Генерал Багратион

Категория: Россия Опубликовано 13 Ноябрь 2017
Просмотров: 1534

Генерал БагратионВыдержки из книги коллектива авторов
Петр Иванович Багратион был одним из потомков грузинских князей, служивших в XVIII—XIX вв. офицерами и генералами в русской армии. Родившись в 1768 году в Кизляре, он рос и воспитывался в атмосфере укреплявшейся дружбы русского и грузинского народов, олицетворявшейся в общей, единой защите страны от врагов. С юношеских лет Багратион находился в рядах русских войск. Родиной его была Россия, горячим патриотом которой он оставался до конца своих дней.


С замечательной отвагой защищал он честь и независимость ее.
Багратион учился военному искусству на полях сражений.
Его учителями были великие полководцы Суворов и Кутузов.
Это наложило печать на полководческую деятельность
Багратиона. Он воспринял от своих учителей то ценное, что составляло
особенность каждого из них, и затем в практике войн
развивал эти особенности, внося этим новое в историю
русского военного искусства. История войн не знала еще таких
искусных действий авангарда и арьергарда, которые были
показаны Багратионом. Он поднял значение этих составных
частей боевого порядка крупных войсковых соединений,
поднял значение частной инициативы командира и показал,
какую роль играют в войне волевые качества командира.
Не случайно именно его, Багратиона, выбирали начальником
передовых и прикрывающих войск действующей армии
великие полководцы Сув'оров и Кутузов.
Обстановка часто заставляла Багратиона вопреки его
неуклонному стремлению вперед обороняться и отступать
перед превосходящими силами врага. Никто до Багратиона
не показал такого искусства в обороне, в сочетании оборопы
с активностью действий. Никто до него не производил с таким
искусством маневра отход под непосредственным
тактическим воздействием противника, какое показал Багратион в
ходе войн против Наполеона.
Пытливый ум Багратиона постоянно стремился возможно
глубже воспринять происходящие события и возможно шире
оценить обстановку, с тем чтобы принятое им боевое
решение вполне отвечало общей цели. В связи с этим Багратион
смело развивает собственные планы боевых операций, резко
критикуя отрицательные стороны существующих планов. Об
этом свидетельствует представленный Багратионом
Александру I план кампании 1812 года.
Боевая карьера Багратиона полна героических подвигов.
Начало ее относится к 1782 году. Багратиону было 17 лет,
когда он был зачислен сержантом в Кавказский
мушкетерский полк. В течение первых лет службы молодой офицер
оставался на Кавказе, где все это время происходили стычки
между русскими войсками и предводителями местных
горцев — султанами, ханами, беками, главным образом, заку-
банскими, — подстрекаемыми Оттоманской Портой и
нарушавшими установленную русскую границу.
Первое боевое крещение Багратион получил во второй
турецкой войне. В 1788 году он участвовал в
кровопролитном штурме Очакова, в котором показал себя блестяще: он
одним из первых ворвался в город. Суворов уже тогда
обратил внимание на отважного молодого офицера, умело
командующего своей частью.
В 1794 году, во время польской кампании, Багратион,
будучи в Софийском карабинерном полку, снова оказался
под начальством Суворова. Багратион командовал тогда
кавалерийским эскадроном.
Служебное положение его было еще очень скромным. Тем
не менее он успел обратить на себя внимание всей армии.
Кавалеристы под командованием Багратиона совершили ряд
изумительных по смелости атак в боях под
Брест-Литовском, Седлецом, Деречином и Бродами. В награду за бой
под Бродами Багратион получил чин подполковника.
24 октября (4 ноября) 1794 года русские войска
штурмовали предместье Варшавы Прагу. В разгаре боя
противник предпринял внезапную и дерзко задуманную попытку
выйти во фланг русской штурмовой колонне. Багратион
заметил эту попытку. Он терпеливо выжидал нужного момента,
для того чтобы выскочить из засады и мгновенным броском
опрокинуть врага в Вислу. Случилось так, что сам Суворов
был очевидцем подвига, совершенного Багратионом. Он имел
возможность оценить его выдержку, предприимчивость и
поразительную смелость командирского расчета. В лихих действиях
Багратиона Суворов усмотрел, кроме бесстрашия, еще одно
присущее молодому командиру свойство — талант. На
глазах всей армии Суворов благодарил его за зоркий глаз
и уменье. Багратион стал любимцем фельдмаршала. Скупой
на похвалы фельдмаршал ласково называл его «друг мой».
Осенью 1798 г. Багратион в чине полковника вступил в
Австрию, чтобы затем принять участие в Итальянском
походе под командованием Суворова. В феврале 1799 года
Багратион был произведен в генералы и в первых числах
апреля представил свой полк Суворову на площади
итальянского города Вероны.
Приняв затем командование авангардом, Багратион вскоре
на штыках ворвался в город Брёдшю. Суворов писал в
Петербург: «Похвалю генерал-майора князя Багратиона за
расторопность, рвение и усердие, оказанные при завладении
крепости под жестокими пушечными выстрелами...»
Лекко, Маренго, Треббия следовали друг за другом,
победа за победой. Все это предметные уроки из
суворовского цикла военных знаний, из «Науки побеждать». В этой
школе Багратион был одним из способнейших и1
талантливейших учеников.
Когда началось вынужденное отступление русских войск
^ерез Альпы в Швейцарию — знаменитый отход,
равноценный многим победам в наступательных боях, — доблесть
русских воинов и гений Суворова развернулись во всей
полноте и величии. Условия, при которых совершался поход,
были чрезвычайно трудны. Суворовским чудо-богатырям
приходилось преодолевать естественные преграды, взбираться
по гладким отвесным скалам, спускаться в ущелья, по
которым неслись быстрые горные потоки. Пропасти и снежные
обвалы подстерегали их на каждом шагу. Казалось,
французам оставалось лишь довершить действия природы и
добиться поражения русских. Но поражения французы не
добились. На заоблачных альпийских высотах гремели победы
русских, изумительные в тех тяжких условиях, в которых
находились российские войска.
И в это трудное время Багратион был впереди, он принял
на себя самую трудную и ответственную задачу: первым
вступать в бой с противником. Он обходил неприятеля по
горным охотничьим тропам, а иногда и без троп, просто по
снежной целине перевалов. Он пробивал ледяную грудь
Сен-Готарда, смело бросался в глубокий колодец Муттен-
тальской долины, пробирался по зыбким бревнам Чортова
моста... И все это с непрерывными боями и
следовавшими за ними победами, изумлявшими врага.
Горный орел — так прозвала его русская армия.
Героизм русских войск и гений Суворова предотвратили в
1799 году гибель русской армии, которая грозила ей
вследствие вероломного предательства австрийских союзников.
В 1805 году из подобного же тяжелого положения вывел
русскую армию Кутузов. Чтобы российские войска могли
выйти из-под удара огромных сил Наполеона после
капитуляции Австрии под Ульмом, Кутузов предпринял
искуснейшее отступление от Браунау к Кремсу. Роль Багратиона
была та же, что и при Суворове: он сражался там, где
опасность была наиболее грозна, — он прикрывал отход всей
русской армии. Самые жестокие удары врага падают на
него. И он отвечает на них с удесятеренной силой.
Война 1805 года — важнейший этап на блистательном
военном поприще Багратиона. В военной истории его имя
навсегда связано с замечательной битвой у Шенграбена.
По трудности задачи для русской армии, по соотношению
сил обеих сторон и по множеству других условий шенгра-
бенский бой должен бы был завершиться успехом
французов. Однