности со странными существами размерами с обезьяну, с широко раскрытыми и чуть красноватого цвета глазами. Известен только один случай, где упоминаются эти характерные черты, — тот, который произошел в округе Абасоло, штат Тамаулипас. По сообщению сельской полиции, в этом районе на трех ранчо было найдено в общей сложности 20 мертвых овец с отверстиями на шее, животе и плечах и без каких-либо следов убийцы.
Живущий в километре от Абасоло, в деревне Нуево-Долорес, профессор Педро Серна не сомневается в том, что феномен чупакабрас тесно связан с появлениями НЛО. Он утверждает, что в последние годы он сам и его семья были свидетелями, по его словам, «внеземных проявлений» в виде огней на небе, посадки кораблей и встреч со странными существами, которых также видели многие жители деревни.


Всегда рядом
Почему прошло более двух лет, прежде чем мы узнали о новых случаях? И почему они после этого стали происходить как цепная реакция? — задаются вопросами ученые. «Чупакабрас всегда оставались рядом, — утверждает Лейес, — они никуда не уходили… Просто случилось так, что мы не встречались с ними в том измерении времени, в котором находимся». Лейес предвосхищает наше удивление его ответом и продолжает: «То, что для нас на Земле значит два года, для них только две минуты… Чупакабрас всегда были здесь».
Альберто Лейес выдвигает две возможные гипотезы происхождения чупакабрас. Согласно первой из них, «они — это внеземные андроиды, которые собирают генетический материал». По другой — Соединенные Штаты Америки могли провести на своих секретных базах какие-то генетические эксперименты, результатом которых и стало возникновение этих существ.
Так или иначе, вопрос остается открытым, а овцы продолжают погибать…


В последний час
Сообщения о чупакабрас заинтересовали известного в Америке охотника за необычными животными Джонатана Даунза. Вместе с криптозоологом Грэхемом Инглисом он отправился в Пуэрто-Рико на поиски монстра. За день до их приезда на одной из ферм были погублены неизвестной тварью более 30 петухов, предназначенных для петушиных боев. Исследователи решили поговорить с очевидцами и направились к месту происшествия. Владельцы петушиной фермы были страшно напуганы случившимся. Они рассказали, что обнаружили во дворе абсолютно обескровленных птиц и трехпалые следы загадочного зверя. Джонатан и Грэхем исследовали тушки петухов и нашли на каждой по две большие раны в районе шеи и грудной клетки, похожие на укусы сказочного вампира. Ученые взяли образцы перьев в районе укуса и выявили в следах крови наличие антикоагулянты (вещества, не дающего крови сворачиваться).
В близлежащем селении одна женщина видела страшное животное, напавшее на ее кур. По ее словам, оно было похоже на кенгуру с роговидными отростками на спине и имело голову рептилии с узкими глазами. Даунз и Инглис решили обследовать окрестные дикие леса, где, как уверяли местные жители, обитает чупакабрас. В джунглях Эль Юнг они поднялись на каменистый холм, чтобы осмотреть небольшие естественные пещеры. Вокруг было полно ядовитых змей, часто на пути ученых попадались места проведения магических ритуалов, очевидно, с целью изгнания нечистой силы. После недельных поисков исследователи обнаружили лишь следы монстра. Местные жители посоветовали охотникам встретиться с женщиной-ветеринаром по имени Соледад из местечка Пуэбла, расположенного к югу от вулкана Попакатепетль. Соледад отвела ученых к пожилому фермеру дону Педро. Год назад на трех его овец напал мистический зверь. Соледад осматривала животных после случившегося. Овцы были абсолютно обескровлены, их сердца не бились, но они были живы спустя 12 часов после нападения чупакабрас! Раненые животные реагировали на свет, на прикосновение, но в конце концов их пришлось усыпить.


Конечным пунктом путешествия исследователей был Майами. Там Даунз и Инглис стали гостями местного радио. На студию во время передачи позвонила женщина по имени Дениз, рассказавшая о своей неожиданной встрече с существом, напоминающим шимпанзе и издающим дикий «гудящий» звук. Несколько других позвонивших радиослушателей объясняли нападения чупакабрас происками секты Сантерии — культа, похожего на вуду, который исповедуют на Карибских островах потомки рабов. Звонили и те, кто связывал случаи появления монстра с появлениями НЛО. На следующий день ученые побывали в местечке Свитвотер, где им показали отпечатки следов неизвестного животного. Они напоминали следы очень большой собаки, но с одной удивительной особенностью — когти на лапах больше походили на ногти приматов.
В настоящее время Джонатан Даунз и Грэхем Инглис обобщают и систематизируют имеющуюся о чупакабрас информацию. Ученые готовятся к очередным поискам загадочного монстра.

 

 

 

 

 

ЭВЕРГЛЕЙДСКИЙ КОШМАР

Что скрывается в непролазных болотах Флориды? Этот вопрос задают себе уже в течение года жители здешних мест, где посреди удушающе влажной жары и природной дикости, с непреодолимыми болотами, приютом кровожадных .кайманов очень сложно поверить, что находишься в каком-нибудь часе езды от космополитичного Майами.
Местные индейцы из племени микосукки уже давно утверждают, что в болотах обитает некое существо-получеловек, огромного роста и сплошь покрытое волосами. В 60—70-е годы даже были зарегистрированы некоторые странные наблюдения, которые подкрепили древнюю легенду. Но только в 1997 году число предположительных встреч с этим странным созданием начало множиться, и слава о нем вышла за границу полосы мангров и болот, которая отделяет земли нижней Флориды от процветающих цивилизованных мест мыса Канаверал и Майами.
Девид Шили убежден в существовании «вонючей обезьяны», как обычно называют это существо из болота, так как в девятилетнем возрасте вместе со своим братом сам видел его 25 лет назад. Благодаря тому, что в деревне Очопи нашелся маленький сувенирный магазин, где он смог купить фотокамеру, страстному искателю приключении удалось сделать ни много ни мало, а 27 снимков этого загадочного существа.
Все произошло 8 сентября 1998 года. «Тогда я находился на своем наблюдательном посту рядом с одним деревом, где проводил по два часа в день последние 8 месяцев в надежде застать существо. Внезапно я увидел, как ко мне кто-то приближается. Сначала подумал, что это человек, но потом понял, что это на самом деле „вонючая обезьяна“! Согласно рассказу Девида, он наблюдал это существо с расстояния 50 метров. Оно было двуногое, покрыто волосами, имело лицо ребенка и большой рост — около двух метров.


Фатальное пристрастие
Девид уверяет, что в тот момент не испытывал страха, так как искал этой встречи давно и тщательно подютовился к ней. Ему пришлось вооружиться терпением и разбросать вокруг себя на земле в виде приманки семена, которые, судя по всему, были любимым лакомством существа.
«Они предпочитают семена больших плодов лайма, размерами с долларовую монету, потому что они пропитаны водой и растут повсюду на холмах в этой области. Вероятно, в этом году я собрал добрых несколько центнеров этих семян».
На следующий день после своей примечательной встречи со странным существом Шили терпеливо осмотрел весь район в поисках следов. И нашел следы двух типов одни большого размера, которые, по его расчетам, соответствуют существу весом 175 килограммов, и другие, поменьше, принадлежавшие, вероятно, детенышу весом 70 килограммов Речь идет о следах слегка искривленных лап с четырьмя пальцами. По оценкам Девида, в районе обитает от 9 до 12 особей этого вида, которых можно наблюдать группами по три-четыре существа.


Тошнотворный запах
На сегодняшний день свидетельство и фотографии Шили только последнее звено загадки, которая связана с существом, бродящим только по болотам Флориды, и похожим на гориллу или большую обезьяну с приплюснутой мордой, чуть больше двух метров высотой, с широкими плечами, густым волосяным покровом, иногда красноватого цвета, и более или менее устойчиво передвигающимся на двух лапах. Одна из самых характерных черт этого создания — тошнотворный запах, который оно распространяет вокруг себя, чем, собственно, и объясняется его просторечное название — «вонючая обезьяна».
Для индейцев микосукки существование этого животного нечто легендарное, но одновременно столь же реальное, как кайманы или москиты, которыми кишат флоридские болота. Рассказывают множество историй об этом существе, появлению которого якобы всегда предшествует ужасная вонь, и о его красных глазах, сверкающих в ночи. Но когда в конце недели нарастает поток любопытных и искателей с просьбой отвести их посмотреть на неуловимую бестию, индейцы говорят, что ее нужно оставить в покое.
О загадке флоридских болот, или «болотной обезьяны», стало известно в 70-х годах, когда появились многочисленные свидетельства, например, от Майкла Бриджеса, который вместе с дюжиной других туристов наблюдал с палубы своего судна, как по близлежащему берегу прошествовала некая волосатая тварь двух с половиной метров ростом с удлиненной головой. «У нее были многие человеческие черты, но такие же имеются и у гориллы, хотя эта тварь была гораздо выше. У этой шерсть была темно-оранжевого цвета, и она отличалась отвратительным запахом, как у скунса», — утверждал Майкл Бриджес.
Одна из самых примечатечьных встреч произошла 21 июля 1997 года у шефа местных пожарных Очопи Винсента Доерра, которыи даже отослал властям фотографию этого существа. «Я ехал в машине, когда в каких-нибудь 150 метрах впереди себя увидел, как дорогу пересекло какое-то высокое буроватое существо. Оно двигалось большими шагами, похожими на человеческие. Затем оно скрылось в лесу, — утверждает очевидец и уточняет: — Это был не медведь, я совершенно уверен».
Гид Доу Роланд, который водит туристов на экскурсии по болотам, тоже встретил как-то весной, вместе с восьмью туристами, некое странное существо. «Мы увидели его примерно в ста метрах от себя; оно напоминало типичного большенога (бигфута) или кого-то, кто напялил на себя маскарадный костюм гориллы. Существо достигало почти двух метров в высоту и было покрыто густыми светло-бурыми волосами».


«Костюм гориллы»
Болотная обезьяна или «утка» для туристов? По этому поводу мнения разделяются. Глава отдела естественных ресурсов заповедника «Большие Кипарисы» Рон Кларк считает, что все довольно ясно. «Мне кажется, — говорит он, — кто-то просто разыгрывает туристов». В свою очередь, другие специалисты считают нелепым предположение, что кто-то бродит в одеянии гориллы при удушающей жаре по болотам, кишащим ядовитыми тварями.
Верят в него или нет, но с весны 1997 года стали появляться новые сообщения о встречах, и множество любопытных начали бродить даже в окрестностях Майами и Форт-Лоудердейла с грузом семечек лайма в качестве приманки для таинственного существа. Чтобы объяснить увеличение числа встреч с этим животным, Девид Шили выдвинул новую версию: «Весной 1997 года было очень много москитов; это стало настоящим бедствием, которое могло вынудить это существо покинуть самые недоступные для человека области мангровых зарослей».
Теперь остается только ждать и надеяться, что загадка наконец разрешится и тогда, по странному капризу природы, может получиться так, что астронавты с мыса Канаверал и знаменитые обитатели Майами окажутся соседями получеловеческих существ, пока еще совершенно неизвестных науке.


Болотный монстр
…Страшное чудовище с красными горящими глазами и зеленой кожей ожесточенно дергало дверцу автомобиля, пытаясь добраться до Девиса. К счастью, встреча с болотным монстром из Южной Каролины (США) окончилась благополучно — машина завелась и перепуганный водитель рванул с места.
29 июня 1988 года семнадцатилетний Девис, житель городка Бишопвилл (штат Южная Каролина, США), перевозил в своей машине для местного кафе бутерброды, гамбургеры и картофельные чипсы. Внезапно у машины спустило колесо. Он решил его поменять и остановил машину у небольшого болота. Парню очень повезло, что он успел все сделать до появления чудища, которое, вероятно, будет его посещать в кошмарных снах до конца жизни. Какое-то чувство опасности заставило Девиса оглянуться, когда он уже укладывал домкрат в багажник. Через поле к машине кто-то бежал. В приближающейся фигуре было что-то странное. Денис внимательно пригляделся и увидел, что к нему подбегает не человек, а какой-то страшный зеленый монстр с красными светящимися глазами…
Девис быстро сел в машину и стал лихорадочно ее заводить, однако чудовище уже успело подскочить к машине и пыталось открыть дверь его «тойоты»… Перепуганному парню неимоверным усилием удалось захлопнуть дверцу и рвануть машину с места. «Я хорошо его рассмотрел выше пояса, — рассказывал Девис. — У него была толстая зеленая кожа и по три больших пальца с длинными темными когтями на руках. Тянул он за дверцу с большой силой».
Вот такую жуткую историю напечатал в свое время американский научно-популярный журнал «Омни». Девис был не единственным свидетелем появления человека-ящерицы (так монстра окрестили местные жители). Чудовище видели двое юношей, Родни Нолф и Шейн Стоке, — человек-ящерица перебежал дорогу прямо перед их автомобилем. Джордж Холломэн наблюдал это ужасное создание рядом с артезианским колодцем, где он запасался водой. По описаниям очевидцев, рост монстра превышал два метра, у него была чешуйчатая зеленая кожа и красные светящиеся глаза. На ногах и руках по три пальца с острыми десятисантиметровыми когтями, руки непропорционально длинны.
Криптозоолог, специалист по неизвестным науке животным Эрик Бекджорд, который исследовал сообщения о человеке-ящерице, видимо, решил сбить волну ужаса у населения Бишопвилла после случая с Девисом и предположил, что монстр всего-навсего проголодался и к машине его привлек запах пищи, которую перевозил водитель. «Возможно, человек-ящерица обожает бутерброды, — заявил он. — Ведь медведи национальных парков, когда лишаются пищи из-за засухи, тоже нападают на туристов и посетителей и отбирают у них провизию. Скорее всего, человек-ящерица тоже пострадал от засухи, которая случается на болотах». Понятно стремление ученого защитить таинственного монстра от облав вооруженных местных жителей, но так ли можно быть уверенным, что чудовище привлекали именно бутерброды, а не сам Девис?


Местная полиция пыталась провести свое расследование и выезжала на место встречи двух подростков с монстром. Полицейские обнаружили там отпечатки огромных лап размером 35 на 18 сантиметров и сломанные верхушки молодых деревьев на высоте около двух с половиной метров. Полицейские пытались идти по следу, но явно почувствовали себя не в своей тарелке и поспешили вернуться к машине. Там их ждал небольшой сюрприз — вокруг нее и в колеях от колес они обнаружили совсем свежие следы чудовища, которое успело в их отсутствие побывать рядом с машиной.
Существует ли человек-ящерица? Скептики считают, что все следы — это просто проделка местных шутников. Другие же полагают, что человек-ящерица — это своеобразный вид «снежного человека»… «Снежный человек» на болоте — это, конечно, звучит довольно странно… Вообще, почему чудовище из Бишопвилла называют человеком? Из всех описаний явно следует, что очевидцам попадался самый настоящий ящер. Откуда он взялся? Вряд ли это чудовище уцелело каким-либо образом с доисторических времен, ведь Бишопвилл — не Амазонка.

 

 

 

 

 

МИР НЕБРОСКИХ ГИГАНТОВ


Все новые и новые виды
Нет ничего удивительного в том, что люди привыкли к промысловым морским гигантам, которых они добывают преимущественно ради жира. Но, может быть, существуют и другие? Преждевременно было бы это отрицать, тем более что многие китообразные больших размеров были открыты меньше века назад, а кое-какие другие и теперь едва нам знакомы. Совпадения исключительных обстоятельств, сделавших возможным для нас знакомство с этими животными, в других случаях могло просто не произойти.
Ни одно семейство китообразных не является в наших глазах таким загадочным, как семейство клюворылых китов (Liphiidae). note 4 .
Из пяти родов, входящих в это семейство, только один известен достаточно хорошо, он же был единственным известным в самом начале прошлого века, мы имеем в виду род бутылконосов (Hyperoodon), который был назван так Ласепедом в 1804 году. По-видимому, существует несколько различных видов бутылконосов, чья длина приближается к 10 метрам, но тот вид, который больше всего отличается от других, известен нам практически лишь по черепам, найденным по берегам южных морей. До сих пор бутылконосов удавалось выловить лишь на севере Атлантического океана!
«Кит» клюворыл Кювье (Liphius), который дал имя всему семейству, вначале считался вымершим животным. Все вещественные доказательства его существования, которые первоначально удавалось получить, сводились к окаменелому черепу, найденному в 1804 году Жоржем Кювье как череп ископаемого животного. Почти полвека спустя после этой анатомической находки второй точно такой же был выброшен на берег в том же месте. И только лишь много позже в Новой Зеландии было выловлено китообразное животное, обладавшее аналогичным черепом. Любопытно, что у стареющих особей череп становится окаменелым, как бы прежде времени превращаясь в ископаемое. Есть еще одна причина, по которой это животное представляется насмешкой природы над зоологией. Светлая сверху и темная снизу окраска его тела находится в противоречии со всеми установленными правилами животной окраски. Стоило большого труда убедить зоологов в реальности его существования.
Род ремнезубов (Mesoplodon), быть может, самый загадочный. Первоначально он стал известен благодаря трупу, выброшенному на побережье в графстве Эгин в Шотландии, который посчастливилось увидеть натуралисту Соверби. Это коричневое животное обладало странно выгнутой нижней челюстью, которая снабжена лишь одной парой зубов, послужившей причиной его первоначального названия Diodon sowerbyi. Впоследствии это название было отброшено по таксономическим соображениям.
В 1828 году очень похожее животное, совсем не имевшее зубов, было выброшено живым на пляж в Гавре. Это существо, привлекшее толпы любопытных, оставалось живым еще в течение двух дней. Прогуливающаяся публика, имевшая крайне субъективные представления о рационе питания китообразных, предлагала ему хлеб, смоченный водой, и другие не менее не подходящие продукты. Бедное, испуганное животное испускало нечто вроде глухого крика, напоминавшего мычание коровы. После того как этот дельфин был осмотрен Анри Дюкроте де Бланвилем, вследствие отсутствия зубов он получил имя Aodon dalei. По мнению специалистов, это животное могло оказаться престарелой особью «кита» Соверби, потерявшей зубы от старости.
В 1850 году вышеупомянутый «кит» получил от Поля Жерве имя, закрепленное за ним официально, — Mesoplodon bidens. С тех пор было обнаружено много разнообразных Mesoplodon, но их описания были основаны на таком скудном материале, что трудно сказать, сколько в настоящее время подвидов живут в океане— 10 или 15. Одним из самых редких является «кит» Жерве (Mesoplodon europaeus). Известно лишь шесть его экземпляров. Первый был найден плавающим в проливе Ла-Манш в 1840 году, три другие были выброшены на побережье Нью-Джерси в США (в 1889, 1933, 1935 годах), двое других, мать и детеныш, были обнаружены на Ямайке в 1953 году, что кажется не совсем уместным для животного, названного «европейским»!
Ремнезуб Бланвиля (M.densirostris) имеет еще более фантастическое географическое распространение. Было найдено всего семь его экземпляров, однако в различных и самых отдаленных точках земного шара: на Сейшельских островах, у острова Лорд-Хау, близ Австралии, на юге Африки, вблизи Массачусетса (США), около островов Мадейра и у берегов штата Нью-Джерси США. M.stejnegeri известен лишь благодаря двум экземплярам с северного побережья Тихого океана;
M.hectori — по двум экземплярам из Новой Зеландии. Описание M.bowdoini также было сделано на основании изучения двух новозеландских экземпляров, от которых, однако, не осталось ничего, кроме скелета, поэтому внешний вид животного пока неизвестен.
Можно даже и не упоминать о том, что полностью ведомо все, что касается нравов различных meseplodon (лат.), длина которых иногда превышает 5 метров.
Ничуть не более мы знаем о двух видах рода плавунов (Berardius): северном плавуне (B.bairdi) и южном плавуне (B.amouxi), которые могут достигать 13 метров в длину. Зубы южного плавуна имеют такое строение, что, если бы их описание было сделано профаном, ему не поверил бы ни один специалист в области маммалогии: эти зубы заключены в хрящевые сумки и, похоже, могут произвольно подниматься, действуя при этом наподобие крюков.
Время от времени обнаруживаются новые представители семейства клюворылых (Liphiidae). В 1937 году появился новый род — тасмановые киты (Tasmacetus), открытый Оливером на основании обследования последовательно выброшенных на побережье Новой Зеландии трех «китов» с клювом совершенно неизвестного прежде типа. Это были крупные животные, имевшие от 7 до 9 метров в длину! Все эти события происходили незадолго до Второй мировой войны, а не в средние века или эпоху Возрождения. И это не мешает нам праздно утверждать, что море не способно больше скрывать неизвестных животных больших размеров!
После знакомства со смутным положением, царящим в семействе клюворылых, нам не покажется удивительным, что среди дельфиновых и собственно дельфинов, то есть среди китообразных меньшего размера, многие виды известны нам лишь на основании отдельных, редких, часто единственных экземпляров.
Существует, например, несколько разновидностей рода Lagenorhynchus — дельфина-сороки, как его иногда называют, внешний вид которых изучен недостаточно. Некоторые из них кажутся неуловимыми, как, например, «дельфин с песочными часами» Вилсона (Lagenorhynchus wilsoni).
Эта разновидность, свидетельствует Френсис К. Фрезер в своей классической работе «О морских гигантах», написанной в соавторстве с ихтиологом Джоном Р. Норманом, часто встречалась на Севере как в ходе экспедиции «Дискавери» в 1802 году, так и во время экспедиции «Терра Нова» в Антарктике. Однако не был пойман ни один экземпляр этого животного.
Из дельфинов рода Prodelphmus пятнистый дельфин получил свое имя лишь в 1889 году от Поля Жерве. Фрезер заявляет также: «Было описано множество разновидностей, но без каких-либо сведений об их нравах. Большинство форм этих животных известны нам только по черепам».
Семейство кашалотов включает очень редкий и оригинальный род карликовых кашалотов (Kogia), описанный только в 1846 году. Это животное трехметровой длины, которое еще никто не видел живым. Если бы не несколько случайно выброшенных на берег экземпляров, мы бы ничего не знали о его существовании. Нам все еще неизвестно, сколько видов включает род Kogia. Описано около полдюжины его представителей, но это ничего не доказывает ввиду редкости данных животных.
Самый маленький из семейства гладких, или настоящих китов, известен нам лишь с 1864 года. Это странное животное имеет настолько расширенные бока, что грудная клетка его напоминает бочку. И сейчас этот кит-пигмей (Neobaloena) встречается лишь в исключительных случаях. Необходимо заметить, что это «миниатюрное» животное может достигать 18 метров в длину.
Количество китообразных внушительного размера, с которыми мы едва знакомы, достаточно велико. Ряд других известен ученым лишь по внешнему виду. А сколько еще осталось таких, о чьем существовании мы даже не подозреваем? Сколько еще имеется морских животных, принадлежащих к разным зоологическим отрядам, которые, благодаря анатомическому строению, физиологии или особенностям образа жизни и географического распространения, могут успешно противиться случайному попаданию на берег? Большинство живых организмов теряют плавучесть после смерти, и если они не живут вблизи суши, у них нет шансов оказаться выброшенными на пляж или скалы.


Необходим рисунок
Несмотря на наш далеко не полный список представителей морской фауны, существование морских чудовищ вызывает обычно большое недоверие. Это случается из-за фантастичности описаний, которые обычно им даются. Но, может быть, прежде чем отнестись к таким описаниям отрицательно, надо спросить себя, не существует ли a priori каких-либо причин для появления таких описаний?

Прежде всего морские существа всегда выглядят более или менее фантастически, будучи приспособленными к условиям жизни, совершенно отличным от других, они неизбежно должны казаться отклонением от нормы. Как подчеркивал Монтень, «те, кого мы называем чудовищами, не представляются таковыми Богу, видящему в необъятности своего творения бесконечное многообразие постижимых для него форм».
Мы сами, со своей стороны, способствуем фантастическим представлениям о морских животных, наделяя их абсолютно неадекватными названиями. Располагая для сравнения лишь примерами из привычной для нас сферы жизни, мы видим в существах, живущих по ту сторону морской завесы, некоторое соответствие земным или небесным существам, доступным нашему воображению. Мы населили океан пауками, мышами и зайцами, телятами, коровами и свиньями, собаками, кошками, львами и тиграми, волками и медведями, слонами и лошадьми, мужчинами и женщинами, мы посадили в нем анемоны, лилии и крапиву, заставили расти виноград и огурцы, мы рассеяли по нему звезды, луны и солнца. И потом, оказавшись в плену у своих собственных понятий, с удивлением увидели, как анемоны и звезды пожирают друг друга, огурцы ползут по земле, а из винограда выходят демоны, снабженные щупальцами, мы увидели зайцев, передвигающихся медленнее черепах, и женщин и коров с рыбьими хвостами.
К тому же бедность нашего словаря и устройство нашего языка, посредством слов привносящего искусственную прерывность в единство мира, сами по себе способствовали невероятности наших представлений о морских жителях. Мы не можем описать новое животное, иначе как разбирая его деталь за деталью и последовательно сравнивая каждую из них со строением уже известного нам существа, и, таким образом, у нас неизбежно складывается представление о чужеродности и чудовищности вновь открытого животного. Подобное описание, возможно, поможет нам узнать животное, когда мы его встретим, но оставит лишь туманное представление о внешности неизвестного нам существа. Абстрактный, более или менее удаленный от реальности язык не может заменить нам данные наших чувств или хотя бы конкретное изображение, «рисунок» предмета. Увы, редко случается, что при внезапном появлении неизвестного животного рядом оказывается талантливый художник. Представление о незнакомце строится обычно на основании словесного портрета. Именно в этот момент червяк неясности проникает в зоологическое яблоко. Ибо словесное описание неизвестного существа по природе своей трудно сделать. Оно приносит результат тем менее достоверным, чем более расплывчатым и неумелым оно оказывается.
Опишите моржа как своего рода тюленя, вооруженного слоновьими бивнями, и хороший художник сможет на основании одного лишь этого свидетельства нарисовать удовлетворительный или, во всяком случае, не лишенный сходства портрет этого животного. Но если случайно, по примеру натуралистов прошлого, вы станете описывать осьминога как рыбу с восьмью лапами, то рискуете не узнать оригинал, глядя на его гравированное изображение. Действительно, мало кто подумает об осьминоге, когда увидит среди гравюр «Универсальной космографии» Себастьяна Мюнстера (1556), где собраны все чудовища северных морей, изображение чего-то вроде большой чешуйчатой рыбы с паучьими лапками. Этот рисунок странного, по меньшей мере, существа был позаимствован космографом из немецкого перевода, сделанного Раффом в 1545 году, сочинения Альберта Великого, в котором рисунок, без сомнения, относится к осьминогу.
Можно ли упрекать художника, иллюстрировавшего переведенное на разговорный язык и предназначенное для широкой публики издание этого сочинения, за такое изображение данного моллюска? Конечно, нет, поскольку автор сам говорил о нем как о «морской рыбе, имеющей восемь лап». И можно ли упрекать Альберта фон Больштедта, самого авторитетного ученого средневековья, за то, что он описал осьминога таким образом, ведь в его время «рыбой» называли всякое морское животное, кем бы оно ни оказалось — медузой, морской звездой или китом?


Морское чудовище, похожее на льва
Досадные искажения, привнесенные усердным иллюстратором, иной раз могут зайти очень далеко. Не надо удивляться, например видя большинство морских чудовищ одетыми в чешуйчатую кольчугу. Ведь рыбы — самые характерные обитатели моря, а у рыб обычно имеется чешуя. И если в описании упоминалось о морском происхождении животного, добросовестный иллюстратор не преминет подчеркнуть это, наделив его в своем портрете чешуйчатой кожей. Может быть, в некоторых случаях художник и сам сомневался в том, что это создание ею обладало, однако для него наличие чешуи было самым простым способом символически выразить морское происхождение животного. Не достаточно ли было бы, скажете вы, изобразить его плавающим в своей родной стихии? Да, конечно. Но дело в том, что вода — вещество, дьявольски трудно поддающееся изображению. В этом суть проблемы. Именно в силу такой условности на рисунке первого ватерклозета, сделанном в XVI веке, резервуар с водой изображен полным рыб. Можно быть уверенным в том, что никто и никогда не собирался использовать в виде аквариума сосуд, предназначенный для регулярного опорожнения в трубу для стока нечистот. Но можно ли было иначе и с большей ясностью продемонстрировать оригинальность этого новшества?
Всякое изображение — продукт условности. Даже цветная фотография, в которой некоторые могут усмотреть предел достоверности изображения, предоставляег смотрящему полную свободу в оценке размеров, глубины и удаленности предметов. В любую эпоху каждой цивилизации люди умеют вносить в изображение поправки, требуемые существующими в их сознании условностями. Все заключается в том, чтобы знать об этих условностях.
Так, искушенный зоолог прошлого не позволил бы обмануть себя даже самым крайним искажениям и прикрасам, допущенным свидетелями или иллюстраторами. Об этом можно судить по тем тонким комментариям, которыми месье Гийом Рондоле сопроводил в своей «Всеобщей истории рыб» изображение некоего «морского чудовища, похожего на льва»: «Помещенное здесь чудовище — это замечательное животное, не имеющее никаких органов, приспособленных для плавания. Поэтому я часто сомневался в том, что это животное — морское, но в Риме меня убедили в том, что это чудовище было выловлено именно в море. У этого животного была внешность и размеры льва. Оно имело четыре достаточно хорошо развитых лапы, пальцы на которых не были соединены кожными перепонками, как у бобра или речной утки, но были полностью разделены и снабжены когтями. У него были длинный хвост с кисточкой шерсти на конце, большие уши и чешуя, покрывавшая все тело. Он не смог долго прожить вне своей природной стихии.
Хотя этот портрет был мне предоставлен людьми учеными и достойными доверия, я предполагаю, что художник, возможно, добавил к нему от себя нечто такое, что показалось ему естественным; так, ноги чудовища кажутся слишком длинными для морского животного, художник также мог забыть и о кожных перепонках между пальцами ног. Морским животным несвойственно иметь большие уши. Чешуя могла занять место грубой кожи, подобной той, которая покрывает ноги морских черепах. Обычно животные, которые дышат легкими и опираются на костный скелет, не бывают покрыты чешуей. Но случается, что художники наделяют чешуей многих других, не имеющих ее, животных и чудовищ, как, например, китов, изображенных на картах северных морей в «Космографии» Мюнстера. В этом также можно убедиться на примере изображений морского теленка, касатки, сколопендры, китообразных и др.».
Трудно установить точно, кем было это «морское чудовище, похожее на льва». Но можно быть уверенным в том, что это был, скорее всего, какой-нибудь ушастый тюлень, имевший гриву, который действительно странным образом заблудился, оказавшись в Средиземном море. Животное, названное первоначально морским львом, было, очевидно, описано повторно не видевшим его комментатором, который представил его в виде настоящего морского льва. Но после того как он был лишен своих межпальцевых перепонок и «недостаточно развитых ног», отличить описание морского льва от описания обычной кошки стало почти невозможно. Для того чтобы сохранить за ним репутацию чудовища и подчеркнуть его морское происхождение, необходимо было наделить его чешуей. Как это и случилось.


Манта с женскими руками
Если морских животных чаще всего описывают в вызывающей недоверие фантастической манере, то это происходит оттого, что обычно их удается увидеть лишь мельком и не полностью. Этих животных либо едва доводится заметить, когда они выныривают на поверхность воды и тут же исчезают, либо их находят на пляже покалеченными и уже разложившимися.
Часто смеются над наивностью и экстравагантностью некоторых зоологических представлении древности и даже недавнего прошлого. Не надо думать, что художники раньше были менее искусными. Разве рисовал кто-нибудь лучше, чем Дюрер, Пизанелло или некоторые восточные художники глубокой древности? Не стоит полагать также, что натуралисты прошлого были менее наблюдательны, чем в последующие века. В действительности знания тогда были еще более фрагментарными и воображение должно было прийти им на помощь.
И в наше время, когда умный и образованный человек замечает, особенно в открытом море, животное, которое ему неизвестно, он вполне способен составить о нем самое фантастическое представление. В 1866 году, в пору, когда манта уже была известна зоологам в течение почти 40 лет, знаменитый южноамериканский филолог дон Эн-рике Онффрой де Торон встретил одного из этих гигантских скатов в заливе Анкон-де-Сардинас, между городом Эсмеральдас и Рио-Мирой у экваториального побережья. Чтобы лучше понять его драматический рассказ об этом происшествии, надо вспомнить, что у ската передние части грудных плавников обособлены и образуют выступающие по обе стороны рта длинные, мягкие, несколько согнутые рога. Это послужило причиной различных его названий, таких, как Головоногий гигантский рогатый скат, морской черт и, наконец, Manta birostris. У самых крупных экземпляров длина рогов не превышает обычно одного метра. Виконт Онффрой де Торон, ничего не знавший о существовании таких рогов у морских животных, увидел в море нечто более для него привычное: «Вдруг из глубины океана поднялось морское животное, замечательное своей странностью, и оказалось так близко к нашей китобойной шлюпке, что легко можно было бы ударить его веслом. Чтобы отдалиться от него, мне пришлось бы посадить на весла еще двух гребцов, так как люди мои устали от работы. При таких обстоятельствах я решил действовать осторожно; не зная, с мирными или с враждебными намерениями явился этот посетитель, я приказал поднять весла, чтобы его не беспокоить. Мы остановились. Увидев это, лоцман сказал мне: „Месье, это манта, возьмите ваш мачете и, если он попытается схватить лодку, отрубите ей руку“. Я понял, что имею дело с амфибией. Вооруженный мачете, с поднятой рукой, я стоял готовый ударить чудовище, которое остановилось рядом с нами. Однако, не желая принимать на себя инициативу атаки, я стал внимательно наблюдать за этим животным и не дать ему нас опрокинуть.


У манты были настоящие человеческие руки, белые и длинные, длиной около полутора метров. Но по сравнению с их длиной и размером тела эти руки были очень тонкими. Вместе с тем они были сочленены так же, как и наши собственные руки, то есть в запястье, в середине (но более округло, чем наш локоть) и при начале плеча. Ее руки, маленькие, слегка скрюченные и далекие от белизны, по цвету напоминали старый пергамент и казались поэтому нечистыми. Обтрепанные и плохо выраженные пальцы представлялись расплющенными и, возможно, состояли из хряща, но у меня не было возможности выяснить это точнее, потому что в тот момент они словно слиплись между собой. Голова манты была сплющена в горизонтальном направлении, она имела треугольную форму и расширялась все больше и больше в направлении плеч, в основании имела более двух метров в ширину, и ее пасть, которую она держала закрытой, была такой же широкой, как и голова. Тело (очень тонкое, толщиной всего в несколько сантиметров) имело тем не менее четыре фута в ширину по горизонтали. Вся спина была плоской и широкой. Видимая часть животного была примерно трехметровой длины и не имела плавников. Размеры части его тела, располагавшегося под водой, под углом примерно в 20 градусов, трудно было оценить. Ее тело или ее кожа были белого цвета, и посередине вдоль спины шли пятна, какие бывают на морском теленке или на леопарде.
Какова природа его кожного покрова? Был ли он похож на шкуру морского теленка или на кожу лягушки? Этого я не знаю. Однако ни на руках, ни на голове, ни на теле я не видел никаких признаков шерсти или чешуи. Пятна, которые у него имелись вдоль линии позвоночника, не могут быть признаком той или иной его принадлежности, так как и рыбы, и амфибии почти все имеют отметины на спине. В дополнение к этому лоцман убеждал меня в том, что видел совершенно белых мант. Однако, желая ограничиться лишь тем, что видел я сам, и не оказаться введенным в заблуждение, я старался не расспрашивать его дальше, поэтому не могу сказать, была ли манта четверолапым животным, как лягушка, или его тело заканчивалось плавниками».
После этой крайне романтической интерпретации внешности животного, небольшую часть которого он увидел под покровом воды, дон Энрике рискнул высказать смелую гипотезу о его природе и зоологической принадлежности: «…не нашел ли я в лице манты живого Chirotherium, лягушку длиной в 12 или 15 футов (3,7—4,5 метра), которую геологи открыли в виде ископаемого? Мне кажется, что оба они, несомненно, должны быть представителями одного и того же семейства земноводных».
В действительности для палеонтологов более чем сомнительно, что Chirotherium, обладавшее руками животное, было разновидностью амфибий. Известны лишь ископаемые отпечатки его лап, найденные в 1838 году около Хилбургхаузена в Тюрингии. С другой стороны, недавно на основании палеонтологических открытий, сделанных в Северной Америке, было установлено, что это животное относится к рептилиям и является разновидностью динозавра. Этого не мог знать месье виконт Онффрой де Торон, но, прежде чем решительными шагами нарушать заповедные области зоологии, он должен был усвоить элементарные представления, в частности, о том, что проницаемый, предназначенный для кожного дыхания покров земноводных не позволил бы животному плавать в соленой воде, не причиняя ему мучительных страданий.
Чтобы убедиться в том, что и в наши дни художники не менее наивны и не менее лживы, чем в далеком прошлом, достаточно взглянуть на гравюру, иллюстрирующую рассказ дона Энрике во французском издании 1870 года книги Б. X. Ревуаля «Охота на рыб в Северной Америке». Манта представлена здесь в виде очаровательной молоденькой девушки с соблазнительно вытянутыми руками, достойной соперницей самых прелестных из легендарных сирен.
И это стоит рыб с восьмью ногами, бронированных китов и львов, покрытых чешуей, из эпохи Возрождения.


Молочные братья — гигантский спрут и морской змей
Таким образом существует столько же объективных, сколько и субъективных причин для возникновения фантастических описаний неизвестных океанских животных. В этой области важно не отвергать заранее того, что при первой встрече может показаться невероятным. Важно сохранять сдержанность в ожидании новых сведений, которые изменят и уточнят наши данные. Со временем все встает на свои места— размеры, которые приписывали плохо рассмотренному животному, уменьшаются; искажения, внесенные иллюстраторами, исправляются, стираются прикрасы.
Прежде кита изображали закованным в броню, как турнирную лошадь, с воротником трицератопса и клыками, способными устрашить самых храбрых; его длину преувеличивали до неслыханных размеров. Промышленное использование превратило кита в животное не менее банальное, чем бык на скотобойне. Если о нем еще говорят как о чудовище, то это лишь из-за его огромных размеров. Ореол необычности и страха, осенявший его прежде, погас навсегда.
Более двух тысяч лет назад Аристотель писал о животных, которые в его время, при тогдашнем состоянии знаний, не поддавались классификации: «Помимо животных, изученных к настоящему времени, в море обитают существа, которых нельзя отнести к какому-либо роду, потому что они слишком редки. Некоторые опытные рыбаки утверждают, что видели в море животных, напоминавших строительные балки, черных, округлых, имевших повсюду равную толщину. Другие неизвестные животные походили на щиты, были красного цвета и имели многочисленные плавники».
На наш взгляд, здесь можно увидеть намек на двух главных героев подводной драмы — гигантского кальмара и морского змея. И если в приведенном выше высказывании Аристотеля о них упоминается лишь кратко, то у датского епископа Понтоппидана, который был первым автором, посвятившим этим животным тщательное исследование, можно найти более подробные комментарии.
И в самом деле, с глубокой древности судьба этих двух чудовищ была похожей. Вначале оба они были известны как откровенно сказочные персонажи, по слухам, героическим рассказам и суевериям. Впоследствии эти животные были описаны более трезво и тщательно, сначала в нескольких отдельных сообщениях, которые постепенно становились все многочисленней и составили, наконец, целый букет убедительных свидетельств. Однако это не уменьшило количества возводимой на них хулы, насмешек и обвинений в малой правдоподобности, иначе говоря, невозможности их существования. Что касается огромного голо-воногого, то даже обретение не вызывавшего сомнений анатомического фрагмента долгое время не могло смягчить почти всеобщее недоверие.
Нужно ли удивляться после этого тому, что проблема змея, о котором известно еще меньше, по-прежнему остается поводом для веселья. Фантастический характер этого животного сделался классической темой для шуток.
Но фортуна пожелала, чтобы тайна гигантских головоногих рассеялась первой. Гигантский кальмар сегодня занял свое место в учебниках зоологии, у него есть латинское название, которое можно без улыбки и не краснея произносить в ученых собраниях. Ну а морской змей… Он станет темой нашей отдельной главы. Причем тот представитель неведомого отряда животных, который, по рассказам, водится совсем рядом с нами…

 

 

 

 

 

ЭТО СЛУЧИЛОСЬ НА КАСПИИ


Рассказывает Дмитрий Хафизов
Бжегодно на Каспии пропадают без вести сотни купальщиков, рыбаков, яхтсменов, браконьеров. Типичный сюжет: резиновая лодка, двое рыболовов в глухом «заветном» месте, полное отсутствие свидетелей; спустя несколько дней после исчезновения — находка продырявленной лодки, но самих пострадавших найти не удается…
Недавно два почти идентичных случая привлекли мое внимание. Знакомый врач, по служебной надобности довольно часто посещающий морг в одном из городков на восточном берегу Каспия, рассказал мне следующее:
— Однажды к нам доставили останки неизвестною мужчины, найденного на берегу. Человек был облачен в «сухой» водолазный костюм французского производства и акваланг той же фирмы. На поясе — подводный нож. На руке петля с обрывком веревки, кисть протерта до кости. Веревка капроновая, очень прочная. Лицо и затылок разбиты и превращены буквально в месиво. Множество переломов. Травмы совершенно необычные. Это был уже второй случай в моей практике, от первого он отличался лишь незначительными деталями. Проведенное расследование не смогло восстановить ход событий, предшествовавших смерти. Предлагали различные версии — от попадания в винт корабля до умышленного жестокого убийства. Винт отпал сразу — из-за отсутствия рубленых травм на теле, порезов и разрывов на костюме. Протертая до кости рука с петлей и то, что ни один, ни другой пострадавший не успели воспользоваться ножом для перерезания шнура, свидетельствуют: их что-то буксировало явно против воли и с огромной скоростью. Единственная каспийская рыба, которая в принципе могла бы оказаться виновницей трагедии, — белуга. Но ни один опытный подводный охотник не польстится на белугу таких размеров: это все равно что пытаться загарпунить подводную лодку. К тому же белуга очень неторопливая рыба, и ее поведение при ранении вполне предсказуемо, так что, безусловно, незадачливый браконьер успел бы снять петлю шнура с руки, а тем более перерубить ее ножом.
Таким образом, — продолжал мой собеседник, — напрашивается вывод: пострадавшие были вынуждены стрелять, обороняясь. А еще не зафиксировано ни одного случая нападения белуги на человека. Следовательно, остается одно: принять давно уже высказанную версию, что в Каспии водится некий крупный хищник, пока неизвестный науке.
Кто же он?
Наверное, очень немногим довелось увидеть, как движется белуга у поверхности воды. Очень характерное зрелище: виден только хвостовой плавник, выступающий над волнами. Ну, может быть, вам это что-нибудь напоминает?
Правильно — акулы? Наблюдатель с берега или с лодки не отличит их от белуги — настолько схож «стиль плавания»… Не здесь ли таится разгадка каспийской тайны?
А как же тогда рыбаки-профессионалы? — спросите вы. Им ведь часто приходится видеть промысловый лов белуги. Как же они до сих пор не нашли в Каспийском море акул?
Ответ прост и очевиден: те, кто находил, уже не могли никому ничего рассказать. Ибо обнаружить акулу можно лишь одним способом: убить или ранить, спутав с белугой. Видимо, ни разу не убили. Кроме того, если каспийская акула действительно существует, она наверняка реликт с малой общей численностью и ареалом, ограниченным небольшим районом у побережья. Скорее всего — у восточного: местность мало населенная, много бухт — своеобразных миров, в значительной степени удаленных от остальной акватории. Автор этих строк дважды, будучи в экспедиции на восточном берегу Каспия, наблюдал со стометрового обрыва быстро движущиеся в воде объекты огромной величины. Пик приходился на ночное время: в полнолуние в лунной дорожке одновременно можно было видеть до трех силуэтов.
Есть и косвенные свидетельства в пользу реальности каспийской акулы. У тюленей и даже крупных белуг (в том числе погибших) нередко находят весьма странные шрамы значительных размеров — зажившие или заживающие. Эти раны как будто нанесены крупным животным с огромными зубами.
Наконец, до сих пор в прибрежных песках находят огромные акульи зубы (и не только окаменевшие), самым древним из которых миллионы лет. По-видимому, не все ископаемые монстры, населявшие древние воды, канули в вечность, и бороздят еще седой Каспий грозные владычицы океанов прошлого. Так что ученым здесь есть над чем подумать, а рыбакам, браконьерам и просто отдыхающим рекомендуется проявлять повышенную осторожность.

 

 

 

КАСПИЙСКОЕ ЧУДОВИЩЕ

…В ту ночь Исрафил с напарником Керимом вышли, как всегда в лодке, на привычное место. Легкий озноб возбуждения сменился часами ожидания. Сети — обязательный атрибут рядовых браконьеров — были «задействованы», оставалось только «зацепить» осетра пожирнее.
Перед рассветом взялись за веревки. Туман упал, погода, не самая лучшая, того и гляди, ураган налетит, море неспокойное, но большой волны нет. Потянули сеть и почувствовали пару необычных рывков, после которых наступило очень уж странное спокойствие. И тяжесть, чудовищную тяжесть они ощутили. Осетр, даже самый большой и голодный, так себя не ведет. И белуга не ведет.
Тем не менее начали поднимать — сеть-то не бросишь, да и что там, в конце концов, в глубине?! Господи, как же они намучились, аж глаза вылезали из орбит, руки до мяса содрали. Исрафил об уключину весла локоть рассек. Начало светать, все прозрачнее становился воздух, а море по-прежнему было черным и густым. И вот на поверхности медленно разбежались барашки пены, и, как остов подводной лодки, из каспийских недр начало подниматься невообразимо огромное, темное, с глянцевым отливом, спокойное и тяжелое. Нечто. Бревно! Вырисовывается удлиненная морда, хвостовое оперение — ковром. Осетр? Тюлень?
— Неужели осетр? — прошептал Керим. И это было последнее слово в его простой и рисковой жизни браконьера. Ибо в ту же секунду на морде «бревна» «распахнулись» два невероятно пронзительных и насмешливых глаза, а жуткий крик-скрежет потряс все вокруг, до самого берега Каспия, — так трамвай гудит и звенит на быстром повороте. Взметнулся чудовищный хвост, лодку швырнуло куда-то вверх. Керим полетел в воду и оказался в метре от невероятного осетра, который стал вдруг подниматься из воды, обнажая грудные плавники. Но нет, плавников не было! Вместо них… Исрафил помутневшим от фантастического ужаса взглядом уперся в эти лапы, как у крокодила с длинными белыми когтями, лапы-руки, которыми чудовище ухватило барахтающегося Керима поперек тела и погрузилось с ним в пучину. Глубина в том месте была около 80 метров.
…Утром лодку принесло к берегу. Исрафил скорчился на корме, зажав уши ладонями, крик чудовища по-прежнему звенел вокруг, он дрожал мелкой дрожью. Родственники погибшего Керима подали на него в суд. Рассеченный локоть свидетельствовал против хозяина: ясно — подрались и один другого утопил. В чудовище никто не поверил.
Акулы населяют Землю сотни миллионов лет. Но до сих пор ученые считают их самыми загадочными существами. Акулы широко распространены по всему миру. В австрийском городке Брегенц, расположенном на берегу Боденского озера, под аркой моста висит мумия русалки. «Русалка» была поймана в озере в XIII веке местным рыбаком и повешена живьем, как гласят летописи, под аркой моста, в качестве амулета для защиты города от чумы. Позже ученые опознали в «русалке» обыкновенную сельдевую акулу. Как она оказалась в озере, находящемся в центре Европы, осталось загадкой. На волжских берегах, кстати, ходит немало рассказов о русалках, утаскивавших купающихся под воду. По свидетельствам очевидцев, в конце прошлого века русалки прямо-таки охотились на женщин, полоскавших белье.
Если предположить, что загадочные волжские русалки — акулы, то похищения людей легко объяснить. Давно замечено, что акул привлекает белый цвет. Поэтому кубинские рыбаки, например, ловят их, нацепив на крючок вместо наживки кусок белой материи. Таким образом, женщины, полоскавшие белье, и купальщики (а купались в старину в нижних белых рубахах) невольно приманивали хищных рыб.
Обитание морских хищниц в реках и озерах — научный факт. В 1877 году в озерах Никарагуа в одноименной стране и Изабал в Гватемале ученые обнаружили пресноводных акул. Эти обитатели южноамериканских озер обладают особой свирепостью и часто путешествуют по высокогорным речкам, легко преодолевая стремнины и пороги. Местные индейцы считали их священными рыбами и издавна использовали в качестве «живых могил». Умерших соплеменников украшали золотом и драгоценными камнями и после торжественной погребальной церемонии опускали в воду на радость трехметровым пожирательницам трупов.
Акулы, обитающие в индийской реке Ганг, стали настоящим бичом для паломников, совершающих ритуальные омовения в священных водах. Индийцы считают, что причиной появления здесь этих чудовищ стал обычай хоронить покойников в водах Ганга. Тела умерших, проделав путь по реке до океана, становились добычей серых акул. В годы войн и эпидемий обилие трупов привлекало в Ганг множество хищниц, постепенно превратившихся в особый вид — гангскую акулу.
Как этим морским рыбам удается выживать в неподходящих для них условиях, ученые до сих пор не знают. Однако акулы упорно штурмуют пресные водоемы, захватывая все новые пространства. В Папуа—Новой Гвинее эти хищники встречаются в нескольких реках, а также в озерах Сентани и Джамур, расположенных на высоте десятков метров над уровнем моря. В 1933 году акулу видели неподалеку от Таймс-сквер у пристани на 42-й улице в центре Нью-Йорка. А летом 1960 года настоящему нашествию акул-людоедов подверглась река Делавэр в США. Для патрулирования берегов властям штата пришлось привлекать крупные силы полиции. Во Франции акул ловили даже в устье Сены. Вольготно чувствуют себя морские убийцы в реках Лимпопо и Замбези, заплывая за сотни километров вверх по течению В 1959 году в Кении несколько акул разорвали в клочья купавшегося слона.
Как полагают ихтиологи, акулы способны населять или посещать множество рек и озер Земли. Почему же до сих пор не обнаружены таинственные обитатели Каспия? Просто потому, что их не ищут! Для выявления новых видов морских обитателей необходимы планомерные и периодические научно-исследовательские экспедиции.
В 1948 году в энциклопедии «Рыбы Северо-Западной Атлантики» описывалось 250 видов акул, а через 10 лет эта цифра увеличилась до 350. Акулы часто преподносят сенсации. В 1898 году у берегов Японии обнаружили акулу-носорога, которую считали вымершей 70 миллионов лет назад. В 1954 году возле побережья Западной Африки в одном из самых глубоких мест Мирового океана при спуске батисферы на глубине четырех километров удалось заметить неизвестную акулу с большими выпуклыми глазами. А в 1983 году три американских ихтиолога поймали неподалеку от Гавайских островов столь своеобразную и необычную по своему строению акулу, что ее выделили в новое семейство — большеротая пелагическая акула. До сих пор это единственный пойманный экземпляр нового семейства.
Так что можно с большой долей уверенности предположить, что в Каспийском море обитает неизвестный науке малочисленный вид акул. И вполне возможно, что представители этого реликтового вида наведываются в устье Волги.

 

 

 

 

 

ЗАГАДКА ОЗЕРА ХЕППО-ЯРВИ

Озеро Хеппо Ярви под Токсовом широко известно среди петербуржцев живописными берегами. Водоем большой протяженности и достаточной глубины. Есть сведения о том, что он сообщается с разветвленной сетью подземных озер.
Летом 1996 года на озере были зафиксированы два загадочных случая.
Н. Баныкин, старший кочегар сауны спортбазы «Спартак», расположенной неподалеку от озера, шел ранним утром по берегу домой. Накануне базу инспектировала комиссия спорткомитета, и кочегару пришлось остаться в ночную смену. Утомившись, Баныкин прилег у воды и задремал. Проснувшись, он увидел перед собой голову змеиного типа на длинной шее, со злобными желтыми глазами, глядевшую ему в лицо. Кочегар резко высказался по поводу увиденного, и голова, отпрянув, исчезла в камышах. Попытка немедленно изловить животное не увенчалась успехом. Баныкин вернулся на базу и сделал обстоятельный доклад комиссии. Но дальнейшее тщательное прочесывание прибрежных вод с помощью бредня оказалось безрезультатным.
Второй случай был не столь вопиющим, но зато он имеет множество свидетелей — дачников, загоравших на озере.
Около 14 часов дня метрах двадцати от берега вскипел небольшой бурун, и в нем исчез надувной крокодил серо-зеленого цвета 25 сантиметров в длину Маленький владелец его, по счастью, играл в это время в песке и не заметил, как мальчишки забросили игрушку подальше от берега. Через несколько дней изжеванный крокодил был найден у мостков дачницей, стиравшей белье (фамилию она просила не называть).
Этих двух случаев достаточно, считает научный сотрудник Института палеозоологии В. Зозулин, чтобы сделать вывод об озере как о среде обитания плезиозавра, представителя подотряда пресмыкающихся, достигшего расцвета в юрский период (185—130 миллионов лет назад) и ныне считающегося полностью вымершим. Даже то, что плезиозавр набросился именно на игрушечного крокодила и растерзал его, свидетельствует о многом. Крокодил — древнее животное, его предки были современниками плезиозавров, их излюбленной добычей. Таким образом, в нашем случае сработала генная память Хеппи (как окрестили чудовище сотрудники института), никогда прежде живого крокодила не видевшего.
Известно, что для того, чтобы популяция животных могла автономно существовать в своей экологической нише, ее численность должна быть не меньше 50 особей Не будем торопить события, но поле для поиска других «хеппи» немалое. На озере намечает начать свою работу научная экспедиция Института палеозоологии.

 

 

 

 

 

МОНСТР ИЗ ЛИПЕЦКОЙ ОБЛАСТИ

Загадочное существо объявилось в окрестностях Липецка. Местные жители, наслышанные о шотландских, американских и прочих «несси», не сомневаются, что и у них в водохранилище завелся натуральный ихтиозавр.
— Мы с ребятами пошли ночью купаться, — рассказывает девятиклассник Саша Поспелов. — Я заплыл подальше, и вдруг вода рядом забурлила и что-то сильно толкнуло меня в ногу. Я быстрее поплыл к берегу, а когда вылез, почувствовал сильную боль и увидел, что вся нога в крови.
На память об этом приключении у Саши осталась широкая ссадина на бедре: кожу как наждаком стесало.
— В то утро клева не было, словно всю рыбу что-то распугало, — вспоминает 46-летний заядлый рыболов Семен Львов. — О «динозавре» я, конечно, слышал, но не верил, считал это обычной байкой. Ну вот, сижу, значит, смотрю на поплавок и вдруг вижу: метрах в пятнадцати от берега в воде какая-то длинная тень, а потом на поверхности что-то вроде горба появляется. Я замер, а оно полежало пару минут и обратно нырнуло. Здоровенное такое, и вроде бы рыбий хвост мелькнул. На сома похоже, но знаете, сколько живу — таких сомов не видел. В этой штуке метров десять — не меньше!
Рыбообразное чудовище наблюдали многие. А оно, судя по всему, считало водохранилище своим владением. Пожирало рыбу, воровало гусей и прочую водоплавающую птицу. Таинственным образом исчезали гулявшие по берегу собачки, а у 50-летней Евгении Мулеминой монстр утащил поросенка — буквально на ее глазах.
— Яшка у меня чистоплотный был, купаться любил. Зайдет в воду по брюхо и стоит, нежится. В тот раз уже смеркалось, я пошла его загонять. Вдруг оно из воды как скакнет! Яшка только взвизгнуть успел — был поросенок и нету! А по воде круги расходятся…
Чудище пытались подкараулить и с сетями, и с ружьями, и с фотоаппаратами. Но единственный качественный снимок удалось сделать случайно. В сентябре отдыхающий из Санкт-Петербурга Анатолий Головко, фотографируя здешние пейзажи, успел щелкнуть, как ему показалось, «маленького кита», когда тот на секунду выпрыгнул из воды.
Исследовав снимок, ученые пришли к мнению, что странное существо действительно напоминает сома, но…
— До сих пор самые крупные сомы, известные науке, не превышали в длину 5 метров, — говорит биолог Людмила Зотова. — В этом же, насколько можно судить, не менее 7 метров. Так что в любом случае мы имеем дело с настоящим уникумом.

 

 

 

 

 

ЧЕРНОМОРСКАЯ НЕССИ

Первые упоминания об этом чудовище, обитающем в Черном море, можно встретить в древних легендах, хотя бы в отузском сказании «Чершамбе». Разумеется, сказки сказками, но все-таки…
Существует немало и свидетельств очевидцев. Вот что рассказывает директор Карадагского заповедника (Крым) Петр Семеньков:
«Седьмого декабря 1990 года бригада рыбаков вышла для проверки сетей, поставленных для отлова черноморских скатов. Сеть оказалась поврежденной. Когда подобрали оторванный край, то вытащили дельфина. Хвост у него был запутан в сетях, а живот выкушен одним укусом. Ширина укуса по дуге составляла около метра. По краю дуги на коже дельфина были четко видны следы зубов.
Весной 1991 года рыбаки привезли второго дельфина с аналогичными следами зубов на теле. Это была азовка размером в полтора метра».
Судакский журналист Александр Овчинников:
«Я видел это существо несколько лет назад в море с двадцатиметровой высоты мыса Француженка. Бросившиеся врассыпную дельфины бежали от этого змея. По собранным мною сведениям, в 30-е годы рыбак из Кучук-Ламбата столкнулся со змеем. Подоспевшие рыбаки спасли его. Однако рыбака парализовало, и он умер через месяц».
Больше подробностей в рассказе писателя Всеволода Иванова.
«Дельфины стайкой двигались по бухте влево. Должно быть, туда передвинулась кефаль. Я перевел глаза и, как раз посередине бухты, метрах в пятидесяти от берега, заметил большой, метров 10—12 в окружности, камень, обросший бурыми водорослями. В своей жизни я много раз бывал в Коктебеле и в каждое посещение несколько раз оказывался в Сердоликовой бухте. Бухта не мелка, глубина начинается шагах в десяти от берега, — а этого камня в середине бухты я не помнил. Я не мог рассмотреть камень. И камень ли это? Я отклонился назад, „поставил глаз“ против сучка дерева и заметил, что камень уклоняется вправо. Значит, это был не камень, а большой клубок водорослей».
Всеволод Иванов, покуривая трубку, стал наблюдать за водорослями, надеясь, что их прибьет течением к берегу. «Однако водоросли начали терять круглую форму, а затем клубок удлинился, развернулся и вытянулся. Существо волнообразными движениями плыло к тому месту, где находились дельфины, то есть к левой стороне бухты. По-прежнему все было тихо. Естественно, что мне сразу пришло в голову: не галлюцинации ли это? Я вынул часы. Было 12.18.
Реальности видимого мною мешало расстояние, блеск солнца на воде, но, так как вода была прозрачна, я видел даже тела дельфинов, которые плыли вдвое дальше от меня, чем чудовище. Оно было велико, очень велико, метров 25—30, а толщиною со столешницу письменного стола, если ее повернуть боком. Оно находилось под водой и, мне кажется, было плоское. Нижняя его часть — белая, насколько позволяла понять голубизна воды, а верхняя — темно-коричневая, что и заставило меня принять его за водоросли.
Чудовище, извиваясь так же, как и плывущие змеи, поплыло в сторону дельфинов. Они тотчас скрылись.
Это произошло 17 мая 1952 года. Я наблюдал за чудовищем сорок минут с небольшим».
Змея на берегу под Феодосией видела и Полина Картыгина.
«Я сначала подумала, что это бревно лежит, — рассказывала мне она. — И подружка тоже так подумала. Идем себе по песочку, внимания на бревно не обращаем. А оно вдруг как хлестнет в воздухе, и в море только буруны пошли».

Записи писателя Станислава Славича:
«Очевидцы рассказывают о встрече с огромной змеей на Казантипе. Чабан заметил под кустом терновника что-то блестящее, похожее на отполированный дождями и ветрами бараний череп, и просто так, от нечего делать, ударил герлыгой по этому черепу. И тут произошло невероятное, произошел как будто взрыв: взметнулся клуб пыли, полетели во все стороны куски земли.
Чабан онемел и оцепенел, перестал понимать, что с ним и где он. Он видел только этот клуб пыли, а в нем своих, словно взбесившихся, овчарок и что-то громадное, с чудовищной силой и быстротой извивающееся. Когда чабан пришел в себя, одна собака была убита, а две уцелевшие с остервенением рвали еще конвульсирующее тело какого-то огромного гада.
То, что показалось чабану бараньим черепом, было головой громадной змеи. Вскоре после того чабан, говорят, умер».
Этими и другими историями всерьез заинтересовались журналисты ялтинской «Курортной газеты». Были собраны материалы о крымском варианте чудовища Лох-Несс. Но сверху, из обкома партии (было это до перестройки), последовала команда: отставить, нечего заниматься дурными сенсациями, лучше сосредоточьте свое внимание на соцсоревновании. На этом все кончилось.
Однако с приходом гласности шума стало больше. Очередную попытку привлечь внимание к загадке Черного моря предпринял журналист «Известий» Владимир Щербань в статье «Встреча в пучине».
«Это случилось в Черном море во время погружения подводной лаборатории „Бентос-300“, — писал он. — На глубине примерно сто метров один из гидронавтов заметил, как по правому борту мелькнула длинная тень. Какое-то существо, лениво извиваясь, подплыло к иллюминатору. Казалось, оно внимательно рассматривало своими выпученными глазами человека.
В момент встречи с таинственным пришельцем из морской пучины часть экипажа отдыхала после вахты. И вдруг с кормы долетел голос: «Чудовище!» Понятно, сон как рукой сняло».
Владимир Костенко в 1965 году проводил отпуск у родственников под Туапсе.
— Утром мы с женой собрались искупаться. Навстречу соседка — говорит, мол, там что-то странное, зверь не пойми какой. И действительно, на прибрежных камнях то ли сидит, то ли лежит нечто — ни головы, ни лап я не различил. Больше всего это напоминало огромного, метров 8—10 длиной, слизняка, причем покрытого коротким темным мехом, вроде как у выдры. Смотрели мы на него секунды 2—3, затем существо соскользнуло в воду и исчезло…
В 1990 году монстра видел экипаж вертолета Ми-8. Подробности излагает Сергей Курбатов:
— Мы шли на высоте около сто метров над Тендровским заливом. Яркое солнце, вода абсолютно прозрачная. Первым его заметил штурман. На небольшой глубине перемещалось какое-то животное, периодически выставляя из воды спину. В бинокль можно было различить, что оно покрыто шерстью. Размер, мне показалось, примерно десять метров. По очертаниям это напоминало каплю, плывущую широкой частью вперед и изгибающуюся, словно головастик. Наблюдали мы его минуты три, после чего «головастик» ушел в глубину.
А вот Татьяна Миронова, отдыхавшая на Черном море, прислала в редакцию не только письмо, но и фотоснимок.
«Мы отправились на экскурсию на теплоходе вдоль побережья, — пишет она. — Стоим у борта, пейзажами любуемся. Вдруг кто-то как закричит: „Смотрите, кит!“ Но быстро стало понятно, что это не кит, не тюлень и не дельфин».
Загадочная тварь плыла у самой поверхности, временами слегка выныривая. Татьяна описывает его так: «Длиной около 9—10 метров, какого-то „грязного“ цвета, ни головы, ни хвоста не видно. Тело покрыто короткой, словно бы блестящей шерстью. Двигалось оно как-то конвульсивно дергаясь из стороны в сторону. Поблизости рассмотреть его не удалось — существо ушло под воду…»
Своя точка зрения у главного крымского специалиста по змеям, сотрудника Никитского ботанического сада Сергея Шарыгина.
«Мне как специалисту-герпетологу, — свидетельствует он, — неоднократно приходилось беседовать с людьми, якобы видевшими морского змея, анализировать различные материалы. К великому сожалению, даже я, зоолог со специализацией по „гадам“, не верю в нашу Несси. И знаете почему? У каждого живого существа есть свои биологические „рамки“, переступить через которые животные не могут. У нашего бассейна такой рамкой является сероводородный слой.
Так кого же принимали за морского змея люди? Возможно, вереницу дельфинов, тюленей-монахов, ныне у наших берегов исчезнувших, разные коряги. Остается удовлетвориться тем, что черноморский змей вдохновил Волошина и Булгакова (читали «Роковые яйца»?) А объектом вдохновения были крупные желтобрюхие полозы, которые обедали сусликами, имели толщину с руку и оставляли на песке след, как от телеграфного столба (это правда!).
Наши севастопольские подводные лаборатории остались без финансирования, и им для выживания может помочь шумиха со змеем».

 

 

 

 

 

ДИНОЗАВРЫ С МЕДВЕЖИХ ОЗЕР

Рассказывает корреспондент газеты «Труд» Наталия Лескова

О том, что в подмосковных Медвежьих озерах водится какая-то нечисть, заговорили еще 20 лет назад. Житель деревни Мальцеве Федор Кузьмич Караухов вспоминает «Сидели мы с мужиками на закате, рыбку ловили. Серега Немухин как раз начал что-то про лох-несское чудовище рассказывать, а мы все посмеивались — мол, может, и у нас такое же водится? Как вдруг прямо перед нами, метрах в пяти, поднимается волна и огромная черная коряга грохается об воду! Через пять минут она появилась опять, уже подальше, и плыла так метров десять. Очень быстро, как моторная лодка. Видно было, что она живая и вся лоснится. Долго мы тогда обсуждали, что это. Ясно, что не рыба. Похоже чем-то на тюленя. Только откуда в Медвежьих быть тюленям?»
Позже «водяное чудо» якобы видели и другие местные жители. Больше всего везло Марии Тимофеевне Любавиной. Она, вспоминают мои собеседники, и близко его рассмотрела длинный язык в беззубой огромной пасти, маленькие глазки — «буравчики». По ее словам, «зверь» любил забираться в камыши и жевать их. Некоторые утверждают, что пожилая женщина даже подкармливала местную «Несси» сухим хлебом… Но Мария Тимофеевна умерла, родственников у нее не осталось, и прояснить странную историю приручения озерного чуда мне не удалось.
Старожилы помнят, что сюда не раз приезжали ученые-палеонтологи, что-то замеряли, ныряли с аквалангами. В те годы как раз стали появляться публикации о том, что «Затерянный мир» Конан Дойла, возможно, не такая уж фантастика. Ящероподобные создания, писал американский зоолог доктор Монар, могли каким-то образом уцелеть в дебрях дремучих лесов и на дне уединенных озер преимущественно ледникового происхождения (Медвежье, кстати, как раз таковым является). В случае с шотландским озером речь, судя по описаниям очевидцев, идет о плезиозавре семейства эласмотерий. Всегда считалось, что древние ящеры вымерли 70 миллионов лет назад. Но после того как у берегов Юго-Восточной Африки была выловлена одна из давно не существующих кистеперых рыб, ученые поняли, как заблуждались. Оказалось, ныне здравствует и новозеландская ящерица гаттерия, считавшаяся полностью вымершей более 135 миллионов лет назад, и дикие лесные свиньи, обитавшие еще в мезозое… Встреча с этими молодцеватого вида «мастодонтами» вызвала в ученом мире грандиозный шок. Как такое возможно? Ведь для того, чтобы сохранился вид, необходимо как минимум 20 здоровых особей! Если бы таким количеством гигантских подводных тварей кишело то же озеро Лох-Несс, любители экзотики давно обнаружили бы места их обитания, трупы или скелеты. Куда же все это девается?
В конце концов мнения исследователей разделились. Одни утверждают, что все дело в глубоких подводных течениях озера Лох-Несс: мол, его воды имеют свойство втягивать и «прятать» под собой все, что приносит течение. Озеро, кстати, именно поэтому никогда не выбрасывает на берег трупы утонувших в нем людей. Другие ученые заявили, что останки редких животных скрывает илистая почва озера, бальзамирующая трупы, как египетская глина. Так или иначе, но ни одному из пытавших счастья аквалангистов не удалось поймать «Несси» за хвост. Знаменитый покоритель глубин Вильям Биб даже предпринял попытку опуститься на дно озера. Но его чуть ли не впервые в жизни постигла неудача.
Обычно прозрачное озеро вдруг стало необычайно мутным, и на расстоянии двух-трех метров уже ничего не было видно…
В конце концов и в нашей стране все привыкли к мысли, что где-то в африканских джунглях или на севере Шотландии могут быть чудеса. Но в то, что звероящеры могут высовывать головы в ближнем Подмосковье, не верил никто. Как вдруг черная «коряга», по описаниям (если им, понятно, верить) весьма напоминающая того же «шотландского» плезиозавра, появилась прямо под носом у отечественных палеонтологов! Самое удивительное, структура озера, его илистость и происхождение практически совпадали с Лох-Нессом. Здесь тоже имеются бурные подводные течения, из-за которых погибали неосторожные пловцы. Существует даже многолетняя легенда о «втором дне» озера — исследователи объясняют этот феномен потоками карстовых вод, которые могут пробивать целые подводные пещеры и озера. По идее, под обычным, видимым водоемом может находиться несколько подводных. Именно там, в неведомых глубинах, вероятно, и скрываются неизвестные ученым аномалии…
Сотрудники Института палеонтологии тогда, впрочем, так и не нашли никаких следов древних животных. Снимки местного «Несси», сделанные любителями экзотики, все как на подбор были нечеткими и расплывчатыми (справедливости ради надо сказать, что и чудовище озера Лох-Несс ни разу «не получилось» как следует). Остался без всякого объяснения и факт странных волнений на озере (в геологии такие процессы называются сейшами). Ольга Владимировна Буйнова, кандидат биологических наук, сейчас на пенсии и живет в подмосковном Щелкове, тогда участвовала в исследованиях. Она рассказала мне, как при первой же попытке погружения на совсем небольшую глубину стало ясно, что озеро «изнутри» слишком мутное, в то время как снаружи, казалось, был виден буквально каждый камушек! О той экспедиции у моей собеседницы осталось впечатление неразгаданной загадки: «Официально мы тогда сообщили Академии наук, что никаких необычных явлений в озерах пока не обнаружено, но место это требует серьезных исследований. Однако экспедицию быстро свернули и карты местности почему-то изъяли…»
Для местных жителей же, похоже, по сей день абсолютно ясно: в глубинах озера происходит некая бурная жизнь. Мои собеседники связывают феномен с древним языческим культом медведя. На берегах озера издревле справлялись ритуальные праздники в честь этого священного зверя. Ему приносились жертвы. Существует легенда о том, как некий рыбак ослушался наказа старейшин своего племени и решил жениться на иноплеменной красавице. Подобные проступки наказывались весьма сурово. Юношу привязали к бревну, отрезали ему руки и ноги и медленно погружали в воды озера… Его несчастная невеста прокляла весь проживающий на берегу озера «медвежий» род, и с тех пор, мол, в озере поселился «черный зверь», который пугает всех своим необычным видом. Многие, впрочем, утверждают, что «дракон», наоборот, охраняет окрестные деревни от всяких напастей.
«Мы и сейчас иногда видим гигантскую рыбу, которая показывает нам черную спину и очень быстро уплывает, всякий раз принося большую волну, — рассказали мне рыбаки. — Хотя само наше озеро очень спокойное, но эти твари то и дело создают здесь маленькие штормы. В такие часы мы и на лодке не выходим…» «Этого гада второго дня видел Васька Семин», — как о неоспоримом факте говорили мужики. И очень обижались на мое естественное недоверие: Вася у нас, мол, малопьющий, и если чего говорит, то по делу…
Я просидела на берегу загадочных озер до заката. С доисторическими чудесами мне, увы, не повезло. Над водой раздавались сдавленные крики, но то были просто серые чайки и вороны. Время от времени поднимался небольшой фонтан, но то были, скорее всего, окуни и лещи, которых здесь водится предостаточно. Так есть здесь нечто необычное или это плод богатой фантазии местных жителей? «Конечно, легковерие не научный метод, — еще в 1932 году писал по этому поводу знаменитый исследователь Несси доктор Монар, — но и излишний скептицизм в данном случае тоже не лучший способ установления истины, поскольку у нас нет оснований считать, что выживание некоторых типов мезозойских ящеров в принципе невозможно…»

 

 

 

 

 

ХРАНИТЕЛЬ ПОДВОДНЫХ СОКРОВИЩ

Никто сегодня не думает, что какой-нибудь гигантский головоногий способен утащить на дно корабль. Но в фильмах и романах, действие которых происходит в глубинах морей и океанов, водолаз не может достать из-под обломков потерпевшего крушение корабля сокровища или ныряльщик не может добыть жемчужину значительных размеров, чтобы не вступить по дороге в схватку с огромным спрутом. В произведениях, претендующих на достоверность, эта борьба вызывает лишь улыбку, а документальные свидетельства тем более показались бы невыносимо скучными публике, жаждущей острых ощущений. Чего хотят люди? Сегодня, как и всегда, они жаждут видеть перед собой героя — зовут его Геракл, Жильят, капитан Немо или Супермен, — побеждающего Гидру с семью головами или восемью руками, таинственное воплощение Зла.
Поэтому можно лопатой грести рассказы о дуэлях подобного рода. Чтобы погрузить читателя в атмосферу ужаса, приведем один пример из относительно недавно появившегося произведения и одного из самых популярных. Это глава из книги лейтенанта Гарри Ризберга «Золото затонувших кораблей». Книга основана на фактах, пережитых автором лично, на воспоминаниях этого знаменитого американского водолаза, специализировавшегося на поиске затонувших сокровищ.


Рыба-дьявол
…Испанская шхуна со слитками серебра потерпела крушение и затонула у берегов Колумбии. Семь ныряльщиков пытались добраться до ценного груза, но ни один из них не вернулся на поверхность. Казалось, злой рок висел над шхуной, частично занесенной песком на глубине 64 метров.
Не очень этим обстоятельством обеспокоенный и влекомый прельстительной приманкой, бесстрашный Ризберг опустился на дно. Там он нашел около корпуса корабля скелет своего предшественника, все еще с водолазным шлемом на голове и в разорванном гидрокостюме. Но наш бравый водолаз вынужден был поспешно подняться на поверхность, так как его шланг для подачи воздуха был таинственным образом поврежден.
Несмотря на это предупреждение, Ризберг снова совершил погружение через два дня и был вознагражден. Он наконец нашел ценный груз, так же как и бронзового истукана, у ног которого валялись человеческие останки. Вот что дальше пишет наш герой: «Вдруг у меня появилось странное и неприятное ощущение, будто рядом со мной кто-то есть. Это чувство было таким сильным, что я начал крутиться вокруг себя, освещая толщу воды фонарем. И вдруг… Бог мои! Из-за неясных контуров бронзовой статуи перед моими глазами выросла гигантская фигура. Разглядев ее сквозь толщу воды, я содрогнулся. Поднявшись во весь свои рост, заполнив полностью проем двери… и закрыв мне путь к отступлению, передо мною стояло существо из видения наркомана, накурившегося гашиша, или бреда сумасшедшего! Мерзкое, покрытое бородавками тело медленно раскачивалось из стороны в сторону, постоянно подергиваясь и закручиваясь. Диаметр монстра был около пятнадцати футов (4,5 метра), а его бочкообразного массивного тела около четырех футов (1,2 метра). Длинные липкие щупальца были усеяны сотнями присосок размером с блюдце. Наверное, он явился из самой преисподней. Окраска его медленно менялась, переходя от бурого и грязно-желтого оттенка через светло-коричневый в серый и почти белый. Демонические глаза этого вампира, казалось, следили за каждым моим движением».
«Это было ужасно!» — признавался наш искатель сокровищ, и нет никаких оснований ему не верить.
Началась жестокая схватка, во время которой Ризбергу удалось по очереди отрезать своим ножом три щупальца монстра. По правде говоря, кажется странным — сам водолаз подчеркивал «дьявольское коварство» своего противника—тот факт, что спрут пытался атаковать человека только одной «рукой», как фехтовальщик, а ведь ему не составило бы труда действовать сразу восемью! Но в момент, когда чудовище наконец решило действовать, как нормальный осьминог, и решить судьбу нашего подводного Тарзана, тому удалось вонзить стальной клинок в «единственно незащищенное место на теле спрута, в шейную вену (sic).
Но перед тем как испустить дух, монстр нашел в себе силы хорошенько встряхнуть своего противника, как детскую погремушку, разорвать на нем скафандр и поранить кожу. Истекающий кровью и задыхающийся Ризберг потерял сознание, не забыв перед тем подумать об акулах, которых мог привлечь запах его крови. Сознание вернулось к нему в декомпрессионной камере корабля. Товарищ Ризберга, обеспокоенный долгим его отсутствием, послал к нему двух местных ныряльщиков. Они освободили его из объятий мертвого монстра и подняли на поверхность. При этом они зажимали дыры на скафандре, из которого выходил воздух, и отрезали пеньковый канат, привязанный к затонувшему кораблю».
Эти довольно сложные действия, выполненные простыми ныряльщиками на глубине 64 метра, не удостоились никакого особого комментария со стороны Ризберга. А это, пожалуй, самый впечатляющий эпизод, настолько выходящий за рамки возможного, что напрашивается вопрос: а не является ли весь рассказ, к тому же переполненный подозрительными деталями, только чередой лжи или похвальбы.
Но, впрочем, не важно. Мы не искали здесь свидетельств об образе жизни осьминогов или их отношений с человеком. Мы пытались передать атмосферу, в которой развиваются эти отношения. Если мало кто подвергает сомнению правдивость этого рассказа, то только потому, что он почти классический: кто усомнится в том, что нормально, обычно? Этот случай характерен для литературы, описывающей подводные приключения, и чудесно отражает общепринятое представление о том существе, которое англичане иногда образно называют devil-fich, рыба-дьявол.


Невероятный спрут «Тружеников моря»
В современной мифологии гигантский спрут, хранитель затонувших сокровищ, занял место средневекового дракона.
И только две книги несут ответственность за этот его ужасный образ подводного монстра: «Труженики моря» Виктора Гюго (1802—1885) и «Двадцать тысяч лье под водой» Жюля Верна (1828—1905) Именно из этих произведений человек с улицы черпает свои сведения об анатомии и поведении головоногих (Cephalopodes)
Они заслуживают того, чтобы остановиться на них подробнее! Одно принадлежит перу выдающегося поэта и писателя, неумеренная любовь которого к пафосу часто приводит к наихудшим измышлениям. Другое написано человеком, очаровавшим всех нас в детстве необычными приключениями, но научная компетентность его была, честно говоря, не более, чем иллюзией. А публика — и это естественно — охотнее читает романы, чем научные статьи, которые к тому же часто написаны малопонятным языком. Первая из книг знакомит нас с коварным и злобным характером спрутов, вторая дает представление о размерах, которых может достигать этот представитель подводного мира. И все же трудно найти более скверный источник знаний.
Бросим короткий взгляд сначала на первый из этих бессмертных шедевров. Знаменитая схватка бравого рыбака Жильята со спрутом, которой Гюго посвятил целых три главы «Тружеников», пожалуй, один из ярких образцов «литературы» в самом неприглядном смысле этого слова.
Но стряхнем с себя оцепенение, вернемся на землю и попытаемся проанализировать с холодной головой то, что поэт-иллюзионист нам порассказал.
«Чтобы поверить в существование спрута, надо его увидеть», — пишет Гюго. Чтобы поверить в то, что он нам описал, лучше никогда не видеть ни одного из них.
Однако автор «Отверженных» преподает нам настоящий урок естественной истории, и по ходу его он не колеблясь, чтобы подчеркнуть всю серьезность своих слов, цитирует естествоиспытателей — Сент-Винсента и Дени Монфора, критикует Бюффона и соглашается с Ламарком.
Вступление бесподобно захватывающе: «В сравнении со спрутом гидры античных миров вызывают улыбку. Порою невольно приходишь к мысли: неуловимое, реющее в наших сновидениях, встречается в области возможного с магнитами, к которым притягивается, и тогда оно приобретает очертания, — вот эти сгустки сна и становятся живыми существами. Неведомому дано творить чудеса, и оно пользуется этим, чтобы создавать чудовищ. Орфеи, Гомер и Гесиод смогли создать лишь химеру; Бог сотворил спрута.
Если Богу угодно, он даже гнусное доводит до совершенства.
Вопрос о причине этого его желания повергает в ужас религиозного мыслителя.
Если есть идеал во всем, если цель — создать идеал ужасающего, то спрут — шедевр».
Если вы еще не загипнотизированы, следует длинное нагромождение предложений, долженствующих показать огромную эрудицию автора в области зоологии, в действительности открывающих его полное незнание анатомии осьминогов. Вот несколько подобных образцов: «…кобра издает свист, спрут нем <…>; у ревуна цепкий хвост, у спрута хвоста нет <…>; у вампира когтистые крылья, у спрута крыльев нет <…>; у ската электрический разряд, у спрута электрического разряда нет <…>; у гадюки есть яд, у спрута яда нет; у ягнят-ника есть клюв, у спрута клюва нет» и т. п…
Если Гюго не знает, что у спрута есть яд, то можно только сожалеть: этот факт был экспериментально установлен еще в XVIII веке. Уже давно никого не удивляло, что осьминог может побеждать врагов, размеры которых во много раз превышают его собственные, более сильных и лучше вооруженных. Однажды смотритель неаполитанского аквариума Ло Бьянко с удивлением наблюдал, как осьминог на расстоянии парализует крабов и лангустов, помещенных с ним в одну ванну. Не гипнотизирует ли моллюск своих жертв? Это объяснение, конечно, могло бы соблазнить романтический ум, но не удовлетворить ученого. В том же аквариуме Краусс и Бальони нашли ключ к решению этой тайны. После тщательных наблюдений было выяснено, что, нападая на свою жертву, осьминог начинал всегда с того, что подтягивал ее ко рту на некоторое расстояние, как гурман, вдыхающий запах изысканного блюда. Если в этот момент отобрать у него добычу, жертва все равно через некоторое время погибнет, не имея никаких видимых повреждений. Очевидно, она была отравлена! Заинтригованный Краусс выделил вещество из слюнных желез на языке осьминога и без труда выяснил, что оно обладает ядовитыми свойствами. Помещенная в воду аквариума, слюна парализовала всех животных, которые там находились; введенная кролику, она убила и его.


Жертва осьминога-младенца
Сегодня известно, что яд некоторых видов осьминогов опасен даже для человека. В 1947 году Дону Симпсону, отлавливавшему живых осьминогов для Стенфордского аквариума в Сан-Франциско, пришла в голову роковая идея сфотографироваться с детенышем моллюска вида Paroctopus apollyon в руках. Маленький демон, пока его «похититель» принимал позы перед аппаратом, укусил его за руку. Рама начала обильно кровоточить. Через несколько минут Симпсон почувствовал сильное жжение, а к ночи рука распухла так, что невозможно было двигать пальцами. Опухоль спала только через месяц.
В другом случае человек, который ловил осьминогов возле коралловых островов на Гавайях, был укушен в ладонь одним из своих пленников. Потом два дня он не мог встать с постели. Кожа воспалилась и горела вокруг двух маленьких дырочек, обозначавших место прикосновения острого клюва головоногого.
Брюс Хальстед и Стилман Берри провели в США тщательное изучение шести подобных случаев. Вот их выводы:
«Симптомы выражаются в острой боли в самый момент укуса (описываемой как укус пчелы). чувством жжения, „дергающей“ болью, по краснением кожи, опуханием места укуса и, в некоторых случаях, неестественно обильным кровотечением. Симптомы варьируют в зависимости от размеров и вида моллюска и от количества яда, попавшего в рану. Укус осьминога похож на легкий укол и кажется относительно неопасным, когда его наносят небольшие особи, с которыми обычно имеет дело человек».
Но не всегда так легко заканчивается дело. 18 сентября 1954 года молодой подводный охотник по имени Кирк Холланд занимался своим любимым делом у побережья Австралии, недалеко от Дарвина. С ним был его друг Джон Бейли. Уже возвращаясь на берег, Джон заметил «голубого осьминога» 15 сантиметров в диаметре, плававшего рядом с ним. Ловко поймав его, он пустил пленника ползать по своим плечам и рукам. Затем ради шутки он бросил моллюска на спину своему другу. Животное прилепилось на несколько мгновений к спине человека у основания шеи, а затем упало в воду. Уже на берегу Холланд стал жаловаться на сухость во рту и боль в горле при глотании. Он ничего не говорил об укусе, но Джон заметил небольшую капельку крови, выступившую в том месте, где осьминог сидел на спине. Вскоре у молодого человека началась рвота и головокружение, он упал на песок в прострации. Байли поспешил отвезти его на машине в госпиталь Дарвина. В пути Кирк потерял сознание. На пороге больницы он уже посинел и перестал дышать. Несмотря на вмешательство врачей, через два часа после укуса Холланд умер.
Следует сказать, что осьминоги наших морей обычно не кусаются, если человек берет их в руки. И даже если это происходит, укус не очень ядовит.


Омерзительная анатомия
Когда Виктор Гюго утверждает, что у осьминога нет клюва, он совершает гораздо более грубую ошибку, чем когда отказывает ему в ядовитости. И этому нет ни малейшего извинения. Достаточно прогуляться на рыбный рынок, чтобы убедиться в обратном.
Все головоногие имеют в месте, где сходятся их руки-ноги, изогнутый, как у попугая, только вверх, клюв. Это острое и мощное оружие, способное легко кромсать кожу врагов, превращая ее в лохмотья, и даже раздавливать твердые панцири ракообразных. В спокойном состоянии клюв спрятан в складках тела и почти не заметен, но от этого он никуда не исчезает.
Наш писатель к тому же имеет особое мнение о манере питания осьминогов. По Гюго, они просто выпивают кровь из своих жертв с помощью присосок!
«Нет тисков, равных по силе объятиям осьминога.
На вас нападает пневматический насос. Вы имеете дело с пустотой, вооруженной щупальцами. Ни вонзающихся когтей, ни вонзающихся клыков; одно лишь невыразимое ощущение рассекаемой кожи. Укус страшен, но не так, как высасывание. Коготь — ничто по сравнению с присоской. Коготь — это зверь, врывающийся в ваше тело; присоска — это вы сами входите в зверя. Ваши мускулы вздуваются, ваши жилы скручиваются, кожа лопается под мерзкими присосками; кровь брызжет и смешивается с отвратительной лимфой моллюска. Эта тварь проникает к вам тысячью гнусных ртов; гидра врастает в человека; человек сливается с гидрой. Вы становитесь одним целым. Этот кошмар проникает в вас. Тигр может вас только сожрать; спрут — о ужас! — высасывает вас. Он вас притягивает к себе, втягивает в себя, и вы, связанный, склеенный этой живой слизью, беспомощный, вы чувствуете, как медленно переливаетесь в этот страшный мешок.
Ужасно быть съеденным заживо, но невыразимо ужасней — быть заживо выпитым».
Кроме этих тысяч сосущих ртов, Гюго наделяет своего спрута еще одним, но каким! Он еще более «омерзителен», чем тысяча других: «В центре чудовища зияло единственное отверстие. Что это — пасть? А может быть, анус? И то и другое! Одно и то же отверстие выполняет две функции, входа и выхода».
У бедного монстра, вероятно, было довольно смрадное дыхание.
В действительности у всех моллюсков, в том числе и головоногих, только не литературных, а реальных, анальное отверстие всегда четко отделено от ротового. И этот факт был известен еще Аристотелю. Так, у осьминогов ротовое отверстие расположено в месте, где сходятся его щупальца, а анальное — открывается под «мантию». Между мантией и телом образуется полость, нечто вроде мешка, сообщающаяся с внешней средой через поперечную щель. С другой стороны, эта полость открывается наружу сифоном, называемым еще «соплом». Ниже станет понятно почему.
Вода свободно проникает в этот мешок через поперечную щель и омывает выходящие туда же жабры, питая их кислородом. Эта циркуляция воды используется осьминогом не только для дыхания. Когда ему надоедает ползать по дну и появляется желание свободно поплавать, моллюск плотно прижимает мантию к телу, закрывая поперечную щель, а затем резким сокращением мышц тела выталкивает воду через сифон-сопло. Так как сифон направлен туда же, куда и ноги, осьминог получает импульс движения назад. Повторяя этот цикл, он и двигается, как бы скачками, с помощью настоящего реактивного двигателя. Если ему понадобится двигаться вперед щупальцами, например, чтобы схватить добычу, он направляет сопло назад. Но, по правде говоря, это происходит лишь в исключительных случаях. Однако существует один очень редкий вид осьминогов— амбрелла (Opistoteuthis), у которого сопло обычно направлено именно назад. Это единственный головоногии, для которого плавание вперед является совершенно нормальным состоянием.
Продукты выделения, попадающие в полость под мантию, также вымываются наружу через сифон. А измышления Виктора Гюго по этому поводу являются чистой воды клеветой.


Битва Жильята со спрутом
Мы уже говорили, что тело осьминога похоже на мешок. Следует уточнить, что оно состоит как бы из двух частей, очень неравных размеров. Одна часть, большая, это собственно тело, другая — мантия. В туловище располагаются основные жизненно важные органы: печень, почки, сложная система кровообращения с сердцем, венами и артериями, половые железы, жабры. Последние можно увидеть, вывернув «наизнанку» мантию. Кстати, именно так поступают рыбаки, когда хотят лишить осьминога сил: очевидно, прямое действие атмосферного воздуха приводит к удушью и к более или менее скорой смерти.
Впрочем, вернемся к описанию спрута в романе Гюго:
«У него нет ни костей, ни крови, ни плоти. Он дряблый. Он полый. Это лишь оболочка. Его восемь щупалец можно вывернуть наизнанку, как пальцы перчатки».
У читателя может возникнуть вопрос, что же за удовольствие получают гурманы, если до небес превозносят кулинарные прелести этой пустоты? Бог мой! Внезапно осеняет читателя. Да, наверное, спрут, с которым столкнулся Жильят в таинственной пещере, не что иное, как резиновая надувная игрушка, наподобие тех, что продают на базарах для забавы детишкам во время купания. И читатель успокаивается, понимая, что отважный нормандский рыбак справится с этим «монстром» одним уколом булавки… ан нет. Мы становимся свидетелями настоящего сражения. Наш герой, находясь по пояс в воде, оказывается вдруг в крепких объятиях пневматического монстра, пять щупалец которого, с 50 присосками каждое, душат его, сжимают, лишая свободы движения. На самом деле у осьминога на каждой руке около 240 присосок, то есть всего почти 2000. Спрут из «Тружеников», очевидно, какой-то особенный экземпляр!
«В тело Жильята впивались двести пятьдесят присосок. Его охватило чувство ужаса и отвращения. Быть стиснутым в исполинском кулаке и ощущать, как эластичные, гибкие пальцы, длиной один метр каждый, сплошь покрытые живыми пузырьками, впиваются в вашу плоть».
Что делать? У Жильята в руке нож, но может ли это оружие помочь ему чем-нибудь?
«Он бьет ножом по щупальцам спрута. Но стальное лезвие лишь скользит по поверхности. К тому же их петли прилегают к телу так плотно, что, разрезая их, вы режете по своему телу».
Как видно из процитированного отрывка, осьминоги во времена Гюго не были такими мягкими, как в наши дни. К счастью, узнаем мы с облегчением, у спрута все же было слабое место, которое было известно Жильяту. Мы узнаем, что главное — дождаться нужного момента — «мгновения, когда спрут вытянет вперед голову. Один краткий миг. Кто упустит его, тот погиб». Человеку надо поймать его, и тогда… «Это как схватка двух молний. Жильят погрузил клинок своего ножа в липкий плоский ком слизи и одним круговым движением — так свивается бич при ударе — очертил им оба глаза. Он вырвал голову, как вырывают зуб».
Трудно сказать, откуда у Виктора Гюго появился секрет этого впечатляющего «приема», но стоило бы посоветовать тем, кто окажется в положении бедняги Жильята, не терять времени зря на его применение на практике. Лучше воспользоваться менее сложной техникой борьбы. Если верить известному специалисту по морской фауне Е. Буланже, «достаточно сильно сжать тело осьминога между головой и туловищем», чтобы он ослабил хватку. Правда, сомневаемся, что это всегда удастся. Надежнее просто вонзить нож между глаз твари. В этом случае будет поражен мозг и наступит мгновенная смерть и, следовательно, освобождение. Не имея острого предмета, можно, как это иногда делают полинезийские ныряльщики, укусить его со всей силы в то же место. Подобное действие, конечно, может показаться отвратительным, но в критической для жизни ситуации не время поддаваться чувству брезгливости. Но нужно предупредить, что этот прием не так уж прост в исполнении.


Источник информации Гюго
Читатель вправе спросить, где же Виктор Гюго мог получить свои знания об анатомии осьминогов и их поведении?
В то время, когда писались «Труженики моря» — роман был опубликован в 1866'году, — в распоряжении писателя могло быть множество блистательных научных работ о головоногих. Даже не обращаясь к работам узких специалистов, папаша Гюго мог бы с большой пользой для себя заглянуть в «Энциклопедию естественной истории» доктора Шену, том, посвященный моллюскам (1858), или перелистать научно-популярный труд «Мир моря», вышедший в 1865 году, как раз в момент написания «Тружеников моря».
Но многим авторитетным работам Виктор Гюго, по-видимому, предпочел другой источник, немного странный для этого случая. Это книга Жю-ля Мишле, профессора Коллеж де Франс, поменявшего вдруг столбовую дорогу истории Франции на извилистые тропинки естественных наук. В результате этого приключения историка на свет появилось несколько книг, которые можно охарактеризовать в лучшем случае как «забавные». Именно в одной из них, «Море» (1861), Виктор Гюго и почерпнул, вероятно, основные сведения о спрутах.
Только репутация убийцы, словно сошедшая со страниц черных романов Джеймса Хадли Чейза, могла заставить Гюго предположить, что спрут — это «сам сатана», «ужасный сфинкс, несущий ужасную загадку. Загадку Зла».


Борьба науки с писателем
Не удовлетворившись наделением спрута причудливой анатомией, совершенно невозможным с биологической точки зрения строением, Гюго еще и осыпает его, по примеру Мишле, самыми последними оскорблениями. Он обзывает несчастное животное злым, коварным, предателем, затем более изысканно — «каплей клея, замешанной на ненависти», «проклятым созданием» и «болезнью, доведенной до чудовищности».
Можно было бы быть и повежливее. Сразу после выхода в свет «Тружеников моря» в 1866 году знаменитый малаколог (специалист по головоногим) того времени Генри Кросс выступил на защиту бедных, несправедливо опороченных головоногих и, в свою очередь, выдвинул несколько претензий месье Гюго, но в гораздо более вежливой форме.
Указав сразу на некоторые самые очевидные глупости, ученый подробно разобрал содержание, как он выразился, «любопытной главы».
«Не хватало еще этим несчастным животным потерять репутацию и доброе имя по вине современной художественной литературы», — справедливо негодовал Кросс.
Прошли годы, и опасения Кросса полностью подтвердились. За исключением специалистов, кто зияет паботы самых выдающихся малакологов? Кто в наши дни еще читает Жоржа Кювье или Ричарда Оуэна? Но еще со школьной скамьи все, затаив дыхание, следят за незабываемой битвой Жильята с гуттаперчевым спрутом, которым овладел дьявол.


Спрут менее агрессивен, чем тыква?
Столетие легионы романистов, журналистов и кинематографистов черпали свое вдохновение из бессмертных страниц «Тружеников моря», окончательно разрушая репутацию осьминога. Правды ради надо сказать, что задолго до Гюго спрут не считался таким уж мирным существом. Еще Плиний Старший говорил, что для пловца или ныряльщика нет смерти ужасней, чем в объятиях спрута. В эпоху Возрождения Рондоле также считал, что щупальца спрута способны привести человека к смерти быстрее всех остальных подводных обитателей. И Кювье, пожалуй, успешнее всех развенчивавший легенды и мифы, безропотно соглашался с подобным утверждением и повторял вслед за другими, что восемь страшных рук спрута представляют опасность не только для животных, но и для человека.
Как видно, человека рассматривали лишь как одну из жертв, среди множества других, кровожадного моллюска. Рассказывали, как осьминог схватил и утащил под воду орла. Утверждали, что спрут способен победить, если представится случай, самого льва. Но Гюго первым из писателей превратил осьминога в существо, снедаемое особой ненавистью именно к человеческому роду и озабоченного только одним: как удовлетворить этот убийственный инстинкт. Он представил его почти родовым врагом человека. Отныне, спускаясь в царство Нептуна, человек должен был обязательно выдержать бой с этим неумолимым стражем глубин.
Реакция на такое преувеличение была, как и следовало ожидать, также преувеличенной. Так, американский специалист по осьминогам, профессор университета Майами Стефан Риге Уильямс, любил говорить, что крестьянин на своем поле рискует больше при встрече с тыквой, чем ныряльщик с осьминогом. Этот каламбур и сейчас выражает очень распространенное мнение по этому вопросу. В своей работе «История глупостей в естествознании» профессор Берген Эванс предоставил место и рассказам об агрессивности спрутов. По его мнению, «спрут одно из самых безобидных для человека созданий».
Если посмотреть на осьминога со стороны, он действительно кажется существом застенчивым, даже пугливым. Его мягкое голое тело придает ему уязвимый вид, становится понятно, что при приближении врага ему чаще всего приходится спасаться бегством, прячась в расщелинах скал и под камнями. Все в нем выдает желание скрыться, стать незаметным. Искусство маскировки доведено у него до совершенства. Ловкость и скорость, с которыми он меняет цвет и окраску своего тела, намного выше, чем у знаменитого хамелеона. А если этого недостаточно, осьминог в случае крайней опасности может стать почти прозрачным и вдобавок выбросить из сифона чернильное облако.
Долгое время считалось, что этот маневр имеет своей целью только ослепить на некоторое время врага и дать возможность осьминогу скрыться или, как утверждали раньше, напасть на жертву, буквально половить рыбку в мутной воде. Некоторые головоногие, живущие на больших глубинах, куда не проникает солнечный свет, выбрасывают фосфоресцирующее облако, свечение которого ослепляет противника с не меньшей эффективностью, чем чернила.
Но, похоже, чернильное облако осьминогов и его собратьев играет и другую роль, возможно, даже более важную. Это экспериментально установил директор морской станции в Калифорнии Мак-Джиниси. Он поместил в один аквариум осьминога и мурену, острые зубы и кровожадность которой хорошо известны. Сначала мурена жадно бросилась на поиски осьминога, желая, по-видимому, побыстрее свести с ним счеты. Перед смертельной опасностью несчастный моллюск перебрал буквально все цвета радуги. Когда противники, наконец, оказались нос к носу на расстоянии полуметра, испуганный до смерти осьминог выбросил чернильное облако, и в аквариуме наступила ночь. До сих пор все шло как обычно. Но мало-помалу черное облако рассеялось, и оказалось, что мурена перестала замечать присутствие осьминога: она его больше не узнавала, даже когда он почти касался ее носа. Ее обоняние было парализовано и оставалось в таком состоянии час или два!
Следовательно, чернильное облако не только оптический защитный экран, но и нечто вроде химической бомбы.
Таким образом, вооруженный разнообразными средствами маскировки, осьминог, похоже, прежде всего готовится к обороне, что на первый взгляд не согласуется с его репутацией агрессора.
Неужели наш бука оказался трусом? Во всяком случае, в своей классической работе «Моллюски Средиземного моря» (1851) Жан-Батист Верами не скрывал своего презрения к этому наводившему на моряков страх монстру. «Неприятное чувство от прикосновения присосок к телу, змееподобные движения щупалец и уродливый вид вызвали преувеличенное представление о вредоносности спрута. На самом деле он глуп и не способен причинить ни малейшего вреда», — писал он.
Поворот на 180 градусов! В 1879 году профессор Эдиссон Верилл из университета Коннектикута так сформулировал современное ему представление ученого мира о характере осьминога:
«Нет никаких доказательств, что какой-нибудь из видов осьминогов по своей инициативе нападал на человека или кто-нибудь был серьезно ранен им. Это существа скорее апатичные и скрытные, чаще прячущиеся в расщелинах скал и под камнями. Их основной пищей являются двустворчатые моллюски и, если повезет, рыба. Не брезгуют они, по примеру крабов и омаров, и падалью. Их сила и злобность сильно преувеличены».
В более близкие к нам времена Е. Буланже все же допускал, что осьминоги могут представлять некоторую опасность для человека, если произойдет встреча с достаточно крупным экземпляром, но, уточнял он, «опасность эта скорее психологического характера, от самого вида этого омерзительного существа и от его липких прикосновений».
В наши дни многие любители подводного плавания, привыкшие к встречам с этими морскими животными, заходят еще дальше: они играют с ними. Если верить их рассказам, это существа «добрые и забавные», а общение с человеком доставляет им удовольствие.


Входим ли мы в меню осьминога?
Действительно ли можно теперь утверждать, что все рассказы о его агрессивности, о нападениях на человека есть только плод воображения? Слишком рано делать такой вывод. В книге «Животные легенд» доктор Морис Бартон из Британского музея показывает, что сюжеты многих легенд и сказок имеют вполне реальные корни. Характеры и поведение мифических животных столь невероятны, что ученые отказываются в них верить, но они могут быть вполне реальными, но при этом относиться к проявлениям исключительным или крайне редко встречающимся. Тот, кто долго жил на берегу моря в районе, где много осьминогов, мог бы вспомнить множество случаев о нападении этих моллюсков на человека без, казалось бы, видимых причин. Преподобный Уильям Уайт Джилл смог в прошлом веке собрать множество такого рода свидетельств за время своего двадцатилетнего пребывания в Полинезии. «В Европе, — писал он, — считают, что осьминоги никогда не нападают на человека. Но ни один полинезиец не сомневается в обратном. Никто из них никогда не отправится на охоту за осьминогами в одиночку, без верного товарища, способного прийти на помощь в критической ситуации». Сам Тур Хейердал был однажды схвачен за щиколотку небольшим осьминогом, 90 сантиметров в поперечнике, почти у конечного пункта своего путешествия на «Кон-Тики».


Если эти происшествия не оставляют никаких следов, даже в виде газетных сообщений, то только потому, что не вызывают никаких серьезных последствий. Происходит почти одно и то же. Купальщик или даже просто человек, сидящий на камне у берега, опустив ноги в воду, вдруг чувствует на своей лодыжке прикосновение щупальца осьминога. Иногда воспоминание об этом приключении заставляет содрогаться еще долгие годы спустя. Но сама «драма» в большинстве случаев очень скоротечна. Достаточно резко вынуть ногу из воды, чтобы моллюск отпустил добычу. Не будем забывать, что это морские животные и они не могут долго оставаться вне естественной для них среды обитания и предпочитают — кто их в этом упрекнет— бегство удушью…
В чем же дело? Может быть, эти твари таким образом пытаются пригласить человека поиграть? Принимают его ноги за игрушку? Нет, истина в другом.
Осьминог по своей природе, бесспорно, хищник, следовательно, охотник. Чаще всего он поджидает свою добычу в засаде, спрятавшись в скальной расщелине, и хватает ее, когда она проплывает мимо. Если жертва вне прямой досягаемости или достаточно крупная, он бросается на нее, широко расставив щупальца, и ловит ее в сети, усеянные присосками. Значит, опять получается, что спруты маскируются не столько для того, чтобы прятаться от врагов, сколько для удобства нападения на них. Все, что проплывает мимо его логова, может стать объектом атаки.


Спрут — жертва своей природной агрессивности
Педантам, любителям не оставлять ничего неясного, может прийти в голову законная мысль: а если спрут, этот прирожденный охотник, окажется достаточно крупным и прочно ухватится за подводные камни, удастся ли человеку вытащить ногу из воды? Не сможет ли моллюск искромсать его кожу своим клювом? В принципе сможет. Но пусть это не пугает любителей морских ножных ванн. Те осьминоги, которые добираются до самого берега, в основном небольших размеров и не превосходят тех, что продаются на рыбных рынках, то есть с ладонь, в крайнем случае с полруки. Его легко можно стряхнуть при первом прикосновении. А из-за центрального расположения рта осьминог может укусить свою жертву, только если обхватит ее всеми восемью руками.
Для человека может появиться реальная опасность, если во время плавания под водой крупный осьминог его схватит за ногу или за руку и пловец не сможет быстро освободиться. Честно говоря, в этом случае осьминог не обязательно должен быть очень уж впечатляющих размеров. Сила удержания его присосок — а их в общей сложности около 2000 — огромна. Хорошо зацепившийся за скалу осьминог размером не больше головы младенца может с успехом задержать пловца под водой и поставить его жизнь под серьезную угрозу.
Если попробовать просто схватить осьминога, он выскользнет из пальцев, как угорь. Надо дать ему поймать руку, а не руками ловить его! А когда осьминог крепко ухватится за руку, охотник резко выдергивает его из воды и другой рукой выворачивает его мантию, выставляя жабры на воздух. Это занятие становится совсем не безопасным, если спрут оказывается достаточно крупным.


Водолазы подвергаются наибольшему риску
Для водолазов, привязанных к одному месту работой, опасность быть схваченными крупным или даже очень крупным спрутом, пожалуй, наибольшая. Для этого, правда, ему надо оказаться прямо у входа в логовище одного из этих демонов подводного царства. Но водолазы чаще всего работают у корпусов затонувших кораблей, где осьминоги находят для себя комфортабельное обиталище.
Ходит множество историй о случаях неспровоцированного нападения спрутов на водолазов. Хотя трудно проверить истинность каждой, но это не означает, что все они или все в них выдумано. Одно из двух: или подвергшийся нападению водолаз поднимается на поверхность живым и невредимым после своего приключения и всегда можно поставить под сомнение правдивость его слов, или он остается пленником монстра на дне и тогда никто не узнает истинной причины его смерти. Следовательно, достойным доверия могут считаться случаи, когда жертва нападения приносит вещественные улики: то ли кусок щупальца, то ли всего спрута целиком. Такой пример и приводит известный американский малаколог Джордж Вашингтон Трайон, известный скептик, в своем монументальном двадцатитомном труде о моллюсках.
«4 сентября 1879 года водолаз М. Дж. Смайл занимался расчисткой дна реки в австралийском штате Виктория. Спустившись в очередной раз на дно, чтобы зацепить трос за обломок скалы, он заметил камень больше других. Водолаз наклонился к нему и пощупал рукой, пытаясь оценить, можно ли заложить под него взрывчатку. „Едва я протянул руку, — рассказывал он, — как почувствовал, что меня кто-то схватил за нее. Я сразу не мог в мутной воде рассмотреть, что это. Но потом с ужасом увидел обвившееся вокруг руки толстое, как удав констриктор, щупальце спрута. В тот же момент я почувствовал сильную боль в том месте, где к моему телу прикоснулись несколько присосок. Руку как будто разрывали на части, и чем сильнее я пытался освободиться, тем сильнее была боль. Недалеко от меня лежал кусок железной трубы. Я с трудом дотянулся до него, и началось сражение. Чем больше я бил эту тварь трубой, тем сильнее он сжимал свои объятия. Вскоре я перестал чувствовать руку. Наконец, через некоторое время давление стало понемногу ослабевать, но осьминог еще долго не отпускал меня, пока я почти не перерубил щупальце. Он отцепился от скалы, и я смог его поднять на поверхность. Уверяю вас, я был на пределе сил. Наша битва продолжалась почти двадцать минут“.
Если верить газетам, описавшим это происшествие, когда водолаз появился из воды и медленно перевалился через борт водолазного катера, «огромная безобразная масса, казалось, опутала его с ног до головы. Матросам с трудом удалось освободить водолаза от его объятий. Тело осьминога было не больше суповой тарелки, но его девять (?) рук были каждое длиной около 4 футов (1,2 метра) и толщиной с кулак человека у основания и как лезвие ножа на концах. Нижняя сторона щупалец была усеяна множеством присосок. Смайл утверждал, что сила присосок такова, что моллюск мог бы удержать на дне трех человек».
За исключением упоминания о девяти руках — это, возможно, ошибка репортера или, скорее всего, наборщика, — все детали этого рассказа вполне правдоподобны.
Размеры «монстра» скорее средние, что касается его силы, то и она не кажется преувеличенной.
С целью самозащиты при работе в водах, где обитают осьминоги, водолазы берут с собой химический пистолет. Его выстрел выбрасывает струю кислоты, вдыхая которую спрут погибает.


Опасность пропорциональна размерам противника
Если достаточно крупный экземпляр встретится с человеком в свободном плавании, будет ли он думать только о бегстве? Я сомневаюсь. Возможно, он нападет, особенно если почувствует угрозу для себя.
В фильме «Море вокруг нас» по книге Рейчел Карсон показана дуэль акулы с осьминогом. Сначала моллюск был очень осторожен и старался избежать конфликта, выпустив чернильное облако. Но когда схватка все же началась, он дрался упорно и с ожесточением и в конце концов победил, буквально задушив акулу: он перекрыл ей щупальцами жаберные щели. Трудно предположить, что такого же размера и к тому же находящаяся в родной стихии акула для осьминога — противник менее страшный, чем человек.
Сомневаемся и в том, что, оказавшись нос к носу с осьминогом значительных размеров, аквалангисту придет в голову идея поиграть с ним. Известно множество случаев подобных встреч.
Так, один любитель подводной охоты рассказывал, как чуть не умер от страха, внезапно увидев уставившуюся на него пару ужасных глаз размером с мячики для пинг-понга. Недолго думая, он пустился наутек. Если даже в некоторых обстоятельствах осьминог кажется беззащитным, следует постоянно помнить, что самое нежное создание может стать опасным, если оно напугано и потеряло голову от страха. Не зря говорят, что нет страшнее зверя, чем обезумевший баран.
Если бы Виктор Гюго не нарисовал бы нам совершенно фантастический портрет своего спрута и не стал бы судить животное по моральным критериям человека, то ничто не помешало бы нам рассматривать битву Жильята с одним из этих головоногих как вполне вероятное событие.


Из семейного альбома головоногих
До сих пор Жюль Верн (1828—1905) считается каким-то научным пророком. В действительности же он был лишь непревзойденным детско-юношеским писателем, что тоже уже совсем не плохо и вполне достаточно для славы. Что касается его отношения к научной фантастике, то ее отцом скорее следует считать Герберта Уэллса (1886—1946), настоящего ученого, поставившего этот литературный жанр на достойное место.


Жюль Верн — лжеученый
Если обратиться к научной литературе, существовавшей в то время, когда Жюль Верн писал свои «необычайные путешествия», то станет очевидным, что писатель ничего своего не выдумал, а его видение будущего лишь наивная экстраполяция уже известного, причем почти всегда не реализуемая на практике.
Так, знаменитый «Наутилус» капитана Немо на самом деле только слепок подводной лодки «Плонжер», построенной в 1863 году и совершившей множество успешных погружений. Этот аппарат работал на сжатом воздухе, но уже чуть раньше в университете в Монпелье был построен макет лодки с электродвигателем. Само название «Наутилус» не было оригинальным. Его носил еще подводный аппарат американца Фултона, построенный в 1800 году. Фултон был идеалистом-утопистом: он верил, что может положить конец войнам, превратив их в невыносимо ужасные предприятия с помощью своего подводного корабля. Очевидно, именно он и послужил прототипом благородного капитана.
Жюль Верн, конечно, много читал, но, не имея научного образования, никогда не умел правильно выбрать круг своего чтения или, во всяком случае, он плохо усваивал прочитанное, не понимая сути. Не читайте Жюля Верна в зрелом возрасте, тем более если вы к тому времени получили уже какое-то образование. Вы будете разочарованы. Вы увидите, что за оглушающими псевдоучеными рассуждениями и кучей технических терминов скрывается пустота. Приложив немного усилий, можно найти источники его вдохновения и труды, из которых он переписывал длинные пассажи, мало что в них понимая. Послушайте, что он говорит устами профессора Аронакса, ведущего сотрудника Парижского музея естественной истории. Принимая в начале книги «Наутилус» за морское чудовище, этот «ученый» определяет его природу следующим образом: «Я верю в существование мощного млекопитающего, принадлежащего, как и киты, кашалоты или дельфины, к подтипу позвоночных».


Может быть, месье Аронакс знал млекопитающих, не принадлежащих к позвоночным? Или он считал, что из млекопитающих только китообразные относятся к позвоночным? Можно только посочувствовать музею, в котором служит профессор зоологии, выражающийся таким странным образом! Кроме того, этот господин с легкостью перевирает имена авторов и природу животных. Он называет тюленей «великолепными китообразными», верит, что киты живут тысячу лет, знает музеи, где хранятся скелеты (?!) осьминогов, и возлагает на инфузорий ответственность за возведение коралловых рифов. Ничто не может его удивить. Он с олимпийским спокойствием встречает в Японском море гигантскую саламандру, пресноводное животное. Он считает нормальным появление у Южного полюса пингвинов вместе с моржами, животными арктических морей; его меньше всего в мире удивляют живые трилобиты, в то время как его коллеги считают их вымершими еще 300 миллионов лет назад!
Но больше всего удивляет тот факт, что во время своего кругосветного плавания в океанских глубинах профессор не встретил ни одного незнакомого ему живого существа, которому его ученый слуга не смог бы приклеить латинский ярлык. Даже в наши дни каждая океанографическая экспедиция, каждая серия зондирования океанских глубин приносит богатый улов неизвестных организмов. Но для нашего профессора зоологии в морском царстве тайн больше нет.
Кроме того, в книге есть знаменитый эпизод битвы капитана Немо и его людей с ордой гигантских восьмиметровых кальмаров. Тот факт, что такие гиганты существуют, был доказан в 1861 году капитаном авизо (разведывательного и посыльного военного судна) «Алектон» Буайером. Монстр получил научное название Loligo bouyeri (кальмар Буайера).
Со своей обычной небрежностью Жюль Верн не забывает исковеркать имя капитана, называя его Буге, но, что более серьезно, он упорно называет этот вид головоногих то кальмарами, то спрутами. Что за зоологический винегрет!
Сотни писателей и журналистов с тех пор, по примеру писателя, повторили ту же ошибку.
Нет, не возвращайтесь к любимым книгам вашей юности, если вы действительно любите Жюля Верна, этого волшебника, пробудившего у многих тягу к научным исследованиям. Так приятно верить в Жюля Верна — эрудита, универсального ученого-пророка.


Немного систематики
Головоногие, сыгравшие такую большую роль в приключенческой литературе, ставшие необходимым персонажем морских романов, занимают в научной литературе гораздо более скромное, почти незаметное место.
Головоногие как класс очень мало изучены: даже в работах ученых появляются серьезные ошибки. В распоряжении исследователей очень мало исходных данных. Им приходится изучать редкие экземпляры или даже отдельные фрагменты, найденные в желудках китов или акул. Большая часть головоногих живет на больших глубинах, а те, которые находятся в пределах досягаемости ловчих сетей, слишком быстры и умны, чтобы в них попадаться. Исследователям остается надеяться на его величество случай, лучшего друга коллекционера.
Биология этих существ почти не изучена, за исключением некоторых видов, живущих в прибрежных водах, поэтому суждения о них часто основаны на догадках и предположениях.
Чтобы любой читатель мог более или менее свободно ориентироваться в этом очень разнообразном мире и легко следить за перипетиями исследовании гигантов этого семейства, попытаемся наметить основные линии систематики головоногих.
Во-первых, головоногие подразделяются на две главные группы по признаку, не видимому со стороны: на четырехжаберных (Tetrabranches), у которых две пары жабер, и двужаберных (Dibranches), с одной парой. Так как этот признак не различим у ископаемых — жабры не оставляют отпечатков, — это деление не принимается большинством специалистов и заменено на соответственно Protocephalopodes и Metacephalopodes.
Первые представлены в наше время одним видом — наутилусом, единственным головоногим, живущим в прекрасной спиральной раковине. Все остальные относятся ко вторым. Раковина у них сильно редуцирована и стала внутренней, вернее, скрытой под мантией. На первый взгляд есть раковина у самки аргонавта (Argonauta), но хрупкая полосатая скорлупка, в которой она живет, на самом деле только гнездо. Эти два вида очень далеки друг от друга. Аргонавт похож на своих родственников, обыкновенных осьминогов: у него также восемь усеянных присосками ног, У наутилуса ног много больше — целая сотня — они короткие и гладкие, больше похожие на реснички анемона, чем на мощные щупальца других головоногих. По этой причине некоторые зоологи предпочитают различать их по другому признаку и называют Tentaculiferes (имеющие щупальца) и Acetabuliferes (имеющие присоски).


Головоногие с восемью и десятью ногами
Размеры наутилуса не превышают 30 сантиметров в диаметре, и он не попадает в зону нашего интереса.
Среди Dibranches или Acetabuliferes нам тоже будет легко ориентироваться, так как они делятся на три основные группы: осьминогов, кальмаров и каракатиц, которые хорошо известны. Они все иногда попадают в меню человека, во всяком случае во Франции и средиземноморских странах. Как говорится, нет пути к знаниям короче, чем через желудок.
Из осьминогов или спрутов, среди которых наиболее известен вид Octopus, на туловище в форме сферического мешка прямо без шеи сидит голова. Как подсказывает название, у него восемь ног, которые иногда называют руками, иногда щупальцами. Они одинаковой длины и вооружены двумя рядами присосок на нижней поверхности. У мускусного осьминога, или эледона, присоски расположены в один ряд.
Кальмары и каракатицы устроены по-другому. Голова у них явно отделена от туловища, сужение которого образует шею. Тело вытянутое, есть боковые плавники. У каракатиц плавники тянутся вдоль всего тела, у кальмаров образуют две хвостовые лопасти. В отличие от осьминогов, кальмары и каракатицы кроме восьми рук имеют еще два щупальца, намного длиннее остальных, с уплощенными окончаниями, усеянными присосками. У каракатиц они могут убираться внутрь тела, а при ловле добычи резко выбрасываются вперед. Кальмары оставляют их плавать вокруг или впереди тела, и они служат ему антеннами. Многие зоологи отличают их от восьми других и называют «ловчими руками». По количеству рук двужаберные, таким образом, подразделяются еще на Octopodes (восьминогие) и Decapodes (деся-тиногие).


Исчезающая раковина
Все три типа кроме формы и количества рук отличаются еще одной важной анатомической особенностью. Вначале все головоногие имели внешнюю раковину, но не у всех она завивалась в спираль. У предка всех современных двужаберных головоногих, белемнитов юрского периода, раковина была уже в процессе редуцирования. Когда она стала настолько мала, что перестала служить своему хозяину домом, она сама стала постепенно покрываться его плотью. У белемнитов она состояла еще из трех частей, известкового ростра, напоминавшего наконечник копья (по-гречески belos, отсюда название «белемниты»), который переходил в шалашеобразную среднюю часть, последнее напоминание о былом ее предназначении; оканчивалась она роговой пластиной, протянувшейся вдоль спины. У современных двужаберных эти части трансформировались различно, и по этому признаку их можно явно разделить на основные группы.
У каракатиц ростр практически исчез, зато средняя часть заполнила почти всю спину и почти сходится на животе: это так называемые «кости каракатицы», которые часто находят на берегу моря.
У кальмаров, наоборот, и ростр, и средняя часть полностью исчезли. От сложного панциря белемнитов осталась только спинная роговая пластина. Она превратилась в нечто вроде заостренного штыка, называемого шпагой или мечом (gladius). Эту анатомическую особенность имел в виду афинский полководец периода греко-персидских войн Фемистокл, заявляя эритрейцам: «Вы как кальмары, у вас есть мечи, но нет сердца. Вы умеете только убегать».
Обвинение кальмара в отсутствии сердца — это, надо сказать, чистая клевета, причиной которой явилось, очевидно, незнание. Последнее суждение справедливо наполовину: оно намекает на способ передвижения моллюска. У кальмаров, как и у осьминогов, сопло направлено в ту же сторону, что и ноги. Поэтому плавают они задней частью тела вперед. Однако было бы преувеличением заявлять, что они «могут только убегать». Кальмар может в случае необходимости направлять сопло назад и двигаться вперед. Но реактивный двигатель кальмар использует в качестве вспомогательного, когда в критические моменты надо быстро убежать. Обычно он плавает, используя хвостовые плавники и свои «руки», легко перемещаясь в любом направлении.
Вероятно, благодаря «мечу» и карману с чернилами кальмар и получил свое название. Гийом Рондоле, отец ихтиологии, писал еще в 1558 году, что этот моллюск получил свое французское название Languedoc Calamar за сходство с писарем. У него есть все для этой профессии: «чернила и заостренный конец, как у пера». Переписчики того времени носили с собой что-то вроде несессера с принадлежностями, по-латыни — calamarium (от calamus — тростник, который римляне использовали для письма). Calamar затем сократился до calmar, но два длинных щупальца не дают забыть о перьях, опущенных в чернильницу.
Атрофия раковины достигла своего апогея у осьминогов, где осталось только два небольших перышка, к которым прикрепляются мышцы.


Ползающие, плаваюшие и летающие головоногие
Анатомическое строение, очень разное у осьминогов и их десятиногих кузенов, отражается очевидным образом на выборе образа жизни и места обитания. Осьминог, созданный преимущественно для ползания, головоногий, обитающий на дне. Кальмар, с более вытянутым телом и обладающий плавниками, способен плавать в толще моря и ведет пелагический образ жизни. Отсюда и разная техника охоты. Осьминог подстерегает свою добычу и нападает на нее из засады. Кальмар догоняет свою жертву, преследуя ее на большой скорости. Если сравнивать с наземными хищниками, то осьминог ведет себя как леопард, лесной зверь, а кальмар — как лев, хозяин саванн.


Скорость движения кальмара такова, что он может совершать впечатляющие полеты над водой и даже запрыгивать на палубы кораблей. Как ни странно, еще совсем недавно полеты кальмаров считались мифом. Хотя об этом писали уже в античную эпоху Плиний, Оппиан и Элиан. В 1833 году этот факт был представлен миру как совершенно новый феномен, «не виданный до сих пор». По крайней мере, именно это услышал британский путешественник полковник Сакс, когда предъявил членам Британского зоологического общества трех кальмаров, запрыгнувших на палубу парохода, на котором он возвращался в Англию. И никто не догадался воскресить бесценные свидетельства предков.
В своих записках «Путешествие в Южную Америку», публиковавшихся с 1835 по 1843 год, французский палеонтолог Альсид д'Орбиньи также описывал подобные факты: «Ночью мы увидели, как на палубу корабля на высоту 15—20 футов (4,5—6,0 метров) от поверхности воды запрыгнул кальмар Ommastrephes bartrami, который, вероятно, искал спасения от какой-нибудь преследовавшей его рыбы». Эту способность к прыжкам он наблюдал и у некоторых других видов кальмаров, в частности, у Sepioleuthis, или кальмара-каракатицы. У него плавники настолько ненормально развиты, что превращают его в настоящий планер. А Тур Хейердал рассказывал, что однажды его бальсовый плот буквально подвергся «бомбардировке» кальмарами.
Каракатицы, не так вытянутые в длину, как кальмары, и поэтому менее искусные пловцы, занимают промежуточное положение между осьминогами и кальмарами. Они не сидят домоседами по щелям, как первые, но и не выскакивают из воды, как вторые. Чаще всего они проводят время на песчаной или илистой подушке дна, где, полузарывшись в грунт, стерегут добычу, пользуясь своей замечательной способностью к мимикрии. Летом каракатицы приближаются к берегу и откладывают яйца, прикрепляя их гроздьями на траве и водорослях, за что эти кладки в народе прозвали «морским виноградом». Неизвестно, как живут каракатицы после лета. Они попадаются в сети и в сотне километров от берега, но, скорее всего, они остаются на континентальном шельфе и не спускаются на большие глубины.
В общем случае невозможно спутать осьминогов или спрутов, каракатиц и кальмаров. Увы, дело осложняется, когда речь заходит о подвидах в одной из этих групп.
Даже критерий количества щупалец не является абсолютным. Существует представитель Decapodes, у которого вследствие вторичной потери щупальцев их осталось только восемь (Octopodoteuthis)! Но и не все Octopodes, как обыкновенные осьминоги, ведут придонный образ жизни. В 1838 году датский профессор Эскрихт открыл вид осьминога с двумя небольшими плавниками. Сначала его даже приняли за кальмара и назвали кальмар реснитчатый. На самом деле это самый настоящий Octopode, осьминог-пловец! Он настолько отличается от обыкновенного спрута, что для него создали новый подкласс Cirroteutoides. Он недолго оставался в одиночестве. Но когда нашли и другие виды реснитчатых спрутов, оказалось, что некоторые из них ведут придонный образ жизни. Таким образом, осьминоги обыкновенные и осьминоги реснитчатые не различаются по образу жизни.
А в океанских безднах живет кальмар-вампир из ада, монстр, имя которого показывает, что он как будто вышел из ужасной сказки. Изучению этого «живого ископаемого» посвятила свою жизнь американская исследовательница Эвелин Пикфорд. По мисс Пикфорд, из-за наличия дополнительной пары атрофированных щупальцев, сближающих их с десятиногими, этот осьминог — или все же кальмар? — занимает собой одним отдельный класс головоногих.
Наконец, не все каракатицы имеют плавник вдоль всего тела, у некоторых он выродился в два маленьких задних плавника, еще более редуцированных, чем у кальмара. А среди кальмаров есть вид Sepioteuthis (кальмар-каракатица), у которого плавники тянутся вдоль всего тела.
Это, конечно, исключения, но надо их иметь в виду, когда пытаешься определить животное по мимолетному взгляду или по отдельным фрагментам. Решающий критерий для определения места головоногого в классификации — строение их раковины или того, что от нее осталось. Но в большинстве случаев оказывается достаточно представления об образе жизни или результатов внешнего осмотра.


Часто путают осьминогов и кальмаров
И все-таки в популярной литературе, посвященной этим моллюскам — а иногда, увы, и в научных работах, — царит страшная путаница.
До Гюго слова «спрут» не было ни в одном словаре. Писатель своим авторитетом ввел в широкое употребление название, каким называли на своем диалекте рыбаки Нормандии осьминога. Для романа «Труженики моря» это вполне справедливо, ведь его действие разворачивается на англо-нормандских островах. Но в неподготовленных умах это название вызывает сумятицу. «Если спрутами называют осьминогов, то почему они не могут быть кальмарами? Ведь у кальмаров еще больше ног, следовательно, они еще ужаснее», — возникает вопрос. Так многие авторы стали путать осьминогов, спрутов и кальмаров. Роковое недоразумение!
Жюль Верн без тени сомнения обзывает «спрутами» гигантских кальмаров, напавших на «Наутилус». Книга «Двадцать тысяч лье под водой» стала настолько хрестоматийной в литературе для юношества, что накрепко засела в умах. Дошло до того, что кальмары были обозваны спрутами во французском издании книги «Фауна океанов» знаменитого зоолога Эрнеста Буланже, директора аквариума Лондонского зоологического общества. Однако скорее всего, здесь имеет место ошибка переводчика.
Неразбериха принимает серьезные масштабы, когда речь заходит о размерах моллюсков. Говоря о величине головоногих, логично приводить максимальные размеры. Но для осьминогов, имеющих звездообразную форму, обычно указывают максимальный размах щупалец. А для кальмаров, тело и щупальца которых вытянуты в одном направлении, приводят общую длину: от задней оконечности тела до концов ловчих рук.
Нельзя считать такую практику определения величины кальмаров (и каракатиц) удачной. В самом деле, длина его двух ловчих рук может значительно меняться от обстоятельств, а у некоторых видов они почти не видны, пока моллюск их не выбросит вперед, чтобы поймать добычу. Никому не приходит же в голову включать в размеры хамелеона длину его выбрасывающегося вперед языка! Поэтому правильней было бы говорить здесь о длине туловища, головы и восьми рук. Но даже в этом случае не так просто точно определить их размеры. Читая книгу Буланжа, надо помнить, что указанные в ней размеры обозначают только порядок величин.
Не способствует ясности и то, что представление публики об анатомии головоногих очень туманно, и мало кто может правильно их себе представить; отсюда рождаются грубые ошибки, когда необходимо сравнить один вид с другим. Очевидно, ошибочно определять длину тела живого существа, отнимая от общей длины длину головы и ног…
Даже профессиональные натуралисты ошибаются, когда, указывая поперечник осьминога, умножают его общую длину на два. Но на два надо умножать только длину его рук. У осьминога обыкновенного (Octopus vulgaris) голова и туловище занимают только шестую часть общей величины тела. Так, экземпляр длиною три метра не будет шести метров в размахе, как можно иногда встретить в некоторых научных отчетах: щупальца в 2,5 метра и голова в 50 сантиметров дадут поперечник около пяти метров. Уже разница значительна, но когда начинают путать осьминогов с кальмарами, называя обоих спрутами, ошибка в расчетах становится катастрофической.

 

 

 

 

 

СМЕРТОНОСНЫЙ ЧЕРВЬ ОЛГОЙ-ХОРХОЙ

Множество людей уверяют, что видели их. Речь идет о гигантских червях, способных убивать на расстоянии, выбрасывая смертельный яд или сражая свою жертву электрическим разрядом при соприкосновении. Долгое время это животное считалось частью монгольского фольклора, но недавние экспедиции в пустынные области юга Гоби, похоже, нашли подтверждение тому, что это загадочное создание действительно существует.
Оно выходит из больших трещин в земле совершенно неожиданно. Своим необычным видом напоминает внутренности животного. На теле этого существа невозможно различить ни головы, ни рта или глаз. Но все же — живая и смертоносная тварь! Речь пойдет об олгой-хорхое, черве смерти, животном, до сих пор не изученном наукой, но оставившем свои многочисленные следы на пути нескольких экспедиций ученых из Чешской республики.


Убивает на расстоянии
Иван Макарле, чешский писатель и журналист, автор многих произведений о загадках Земли, был одним из тех, кто пошел по следу этого загадочного существа, настолько мало известного, что большинство криптозоологов и исследователей природы до сих пор не считают его чем-то реальным. В 90-х годах Макарле вместе с доктором Ярославом Прокопецем, специалистом по тропической медицине, и оператором Иржи Скупеном, предпринял две экспедиции по следам олгой-хорхоя. Им не удалось поймать живьем ни одного экземпляра червя, но зато они получили многочисленные доказательства его реального существования, что позволило даже провести на чешском телевидении целую передачу под названием «Загадочный монстр песков».
Это была не единственная попытка разгадать тайну существования этой твари; летом 1996 года другая группа — тоже чехи — во главе с Петром Горким и Мирском Наплавой прошли по следам олгой-хорхоя добрую часть пустыни Гоби.
Олгой-хорхой по-монгольски значит «кишечный червь», и это название указывает на его внешний облик, очень похожий на кишки, — темно-красного цвета, чуть больше полуметра длиной. Местные жители утверждают, что он способен убивать на расстоянии, выбрасывая из себя едкий яд, а также при прямом соприкосновении с несчастной жертвой — с помощью удара током.
Монгольский исследователь Дондогижин Цевегмид даже высказывает предположение, что существует не одна разновидность этого червя, а, по крайней мере, две, так как местные жители часто говорят о щар-хорхое, «желтом черве». В одной из своих книг этот ученый упоминает об истории погонщика верблюдов, который встретился в горах Тост лицом к лицу с таким щар-хорхоем. В один момент удивленный погонщик вдруг с ужасом заметил, что из отверстий в земле лезут желтые черви и ползут по направлению к нему. Обезумев от страха, погонщик бросился бежать, и тут обнаружил, что его пытаются окружить почти полсотни этих червеподобных существ. К счастью, бедняге все же удалось от них спастись.


Ефремов ничего не выдумал
Изолированное положение Монголии и политика ее властей сделали фауну этой страны практически недоступной для зарубежных зоологов, кроме советских, и поэтому мы очень мало знаем об этом существе. Но тем не менее в 1926 году американский палеонтолог Рой Чепмен Эндрюс рассказывал в книге «По следам древнего человека» о своем разговоре с премьер-министром Монголии, который просил его поймать одного олгой-хорхоя (которых он называл аллергохай-хохай), потому как они убили одного из членов семьи этого восточного вельможи.
Через много лет, в 1958-м, советский писатель-фантаст, геолог и палеонтолог Иван Ефремов (1907—1972) вернулся к теме олгой-хорхоя в книге «Дорога ветров». Он пересказал в ней все сведения, которые собрал по этому поводу, когда принимал участие в разведывательных экспедициях в Гоби с 1946 по 1949 год. Эти экспедиции проводились под руководством академика Юрия Орлова. В своей книге, среди прочих свидетельств, Иван Ефремов приводит рассказ старика монгола из деревни Даландзадгад по имени Цевен, который утверждал, что эти существа живут в 130 километрах к юго-востоку от сельскохозяйственного района Аймак. Но увидеть их можно в дюнах лишь в самые жаркие месяцы года, поскольку все остальное время они погружены в спячку. «Никто не знает, что они такое, но олгой-хорхой — это ужас», — говорил старый арат.
Ефремов использовал эти истории о монстре песков в своем фантастическом рассказе, который изначально был так и озаглавлен — «Олгой-хорхой». В нем рассказывается о смерти двух русских исследователей от яда этих существ. История была целиком выдуманной, однако основывалась на многочисленных свидетельствах местных жителей-монголов об этих загадочных созданиях, населяющих песчаные области пустыни.
Многие исследователи, изучавшие местные сведения и данные, собранные различными экспедициями, полагают, что речь идет о животном, совершенно неизвестном науке. Но зоолога Джона Л. Клаудси-Томпсона, одного из прославленных специалистов по пустынной фауне, некоторые черты олгой-хорхоя заставили предположить, что речь идет о разновидности змеи, пока еще неизвестной науке, но состоящей в явном родстве с vibora mortal australiana, которая сама представляет собой разновидность гадюки. Ее внешний вид похож на облик твари из Гобийской пустыни, и кроме того, она тоже может губить свои жертвы, брызгая ядом на расстоянии. По другой версии, защищаемой французским криптозоологом Мишелем Райналем и чехом Ярославом Маресом, олгой-хорхой может относиться к рептилиям-двуходкам, правда лишившимся лап в ходе эволюции. Эти рептилии могут быть красного или бурого цвета и у них очень сложно различить голову и шею. Основное возражение против этой последней гипотезы состоит в том, что никто не слышал, чтобы эти рептилии были ядовитыми или имели орган, способный производить электрический ток. Еще одна версия допускает, что речь идет действительно о кольчатом черве, который приобрел особую защитную кожу в условиях пустыни. Известно, что некоторые из земляных червей способны брызгать ядом в качестве самозащиты. Как бы то ни было, олгой-хорхой остается загадкой для зоологов, еще не получившей ни одного удовлетворительного объяснения.

 

 

 

 

 

ПОСЛЕДНИЕ ДРАКОНЫ АФРИКИ?

В Тунисе погонщики верблюдов и кочевники рассказывают леденящие кровь истории об огромных и при этом… ядовитых змеях, которые могут скрываться за каждой дюной в пустыне.


Сраженный катапультой
В окрестностях тунисского города Дуз бытуют рассказы о загадочных созданиях, которых здесь называют «тагерга» и которые могут достигать длины 4,5 метра и толщины человеческого бедра. Мохаммед Шараа, погонщик, проведший всю жизнь в пустыне, утверждал, их можно встретить, конечно, при дурной «барака», то есть судьбе, в некоторых пограничных с Большой пустыней областях, а также в горах неподалеку от Гафсы, поселения на юге Туниса. По причине размеров и — главное — особой ядовитости этих змей смертельно боятся местные жители.
При этих рассказах невольно приходит мысль: а нет ли какой-нибудь связи между этими тварями и теми странными существами, которых видели римские солдаты в III веке до нашей эры, во время Первой пунической войны, в этих же самых местах?
Согласно античным историкам Титу Ливию, Элию Туберону и самому Сенеке, в 255 году до нашей эры римские легионы, вставшие лагерем на берегах реки Баграда (ныне Меджерда), встретили огромного «змея», который не давал им набрать воды. Легионеры пробовали его убить многими способами, но потребовалось использовать баллисты и даже катапульты, заряженные тяжелыми камнями, чтобы покончить с ним. По словам этих хронистов, когда змей издох, смрад от него быстро распространился по всей округе. Его кожу привезли в Рим как трофей и выставляли напоказ в течение целого столетия. По ней можно было судить о поистине невероятных размерах змея: 120 римских футов, то есть 36 метров в длину!


Атакующий человека
Рептилии, дожившие, возможно, до наших дней в Тунисе, таких размеров, конечно, не достигают, но чуть западней, в пустынях Алжира, встречаются следы присутствия змей гигантских размеров. В 1959 году в области Бенуд кочевники рассказывали о змеях, которые пожирали их коней и овец. Они ставили ловушки, куда время от времени попадались отдельные рептилии, но для того, чтобы справиться с одной из них, проглотившей верблюжонка, потребовалась помощь целого французского гарнизона. Был вызван 26-й батальон драгун, который под началом капитанов Грассена и Лаво распочожился у поселка Бени-Униф и провел там несколько облав. В конце концов солдаты встреттись с самой большой змеей, которую только видели за свою жизнь. Сначала ее расстреливали из ружей, но потом пришлось пустить в дело пулемет.
Затем солдаты измерили длину змеи — оказалось не меньше 20 метров! Ее голова достигала в длину 1,5 метра и была украшена своеобразной короной из волос. Кожу необычной рептилии намеревались было сохранить, но через некоторое время не смогли отыскать никаких ее останков.
А годом раньше житель Туниса Белурис Абд эль-Халер, который служил во французских частях того же поселка Бени-Униф, утверждал, что на него напала и укусила змея, которая достигала 13—14 метров в длину и которую ему удалось убить. В течение некоторого времени он хранил ее кожу, на которую приходили смотреть жители окрестных селений, но в конце концов продал за 45 тысяч тогдашних франков, и, таким образом, от этой рептилии тоже ничего не сохранилось.
К этим двум случаям, представленным зоологом Бернаром Эйвельмансом в его книге «Последние драконы Африки», прибавлены свидетельства кочевников соседней с Алжиром марокканской области Абадла, которые говорили о «большом змее», который мог прыгать и нападать на человека. Он достигал как минимум десяти метров в длину, был крупнее даже африканского питона, но сильно отличался от него, поскольку, по рассказам, его голову украшал пук волос, похожий на тот, что имеется у рогатых гадюк, только этот змей превышал их размерами раз в пять.


С рогами и волосами
Через несколько лет после описанных событий в приграничном с Марокко районе Алжира рабочие, занимавшиеся ремонтом дамбы над рвом Дхор-Торба, тоже несколько раз встречали необычно больших змеи. Водитель экскаватора Хамса Рамани не раз видел змея 6 или 7 метров в длину и даже наблюдал, как тот поедал смазку на строительной свалке. Вместе с тремя другими рабочими, одним испанцем и двумя французами, он видел, как между двумя участками стройки появился другой крупный змей. Этому животному не повезло: алжирец раздавил его своим экскаватором.
Когда животное затихло (судороги продолжались 25 минут), рабочие смогли разглядеть его повнимательней. Длина его была 9,2 метра, кожа темно-каштанового цвета, а брюхо — белое. На остроконечной голове имелось подобие гривы шириной 10 сантиметров и такой же длины. Глаза были каштановые, а во рту торчали клыки длиной около 6 сантиметров каждый. Кожу змея показали помощнику директора стройки, который заявил, что в окрестностях не редкость гады длиной и в 11, и в 12 метров. Тогда же другой рабочий уверял, что видел змея в 10,5 метра длиной желто-коричневого цвета, с черными полосками, белым брюхом и подобием рожек на голове, торчащих вперед. На той же стройке через два года видели змея величиной от 12 до 15 метров.
Какому виду могли cooтветствовать описанные создания? Их окрас, рожки и гривы на головах, равно как и слава об их ядовитости, говорят о том, что они принадлежат к гадюкам, однако самая крупная из до сих пор известных, габонская гадюка, едва достигает двух метров в длину. А все свидетельства указывают на то, что встреченные экземпляры были в четыре-пять раз больше! Может ли существовать на Земле ядовитая змея подобных размеров, превышающих даже габариты питона? По данным официальной науки, на нашей планете в плейстоцене в Южной Америке жили гигантские змеи до 18 метров длиной, ядовитые зубы которых были не меньше тигрового клыка. Может быть, удивительные создания, которые ныне наводят ужас на жителей некоторых областей Земли, являются неизвестным видом гигантских гадюк, адаптировавшихся к условиям сухого климата?

 

 

 

 

 

ВОН ОН, ЗМЕЙ, В ВОДЕ МАЯЧИТ…

Расположенный в южноафриканском городке Хоуик водопад считается одной из главных местных достопримечательностей. Туристы валом валят сюда, чтоб взглянуть на величественное зрелище. Впрочем, с некоторых пор Хоуик-Фоллз привлекает их не только своей природной красотой.
Что до местных жителей, то среди них водопад давно уже слывет местом загадочным и странным. А проживающие поблизости зулусы и вовсе стараются без особой нужды лишний раз к водопаду не подходить. По их поверьям, в огромном водоеме у его подножия обитают духи и гигантское змееподобное существо, которое они называют «инкань-ямба». И встреча с ним ничего хорошего не сулит.
Место это и вправду спокойным не назовешь. Потоки воды, низвергающиеся с 30-метровой высоты, бурлят и пенятся, так что пруду неведом штиль.. По убеждению зулусов, Хоуик-Фоллз издревле был наделен особой мистической силой. Как и их далекие предки, они время от времени приходят сюда, чтобы принести в жертву инкулункулу (большому богу), аматхонго (духам предков) и инканьямба цыплят и козлят. Считается, что только колдуны имеют право приблизиться к самой кромке воды. Все остальные держатся на почтительном удалении от бушующей стихии — из страха оказаться жертвой скорого на расправу инканьямба. Всем известен свирепый нрав этого хищного создания.
Потомки белых переселенцев, некогда обосновавшихся в этих местах, хотя и не приносят никаких жертв таинственному обитателю здешних вод, лишний раз приближаться к водоему тоже не рискуют. Среди них он пользуется недоброй славой. Почти 40 человек погибли в его беспокойных водах. Большей частью это были самоубийства. Еще несколько происшествий полиция квалифицировала как убийства или несчастные случаи. Лишь немногие из тех, кто угодил в Хоуик-Фоллз, выбрались оттуда живыми. Из-за сильных подводных течений тела погибших иногда не всплывают очень долго. Когда же, наконец, они показываются на поверхности, то при осмотре нередко выясняется, что у очередного пленника Хоуик-Фоллза отсутствуют мягкие ткани тела. Одни жители твердо убеждены, что это проделки инканьямба. Другие считают, что змей здесь ни при чем (поскольку для них само его существование — большой вопрос) и «списывают» все на угрей да крабов, всласть попировавших на телах утопленников.
Вообще белые граждане к преданиям об инканьямба большей частью относятся скепти чески. Тем не менее славу таинственному змею принесли именно они, а точнее ирландец Боб Тини, владелец ресторана «Бизон». Как-то раз туманным сентябрьским утром несколько лет назад он отправился на смотровую площадку у водопада, чтобы установить там щиты с рекламой своего заведения. Случайно взглянув на водоем внизу, Тини, по его словам, заметил промелькнувшее там гигантское пресмыкающееся — из воды торчала длинная шея с венчавшей ее змееподобной головой. Мгновение — и загадочное существо погрузилось в пучину. Вообще-то в здешних водах не редкость огромные угри, но Тини уверяет, что увиденное им животное по свои размерам было куда больше.
После памятной встречи Боб потерял покой. Через местную газету он посулил вознаграждение в тысячу рэндов всякому, кто сумеет сфотографировать загадочного монстра. Вскоре Тини получил пару снимков. Ни тот ни другой, по мнению экспертов, не могут считаться убедительным «фотофактом». Тем не менее рассказ Тини и поднявшаяся вслед за этим шумиха вызвали невероятный интерес к загадочному обитателю Хоуик-Фоллза. Сенсационное сообщение обошло газеты и журналы всего мира.
Правда, многие до сих пор теряются в догадках. Тини действительно разглядел в воде «что-то такое», а уж потом умело подал всю эту историю в прессе? Или же все его свидетельства целиком высосаны из пальца, чтоб привлечь в Хоуик побольше охочих до «всячинки» туристов? По мнению скептиков, скорее всего, так оно и есть, особенно если вспомнить, что в тот момент, когда Тини явилось чудище, он был членом местной рекламной ассоциации.
Между тем пруд у Хоуик-Фоллза не единственное место, где, как утверждает молва, можно увидеть инканьямба. Неподалеку есть еще несколько вполне подходящих для него вместительных водоемов. (Чаще других упоминаются в этой связи Мидмарская дамба, расположенная прямо возле Хоуика, и река Мкомази, соединяющая его с городом Дракенсбергом, который находится в 70 километрах южнее.)
Так что инканьямба в любой момент может перебраться из хоуикского пруда в какой-нибудь водоем по соседству. Судя по описаниям, он довольно непоседлив. Правда, «охота к перемене мест» обычно одолевает его летом — зимой змей ведет менее подвижный образ жизни. Поводом для перемены мест может оказаться борьба за передел территорий с другим инканьямба, катастрофическое обмеление — вследствие засухи — облюбованного водоема или же «движенье чувств». В такие моменты, уверяют туземцы, он взмывает в небо, что чревато для местных жителей весьма печальными последствиями. Глядя вниз с небесной выси, змей иногда по ошибке принимает за водную гладь сияющие на солнце рифленые крыши легких жилищ. Он пикирует вниз и лишь в самый последний момент понимает, какую оплошность едва не допустил. Тогда инканьямба приходит в страшный гнев и начинает крушить все подряд.
Подобные предания «подпитываются» разрушительными ураганами и торнадо, которые довольно часто случаются в этих местах. Например, окрестности Хоуика несколько раз оказывались во власти разгулявшейся стихии. Ветер, временами достигавший скорости 100 километров в час, играючи срывал крыши домов и с корнем выворачивал вековые деревья, а градины размером с теннисный мяч здорово побили урожай и жилища. В общей сложности пострадало 4 тысячи человек, половина из них осталась без крова.
Неудивительно, что после этих испытаний многие жители, верящие в существование инканьямба, срочно перекрасили крыши своих жилищ в темные цвета, чтоб не привлекать внимание могучего и опасного змея.
Йоханнес Хлонгване с 1969 по 1985 год работал в кемпинге неподалеку от Хоуик-Фоллза. Когда кемпинг пустовал, он нередко отправлялся к водопаду, усаживался там на скале и наигрывал на гитаре, глядя на пруд внизу. Именно с этого места он и увидел в первый раз загадочного змея. Было это в 1974 году. В 1981 году состоялась еще одна такая встреча. Оба раза было довольно туманно, но, как утверждает Хлонгване, и в том и в другом случае он вполне отчетливо видел темное змееподобное тело внушительных размеров. Голова и шея возвышались над водой — на высоту примерно 10 метров. Сама голова, по описанию Йоханнеса, представляла собой нечто среднее между змеиной и лошадиной. Сзади на голове и на шее виднелось некое подобие гривы. Но не из волос, уточняет Хлонгване, а скорее из кожи или какого-то другого материала.
Специалистам, бывавшим в этом районе, не раз доводилось слышать от местных жителей сообщения о повстречавшемся им пресмыкающемся с лошадиной головой. Например, лесник, охраняющий дичь, мистер Бутелези, вспоминал, как в 60-е годы ему довелось увидеть такого монстра во время очередного обхода вверенных ему лесных угодий. Вместе с напарником он шел вдоль реки Умгени, и вдруг на том самом месте, где сейчас высится стена Мидмарской дамбы (тогда дамбы здесь еще не было), они увидели расположившееся на песчаном берегу существо с лошадеподобной головой. Заметив приближающихся людей, оно скользнуло в воду и пропало из виду.
Самое удивительное, что словесные описания инканьямба, сделанные нашими современниками, во многом напоминают загадочное существо, запечатленное в произведениях наскальной живописи каменного века (в горных районах на юге Африки обнаружено немало «полотен» древних художников). Археологи обычно обозначают это существо как «животное дождя» — в большинстве случаев оно действительно изображено среди дождевых струй. На некоторых картинах изо рта или носа у чудища извергаются потоки воды. Встречаются и другие «вариации на тему», но везде это загадочное создание так или иначе ассоциируется с водной стихией. Это животное с его змееподобным туловищем и лошадиной (реже антилопьей) головой вполне сошло бы за иллюстрацию к рассказу об инканьямба. Очевидно, что нынешнее представление об инканьямба восходит к древнейшим верованиям бушменов. Или, по крайней мере, было в свое время позаимствовано у них.
В рассказах об инканьямба все переплелось настолько тесно и замысловато, что сейчас практически невозможно отделить правду от вымысла и сказать, имеют ли подобные рассказы хоть какую-то реальную основу. Не исключено, что инканьямба — это хорошо известный ученым представитель царства животных (вроде угря), претерпевший значительную трансформацию в фантазии аборигенов. А возможно, это некий абсолютно неизвестный науке вид.
Некоторые специалисты также не исключают, что это существо имеет сугубо «психологическую природу», являясь, по сути, архетипом. Правда, в подобном толковании есть существенный изъян: оно никак не объясняет чрезмерной детализированности описаний инканьямба.
Кстати, и те из обитателей Хоуика, что не склонны считать рассказы об инканьямба досужим вымыслом, относятся к нему по-разному. Скажем, для одних самое главное во всем этом — усвоенная некогда «практическая» истина: лучше держаться подальше от загадочного создания, наделенного чудовищной разрушительной силой. В восприятии других сила эта имеет мистическую природу, а сам инканьямба многолик и вездесущ. Обличье змея — лишь одна из его ипостасей. И скажем, всякое облачко, при виде которого птицы начинают беспокойно щебетать, — это тоже инканьямба. «Если вы хотите знать, нет ли поблизости инканьямба, взгляните на ласточек, — советует Йоханнес Хлонгване. — Они вам все скажут».

 

 

 

 

 

ЛЕГЕНДЫ МАДАГАСКАРА

Обширные леса Мадагаскара хранят множество зоологических загадок. Еще в 20—30-х годах начали раздаваться голоса натуралистов, веривших в существование на острове нескольких видов животных, в основном рептилий и млекопитающих, которые вымерли повсеместно, кроме… Мадагаскара. Потом, разочарованные отсутствием каких-либо материальных доказательств, сторонники этой гипотезы, оставив надежды найти животных, перешли в лагерь скептиков. Однако вновь проведенный анализ преданий и легенд местных жителей, упорно хранящих память о таинственных животных, обитающих в лесах острова, заставил зоологов снова насторожиться: легенды ли это?
Один из наиболее частых персонажей — хабеби, или, как его еще называют, «бетсинофоциаондре» — «белый баран», животное, которое, по рассказам, можно видеть лунной ночью. Его голова с широко открытыми глазами и большими ушами сужается к морде, тело, гибкое и тонкое, покрыто белой шерстью. Копыта раздвоены, как у барана. Одни считают его плотоядным животным, другие относят к вегетарианцам. Что это — новая зоологическая загадка или вымысел?
Племена юго-востока острова верят в существование мангарисаоки (буквально «того, чьи уши прикрывают подбородок») — горного копытного животного. Французский путешественник Этьен де Флакур писал о нем еще в середине XVII века:
«Мангарисаоки — крупное животное, у которого круглая, как у лошади, ступня и очень длинные уши: когда оно спускается с гор, то с трудом видит путь перед собой, так как уши ниспадают на глаза. Оно испускает сильные крики наподобие ослиных. Думаю, что это и есть дикий осел». Спустя сто лет другой путешественник, граф Модавский, добавляет, что это животное обитает всего в нескольких милях от Порт-Дофина. «Это не что иное, как дикий осел, — высказывал предположение граф, — и он в изобилии водится в юго-восточной части острова, но искать его надо в отдаленных районах, ибо он не покидает пустынных мест». Сообщения об этом странном животном появляются до сих пор, но что действительно странно — его так и не поймали… Может быть, оно и токатонготре — таинственный «одноног», а вернее, «нога без пальцев», обитающий, по легендам, в южных районах острова, — одно и то же животное? Или же тот и другой зверь родом от старого предания мальгашей, по которому на Мадагаскаре издавна жили дикие лошади?
Тонпондрано («хозяин морских вод») — еще один персонаж легенд. Его длина — 20—25 метров, тело, длинное и гибкое, покрыто роговыми пластинками, более крупными, чем у крокодила, голова фосфоресцирует. Зоолог Г. Пти, который в свое время собирал сведения о тонпондрано, описывал характерное свечение, продвигавшееся вдоль берегов, видное с расстояния более километра, а гребцы пироги, на которой плыл натуралист, говорили, что это и есть тонпондрано…
Люди народности сакалава северо-восточных районов Мадагаскара верят в существование ранты — огромного морского чудовища, которое питается рыбой. И если кто пожирает улов рыбаков, то это, по мнению сакалава, только ранта.
У племени бетсилео есть и фангалаболо («тот, кто хватает за волосы») — огромная летучая мышь, нападающая по ночам на одиноких путников, сдирающая кожу с лица вместе с волосами…
Перечисление всех легендарных персонажей, живущих в горах, болотах, лесах и песках Мадагаскара, заняло бы еще много места. По мнению одних ученых, легенды — продукт богатого воображения жителей. Другие считают, что в преданиях сохранились воспоминания о различных животных, когда-то живших на острове, но вымерших. Третьи, наиболее смелые, высказывают предположение, что животные эти живы, а вместо отсутствующих пока доказательств своей правоты приводят список достаточно крупных животных, открытых для мира сравнительно недавно.
Зоологи надеются, что обширные леса Мадагаскара еще преподнесут науке несколько сюрпризов, которые не уступят по ценности найденным там останкам бывшей легендарной птицы Pyx — эпиорниса или ныне обитающим там и тоже недавно открытым видам лемуров…

 

 

 

 

 

ЧУДОВИЩА ИЗ ГЛУХИХ УГОЛКОВ

В густых лесах Южной Америки и Африки обитают ужасные существа. Огромные змеи длиной в 20, 30 и даже 40 метров попадались на глаза исследователям, солдатам и миссионерам. Идет ли речь о выживших представителях гигантских видов, которые считались вымершими миллионы лет назад?
В марте 1947 года бразильская экспедиция Службы защиты индейцев работала в болотистой области междуречья Мансо и Кристалино. Внезапно ее участники заметили огромного змея, спавшего на траве, и прикончили его несколькими выстрелами. По словам одного из исследователей, француза Сержа Бонакасе, пресмыкающееся достигало в длину не меньше 23 метров!


Проглоченный боа
В группу входили специалисты по местной фауне, которые пришли к выводу, что им попалась, безо всякого сомнения, анаконда. Необычность случая заключалась лишь в том, что размеры убитого животного вдвое превышали параметры всех известных науке видов, которые едва приближались к 10 метрам. Однако эта встреча не попала в книги по естественной истории, так как участники экспедиции, двигавшейся пешком, сквозь густую сельву, сочли невозможным транспортировать кожу или голову этого гигантского змея Снимки тоже не делали, так как Служба защиты индейцев запрещала использование фотокамер, чтобы не испугать аборигенов.
Зато если говорить о фотографиях, на них оказались запечатленными два боа, достигавшие 40 метров в длину. Их встретили в 1953 году у истоков Амазонки, куда была спешно направлена экспедиция, организованная специально для того, чтобы уничтожить этих самых рептилий, наводивших ужас на всю округу. Змей нашли и убили. На фотографиях, опубликованных в ежедневной газете «Мундо архентино», видны охотники позади трупа одного из змеев толщиной с человека.
Об их размерах можно судить еще и потому, что голова одного из монстров была величиной больше человеческой.
Приведенные случаи только немногие примеры встреч и рассказов, касающихся существования гигантских змеев в бассейне Амазонки. Иногда эти существа нападают и пожирают людей, как случилось в августе 1988 года в бразильском штате Рондония. По словам нескольких очевидцев, на трехлетнего ребенка по имени Даниель Менесес напал и проглотил его гигантский боа, или сукуриху, достигавший 15 метров в длину, то есть вдвое больше, чем все прежде зарегистрированные представители этого вида.


Амазонские монстры
Что касается гигантских анаконд или боа, то рассказы о существовании огромных змей в бесконечном «зеленом аду» впервые зазвучали и с тех пор многократно повторялись, начиная с самого прихода испанских и португальских конкистадоров и путешественников, но лишь в XX веке появились первые надежные отчеты о встречах с этими существами. В конце 40-х годов директор гамбургского зоопарка Лоренц Гагенбек провел первое исследование этой загадки и наткнулся на историю священника Виктора Хайнца, который несколько раз прошел Амазонку на каноэ.
Первая встреча Хайнца с гигантской анакондой произошла 22 мая 1922 года неподалеку от поселения Обидос. Всего в 30 метрах от себя священник вдруг увидел огромную змею, которую несло течением. Гребцы тут же бросили весла, устрашенные размерами рептилии: около 25 метров в длину и толщиной с бочку для растительного масла. «Когда мы оказались достаточно далеко, — рассказывал священник, — и мои гребцы вновь обрели дар речи, они, все еще боясь, сказали мне, что змей не раздавил нас как простой коробок спичек только потому, что в этот момент был занят перевариванием хорошей порции рыбы».
Через несколько лет, 29 октября 1929 года, миссионер вновь встретился с гигантским змеем на той же самой реке.
Была полночь, когда его гребцы вдруг в сильном страхе стали разворачивать лодку к берегу, крича, что видят огромное животное.
«В этот момент я заметил, как вода рядом с нами отступила, словно пропуская большой пароход, и увидел всего в нескольких метрах впереди два зелено-голубоватых огня, напоминающих носовые огни речного судна». Когда он попытался успокоить людей, говоря, что это всего лишь корабль и что он не может задеть их каноэ, ему ответили, что это гигантский змей.


Автоматные очереди
Отец Хайнц застыл от ужаса, поняв, что огни были светящимися глазами некоего существа, которое приближается к их каноэ со скоростью, в 10—15 раз превышающей их собственную. Когда, казалось, монстр был готов протаранить им борт, он неожиданно увильнул и как будто направился обратно к середине реки. Позже местные жители сообщили священнику, что в этой реке живет гигантский сукуриху.
Не прошло и нескольких месяцев, как в июне 1930 года торговец Реймондо Зима, который жил в маленькой деревушке Фаро на берегу реки Хамунда, наткнулся на другого представителя этих огромных рептилий. Встреченное им животное, вероятно, было раненым, так как во мраке ночи блестел лишь один его глаз. В течение нескольких показавшихся бесконечными минут тварь кружила на большой скорости вокруг судна испуганного торговца, поднимая волны такой высоты, что они грозили потопить корабль, несмотря на то что он достигал 13 метров в длину. В 1948 году некий Пабло Тарвальо уверял, что гигантская змея долгое время преследовала его барку. По его словам, тварь, которую он наблюдал, по крайней мере, с расстояния 300 метров, имела поистине сказочные размеры: 50 метров!
Иногда некоторые отважные исследователи, забыв о страхе, осмеливались приблизиться к этим мифическим созданиям. Миссионер Протезиус Фрикель во время поездки по берегам в верхней течении реки Тромбетас встретил одно чудовище, которое, отдыхая, высунуло голову на берег.
Выказав несомненное мужество, святой отец поплыл к чудовищу, остававшемуся на месте, и приблизился к нему на расстояние «в каких-нибудь шесть шагов». Из воды торчала лишь малая часть его туловища и головы, на которой можно было заметить глаза, «большие, словно блюдца».


Заинтересованный как своими собственными встречами, так и рассказами, услышанными от других, отец Хайнц послал в Гамбург директору зоопарка отчет о своих наблюдениях вместе с двумя фотографиями. Одна из них была сделана еще в 1933 году членами Комиссии по бразильским границам, уверявшими, что они убили животное несколькими очередями из автомата. По их свидетельству, тварь была столь огромна (по приблизительным подсчетам — 9 метров в длину), что ее голову не смогли нести даже четверо и что, падая, она сломала несколько кустов и деревьев.
Другое фото относилось к 1948 году, и на нем были видны останки змея, объявившегося в окрестностях Фуэрте-Абуны в эквадорской области Гвапоре. Чтобы уничтожить чудовище, солдаты использовали пулемет, из которого произвели, по крайней мере, 500 выстрелов, и расход боеприпасов явно стоил того, если учитывать, что встреченное животное достигало 35 метров в длину.


Встреча на Риу-Негру
Располагая всеми этими сведениями, директор Гамбургского зоопарка составил нечто вроде фоторобота сукуриху, или гигантского боа, который, по его расчетам, мог достигать в длину 40 метров и толщины 80 сантиметров. Он должен был весить 5 тонн, иметь фосфоресцирующие глаза, тело темно-каштанового цвета с белым в крапинку брюхом. Конечно же этот колосс не мог представлять единственный тип гигантских змей, населяющих амазонскую сельву.
Один из самых опытных исследователей этих краев в начале века майор Перси Фосетт рассказывал, как весной 1907 года, во время плавания по Риу-Негру, он едва не столкнулся с одним таким экземпляром, высунувшим из воды треугольную голову и значительную часть тела. Животное спешно направилось к берегу, но исследователь, бывший к тому же и умелым охотником, успел прицелиться и поразить змея из ружья.
Агонизируя, существо выбросилось на берег, где Фосетт уже смог рассмотреть его повнимательней. «Животное уже почти издохло, а его тело все еще били неистовые судороги», — писал он и утверждал, что та часть змея, которая оказалась наружи, достигала 14 метров, причем оставшаяся была не меньше пяти, таким образом, полная длина змея составляла, по крайней мере, 19 метров.
Животное не было слишком толстым, всего 30 сантиметров, вероятно, оттого, что уже долгое время обходилось без пищи. Фосетт также утверждает, что от змея исходила сильная вонь и что когда он захотел отсечь от его тела кусок в качестве охотничьего трофея, то выяснилось, что животное еще не умерло окончательно, начало вновь биться, и это заставило исследователя отказаться от своего намерения.


В африканской глуши
Зона обитания гигантского змея, возможно, не ограничивается одной Южной Америкой, хотя именно там попадались самые крупные экземпляры. Однако и из Африки, а в меньшем количестве из некоторых регионов Азии, таких, как Тайланд, Индия и Бангладеш, поступали сообщения о встречах с необычными по размерам гадами. Исторические хроники свидетельствуют, что в III веке до нашей эры одно такое животное доставили в Александрию царю Птолемею II и что длина этого змея насчитывала 30 локтей (15 метров). Это самый крупный экземпляр из пойманных в Африке, после питона, отловленного на Береге Слоновой Кости: тот достигал 9,81 метра и вполне подтверждал, что вера большинства африканских народов в огромных змей имеет под собой основания.
В 1959 году было добыто одно неоспоримое доказательство существования чудовищных гадов: аэрофотоснимок, сделанный экипажем одного военного вертолета. Вертолет нес патрульную службу в небе над областью Катанга, входившей тогда в Бельгийское Конго, и все случилось почти сразу после взлета с базы в Камине. Когда вертолет пролетел километров сто, полковник Гейсеб с удивлением заметил, что внизу движется гигантский змей, которого он поначалу принял за ствол дерева. Он немедленно окликнул пилота, полковника Реми ван Льерде, и они решили спуститься до высоты 40 метров. Тогда-то двое военных, вместе с остальными членами экипажа, парашютистом Дебефом и помощником механика Киндтом, на протяжении нескольких минут могли наблюдать передвижение животного в кустах и даже видеть, как оно, угрожая, поднимало свою ужасную голову к вертолету, который ревом двигателей нарушал покой леса. Военные подсчитали, что змей, кожа которого была зеленого и розоватого цветов на спине и беловатая на брюхе, достигал 14 метров, будучи толщиной с человека. Треугольная и широкая голова (примерно 80 сантиметров) имела сильные и острые зубы, сравнимые по размерам с лошадиными. Все говорило за то, что гад мог запросто сожрать человека. Помощник механика смог запечатлеть монстра фотокамерой и получить снимок прекрасного качества, который, после подробного изучения, подтвердил, что размеры чудовища были именно такими, какие называли члены летного экипажа. Эта фотография и свидетельства бельгийских военных являются самыми твердыми доказательствами существования змеев гораздо большей величины, чем считалось возможным прежде.
Может быть, они всего лишь экземпляры-переростки известных видов, но не исключена возможность, что речь идет о выживших представителях гигантских видов, считавшихся вымершими, таких, как гигантофис, который жил в среднем эоцене 40 миллионов лет назад и чьи окаменевшие останки, встречающиеся в Египте, достигают 16—20 метров в длину. Как бы то ни было, загадка гигантских змей, обитающих в густых тропических лесах, остается нерешенной до сих пор, и одно упоминание о них вызывает панику у местных жителей.

 

 

 

 

ПЕЧАЛЬНАЯ ПОВЕСТЬ О КВАГГЕ

Современники писали: «То утро выдалось в Амстердаме туманным, и густая белая пелена плотно закрыла все вольеры и дорожки между ними. Старый служитель пришел, как всегда, на полчаса раньше. Нарезал веток, достал из погреба фрукты и мясо, мелко нарубил его и пошел кормить животных. За туманом не было видно даже решеток.
Старик торопился, до открытия зоопарка оставался час, ему не хотелось кормить зверей при посторонних. В вольерах с копытными было тихо. Старик отпер калитку и тут же споткнулся. На кирпичном полу лежала квагга. Последняя из всех, существовавших когда-либо в природе».
Это было 12 августа 1883 года. А за столетие до этого…
За столетие до печального события в Амстердамском зоопарке, потрясшего натуралистов, на необозримых просторах южноафриканских саванн паслись бесчисленные стада копытных. Загадочная Африка еще только-только приоткрывала перед любопытствующей Европой завесу над своими тайнами. Еще существовали в природе голубая антилопа, бурчеллова зебра и странствующий голубь. Но уже не было на Земле стеллеровой коровы, дронта и тура.
Большинство европейцев знакомились с африканской природой по книгам, в которых так и не был дан ответ на вопрос, что такое камелопардус, удивительный метис верблюда и леопарда, или единорог, у которого, правда, иногда встречается два или даже три рога, или водяная лошадь… Эра жирафы, носорога и гиппопотама придет позже, в конце XVIII — начале XIX века, когда в дебри Южной Африки проникнут первые смельчаки путешественники и привезут домой удивительные, невероятные рассказы о миллионных стадах антилоп, громадных слонах, львах и гориллах. И о кваггах.
В 1777 году, заручившись поддержкой Парижского зоологического общества, в Южную Африку отправился Франсуа Левайян, смелый и образованный молодой человек. Три года колесил он по Капской провинции, пересекал реки, терялся в саваннах и джунглях. Левайяна манили сюда рассказы двух сподвижников знаменитого капитана Джеймса Кука — англичанина Уильяма Андерсона и шведа Андреев Спармана, потрясенных природой этих мест.
Левайян написал пять томов захватывающих рассказов о своих приключениях. Кто знает, может быть, именно они вдохновили Майн Рида на южноафриканскую трилогию?
Так или иначе, Левайян был первым, кто привез в Европу реалистичные рисунки львов, гепардов, гиен. Он первым описал схватку птицы-секретарь с ядовитой змеей, поведал о виверрах и земляном волке. Первым доставил европейским ученым шкуру и кости жирафы, таинственного камелопардуса. Их выставили в естественно-научном музее в Париже, их изучал сам Жан Батист Ламарк.
Левайян рассказал и о квагге. Тогда еще громадные стада этих замечательных животных жили в междуречье Оранжевой и Вааля.
«Есть три вида диких ослов в Южной Африке — зебра, квагга и собственно дикий осел без полос. На Капе квагга известна под названием дикая лошадь…» Простим Левайяну неточности в определении родственных связей между южноафриканскими непарнокопытными. В его времена стройной научной системы их классификации еще не было создано. «Несомненно, зебра и квагга — два разных вида, и они никогда не пасутся вместе, а смешиваются в стадах с антилопами». Далее Левайян совершенно справедливо отмечает: «Считали, что квагга — результат смешения зебры с дикой лошадью. Но это говорили люди, которые не были в Африке. Здесь нет собственно диких лошадей». Путешественник был прав, утверждая, что квагга — самостоятельный вид. Да и кто до него в Европе мог свободно рассуждать о квагге, ни разу не наблюдая ее в природе? «Квагга намного мельче зебры. Это красивое грациозное животное», — писал Левайян.
Буры, потомки голландских переселенцев, пришедшие в эти края задолго до поездки Левайяна, все, как один, думали иначе. Именно им мир «обязан» безвозвратной потерей квагги и других видов животных. Вся беда квагги состояла в том, что ее кожа годилась для изготовления бурдюков, в которых хранили зерно хозяйственные буры. От ее мяса они тоже не отказывались. Квагг отстреливали тысячами. Иногда животных гнали к пропасти. Сотни полосатых лошадей разбивались о камни.
В 1810—1815 годах по следам Левайяна прошел известный английский натуралист Бурчелл. Он снова привез в Европу сведения о южноафриканских животных. Среди них и о квагге. Но сведения эти были уже тревожными. «Утром наши охотники убили кваггу и съели ее». Такие записи часто встречаются на страницах книги.
А вот так описывает Бурчелл охоту на кваггу местных жителей Намакваленда. Африканцы брали у природы ровно столько, сколько им было нужно для пропитания племени — ни больше ни меньше. И это нисколько не влияло на поголовье животных. «Было вырыто множество ям, — пишет Бурчелл, — пространство между ними защищено линией толстых бревен, поставленных весьма часто, чтобы ни антилопы, ни дикие лошади не могли разрушить этой преграды. Линия тянулась на милю или две. В некоторых местах столбов не было, и тут находились глубокие ямы, мастерски прикрытые ветвями и травой. Когда животное попадало в такую яму, — заключает наблюдатель, — оно не могло пошевелить ни головой, ни ногами: ямы сужались книзу».
Местные жители называли квагг «игваха», «идабе», «гоаха» и не путали их с зебрами. Не следует думать, что среди европейцев, пришедших в Южную Африку в XVII веке, не было людей благоразумных и дальновидных: в 1656 году под охраной оказалась капская горная зебра, ее численность внушала опасения тогдашнему губернатору Калекой провинции Ван Рибеку. И это за сто с лишним лет до того, как по шкуре и костям, привезенным путешественниками, ее описал Карл Линнеи! Но кваггу, увы, никто не охранял… Вот запись, дошедшая до нас с 40-х годов прошлого века: «Скоро мы увидели стада квагг и полосатых гну, и бег их можно было сравнить разве что с мощной кавалерийской атакой или ураганом. Я приблизительно оценил их число в 15 тысяч. Над этим огромным стадом, напуганным нашей стрельбой, вились клубы пыли». Это строки из книги Уильяма Гарриса «Охота в Южной Африке». Добавим от себя. Сегодня пыль лежит на 19 шкурах и одном-единственном полном скелете квагги, уцелевших в крупнейших естественно-научных музеях мира.
А между тем Альфред Брем писал о ней в своей знаменитой книге «Жизнь животных», не догадываясь, что дни квагги сочтены. Сведения о внешнем виде квагги, сохранившиеся в труде Брема, дают самое полное представление об облике этого животного: «Тело ее сложено очень хорошо, голова красивая, средней величины, ноги сильные. По всей шее проходит короткая прямая грива, метелка на хвосте длиннее, чем у прочих тигровых лошадей. Основной цвет шкуры коричневый. Через голову, шею и плечи проходят серовато-белые полосы с красным отливом. Между глазами и ртом полосы образуют треугольник. Взрослые самцы бывают до двух метров длины, вышина в загривке доходит до 1,3 метра…»
Да, квагга была красива.
Через несколько десятков лет после открытия она стала достоянием зоологических и палеонтологических музеев, и в этом плане ей «повезло» больше, чем, скажем, стеллеровой корове: для истребления этого морского млекопитающего хватило и двух десятков лет. Правда, за несколько лет до полного исчезновения в Капской провинции и незадолго до ее окончательного истребления в Оранжевой республике в 1878 году квагг вывозили в Европу — в зоопарки. Несколько лет единичные особи протянули в неволе до 1883 года.
Бурчеллова зебра пережила свою родственницу ненадолго — последняя погибла в Гамбургском зоопарке в 1911 году, за год до того ее не стало в природе.
Как часто бывает в подобных случаях, люди начали прикидывать, какую пользу могло принести им то или иное животное, останься оно в живых. Было так и с кваггами. Вспомнили, что еще Кювье в 1821 году предлагал одомашнить зебр и, в частности, квагг. Тогда ни он, ни любой другой исследователь не могли знать всех преимуществ одомашнивания диких полосатых лошадей. Одомашнить их следовало не для того, чтобы по улицам резво разъезжали повозки, запряженные зебрами, как это было в Кейптауне в конце XVIII века. И совсем даже не затем, чтобы между Трансваалем и Солсбери существовала почтовая служба на зебрах. Это были единичные попытки использовать этих животных и не нашедшие последователей.
Причина была в другом. Квагга была невосприимчива к болезням, которые тысячами косили скот, ввозимый переселенцами из Европы. Переносчик этих заболеваний — муха цеце — стал синонимом зла для целых африканских областей, хуже колорадского жука, проникшего на картофельные поля Европы из Нового Света.
А теперь порассуждаем немного. Правда, это не пустые мечты, для их осуществления появляются кое-какие факты. В 1917 году некий майор Мэннинг, вернувшись из пустынных районов Каоковельда в Намибии, рассказывал, что видел целое стадо квагг. Ему, естественно, не поверили. Прошло несколько лет, и из Каоковельда вновь появились сообщения о кваггах. Обман зрения? Еще позднее один французский журналист, возвратившийся из Намибии, утверждал, что местные жители племени топнар уверяли его, будто квагга выжила в их краях.
Были ли такие случаи в истории естествознания, когда исчезнувшие, казалось бы, навсегда животные «возрождались»? Были. Видели сумчатого волка, поймали бермудского буревестника, попала в сети кистеперая целакантовая рыба латимерия, нашли загадочную нелетающую птицу такахе в Новой Зеландии, наконец. Огромные пространства Южной и Юго-Западной Африки еще неисследованы. В знойные полупустыни не заходят даже местные племена. Может быть, квагга жива?

 

 

 

 

 

ОХОТА НА ДОДО

Давным-давно жила-была на острове Маврикий птица по имени додо.
Нет, если хорошенько подумать, так начинать нельзя. История додо вовсе не сказка, а быль, даже, можно сказать, суровая действительность. Попытаемся сделать вступление более точным.
В период, точка отсчета которого не может быть определена со всей достоверностью, но которая могла быть приблизительно отнесена к началу ледниковой эпохи, а сам период длился примерно года до 1680-го, крупная и нелетающая птица, представитель отряда голубиных, жила на Маврикии, или Зваанейланде, или Иль де Франс, и называлась додо, или додоерс, или дронт, или несколькими другими именами.
Но если кому-то из читателей уже известны все эти факты, можно начать иначе еще раз.
К востоку от Мадагаскара, протянувшись вдоль 20-й параллели к югу от экватора, расположены три довольно крупных острова. Сейчас они называются Реюньон, Маврикий и Родригес. Трудно сказать, кто именно открыл эти острова. Существует по меньшей мере одна старая карта, где этим трем островам даны арабские имена. Совершенно очевидно, что арабские торговцы сюда заплывали, но не обратили особого внимания на свое открытие, поскольку острова были необитаемыми, а торговать на необитаемых островах чрезвычайно трудно.
Европейскими первооткрывателями были португальцы, но, как ни странно, лишь со второго захода португальский первооткрыватель дал островам свое имя.
Этим человеком был Диого Фернанду Перейра, который плавал в этих водах в 1507 году. 9 февраля он обнаружил остров, расположенный в 400 милях к востоку от Мадагаскара, и назвал его Санта-Аполлония. Должно быть, это современный Реюньон. Вскоре корабль Перейры наткнулся на нынешний Маврикий. Моряки высадились на берег и назвали остров по имени своего корабля — Илья ду Серне.
Перейра двигался по направлению к Индии и в том же году чуть позже открыл остров Родригес.
Недостаток места не позволяет рассказать об истории Маскаренских островов, полной бесчисленных загадок и неясностей. Поэтому обратимся к дронту. Первыми об их существовании сообщили голландцы, они же первыми привезли живых птиц в Европу. Здесь их запечатлели художники, по большей части голландские, но, к сожалению, не очень точно.
Однако самую грубую ошибку совершили англичане. Около 1637 года живой маврикийский додо был доставлен в Англию. Он прожил здесь некоторое время, а после его смерти было сделано чучело, которое поместили в 1656 году в музей Трэйдескант в Лондоне. Несколько десятилетий спустя чучело додо перевели в музей Ашмолин в Оксфорде. Это произошло в 1683 году — как мы теперь знаем, через два года после того, как последний живущий додо был зарисован на Маврикии неким Бенджамином Гарри.
В 1755 году куратор музея Ашмолин решил, что изъеденное молью чучело наносит урон его прекрасной коллекции, и распорядился выбросить додо на помойку. В последний момент кто-то оторвал голову (частично разрушившуюся) и одну ногу (в прекрасном состоянии). И сейчас это, пожалуй, редчайшие из зафиксированных образцов.
Но даже эта краткая история содержит один поразительный факт. Первым ученым, включившим додо в 1605 году в число экзотических птиц в книгу по естественной истории, был Карл Клузиус. Позже Карл Линней дал птице научное название, и совершенно естественно додо вошел в зоологические труды Бюффона во Франции и Блюменбаха в Германии.
Но к 1800 году никто уже не видел додо. Доступные рисунки не казались убедительными. Мало того что они выглядели карикатурно, они еще и не совпадали друг с другом.
Некоторые ученые, пытаясь навести порядок и вымести мусор из научной литературы, начали сомневаться, а была ли вообще когда-нибудь такая птица?
Но давайте обратимся к первоисточникам. Первым, кто написал о додо, был голландский адмирал Якоб Корнелисзоон ван Нек, который прибыл на Маврикии во главе эскадры из восьми кораблей. Четыре из них вернулись в Голландию в 1599 году, остальные четыре— в 1601-м. Описание, сделанное ван Неком на голландском языке, появилось в 1601 году, в том же году оно было переведено на английский, французский и латынь, а годом позже — на немецкий языки.
Отрывок из дневника адмирала, в котором содержится первое упоминание о додо, гласит:
«Голубые попугаи весьма многочисленные здесь (имеется в виду Маврикий. — Ред.}, как и другие птицы; среди них есть одна, весьма приметная по размерам, ибо больше наших лебедей, с огромной головой, до половины покрытой перьями, как бы капюшоном. У этих птиц нет крыльев, вместо которых три или четыре черноватых выдающихся пера. Хвост состоит из нескольких мягких, загнутых внутрь перьев пепельного цвета. Этих птиц мы называли „валгфогель“, потому что чем больше и дольше их варишь, тем тверже и безвкуснее они становились. Тем не менее их брюшко и грудка приятны на вкус и легко перевариваются».
Голландское слово «валгфогель» в буквальном переводе означает «тошнотворная птица», но это ведет к одной из многочисленных ошибок, которые сопровождают историю додо.
В одной из последних очень подробных работ о додо — автором ее является маркиз Масауйи Хашисука — было зафиксировано не более не менее, как 79 разных наименований додо.
Голландский зоолог А. С. Оудеманс указывал в своей книге, посвященной додо, что в средне-голландском языке существовал глагол «дронтен» — нынче это слово считается неприличным. Но тогда оно имело значение «обрюзгший» или «раздутый», «надменный», «чванный», и это предположение звучит куда правдоподобнее. Профессор Оудеманс считает, что название «дронт» было образовано именно от этого слова.
Опираясь, с одной стороны, на подобные сообщения и, с другой — на зарисовки или сообщения о существовавших рисунках, сделанных с натуры, доктор Хашисука насчитал 12 особей додо, доставленных с Маврикия в Европу: одна попала в Италию, две — в Англию и девять — пять мужских особей и четыре женских — в Голландию.
Маврикийский додо исчез между 1681 (в тот год прозвучало последнее упоминание о живом додо) и 1693 годами, когда впервые додо не был упомянут в сделанном на месте списке животных острова. К 1750 году люди, жившие на острове, даже и не знали, что на Маврикии была когда-то такая птица.
Спустя столетие жил на Маврикии человек, который был очень усердным натуралистом. Этот человек, Джордж Кларк, не только знал о додо, но твердо решил найти его останки. Но только где искать?
На первый взгляд картина выглядела отнюдь не многообещающей.
«Фактически, — писал Кларк, — на Маврикии нет места, где бы почва носила такой характер, чтобы сохранить случайные захоронения, попавшие в нее. Кроме того, тропические дожди, сила которых хорошо известна, в некоторых местах настолько размывают поверхность и достигают такой мощи, что сдвигают с мест камни весом в сотни фунтов».
Написав это, Кларк внезапно пришел к новой идее. Если эти тропические дожди смывают с поверхности все, куда попадает то, что они смыли?
Что, если кости додо были смыты в одну из рек? Он начал раскопки около 1863 года и нашел на дне одного из болот большое количество костей додо, к огромному удивлению местных жителей — креолов, которые стояли вокруг и с раздражением взирали, как на поверхность их собственного острова извлекается то, о чем не было известно даже старикам. Теперь в результате успешных раскопок Джорджа Кларка стало ясно, что представлял собой скелет додо.
А другие острова? Другие додо? Острова Маврикий и Реюньон разделяют около 130 миль открытого морского пространства. Это не слишком большое расстояние для птиц с достаточной силой крыльев, и нет ничего удивительного в том, что одни и те же редкие виды встречаются на обоих островах и даже на Мадагаскаре. Но для нелетающей птицы 130 миль открытого морского пространства — все равно что три тысячи миль: она не может покрыть ни то ни другое расстояние. И совершенно очевидно, что маврикийский додо не мог добраться до Реюньона. Так же как и нелетающая птица Реюньона не могла попасть на Маврикий.
Тогда, логически рассуждая, следовало признать: если на Реюньоне существовал додо, он должен был отличаться от птицы с Маврикия.
Да, на Реюньоне был додо и он отличался от додо с Маврикия, но в течение более чем ста лет натуралисты изо всех сил старались не замечать этих отличий.
Возможно, потому, что поверхность Реюньона более гористая, чем поверхность Маврикия, белый додо (а там водился именно такой) просуществовал дольше, чем додо с Маврикия.
Впервые додо с Реюньона перестали упоминать в обзорах начиная с 1801 года. Возможно, птицы стали жертвами собак, крыс и свиней во второй половине XVIII столетия.
Теперь отправимся на третий из Маскаренских островов, Родригес. Здесь селились, когда не было лучшего выбора. Сначала это были французские гугеноты — маленькая группа, состоявшая всего лишь из 11 мужчин. В руководители они избрали человека, которому в то время было слегка за пятьдесят, по имени Франсуа Лега.
И другие путешественники, побывавшие на Родригесе до Лега, говорили, что здесь есть додо, но Лега был первым, кто прожил на острове достаточно длительное время. К тому же Лега умел рисовать. Он снабдил свою книгу иллюстрациями, и нет никаких сомнений, что зарисовки были сделаны на острове, поскольку среди них оказались достаточно сложные карты и планы.
«Среди всех птиц на острове, — говорится в английском издании книги Лега, — самый замечательной является додо, названная „отшельник“, и которые тем не менее здесь в изобилии. Перья самцов коричневато-серого цвета, ноги и клюв, как у индюка, но клюв несколько более загнутый. У них едва ли есть хвост, но их задняя часть покрыта перьями и круглая, как круп лошади; они выше индюков… Кость крыла становится к концу крупнее и образует небольшую круглую массу под перьями величиной с мушкетную пулю. Это, а также клюв являются главными орудиями защиты птицы. Ее трудно поймать в лесу, но легко на открытом пространстве, поскольку мы бегаем быстрее, чем они. Некоторые из самцов весят сорок пять фунтов». Лега сообщал, что самцы имеют коричневую окраску, а самки либо коричневые, либо «светлее, цвета волос блондинов»; скорее всего, более темный окрас принадлежит самкам постарше.


Других изображений «отшельника», кроме рисунков Лега, не существует.
У нашей истории, рассказанной, к сожалению, лишь конспективно, есть постскриптум, который можно назвать «додо из Назарета» м отнести в область современной криптозоологии.
Случай этот был великолепно прояснен Иосифом Христиановичем Хамелем из российской императорской Санкт-Петербургекой Академии наук, который опубликовал довольно подробное исследование в бюллетене физико-математической секции в 1848 году.
Как мы помним, голландцы назвали додо «валгфогель», то есть «тошнотворная птица», поскольку на вкус она была весьма неприятна. Французы перевели это название правильно, но некий Франсуа Коше, который провел две недели на Маврикии в 1638 году, писал о додо как о птицах Назарета. Он подумал, наверное, что слово nausee (тошнота) на самом деле означает слово Nazaret, сходное по звучанию на французском. А раньше на морских картах было место под названием Назарет, причем оно было расположено недалеко. Оно существует и по сей день, только теперь так называется отмель, хотя на ранних картах так назывался остров. Профессор Хамель полагал, что это была обыкновенная ошибка.
Возможно, он был прав. Но когда голландский профессор Оудеманс проверил старые карты, то обнаружил, что место под названием Назарет располагалось не рядом с островом, о котором мы теперь знаем, что это никакой не остров, а рядом и с ныне существующим крохотным островком, который на современных картах носит название Тромлен.
Об острове Тромлен известно немногое. Похоже, что он не имеет никакого значения, поскольку в последнем издании адмиралтейских карт говорится, что он может быть расположен и в пяти милях от отмеченного на карте места. Возможно, создатели старых карт, которые просматривал профессор Оудеманс, попросту написали рядом с ним «Назарет», поскольку знали, что где-то там находится место с таким названием.
Но Оудеманс заявил, что додо не может быть вычеркнут навсегда из списка живых птиц, пока не будет тщательно исследован островок Тромлен.
В принципе Оудеманс прав: пока есть неисследованные пути, охоту на додо нельзя считать законченной.

Авторизация

Реклама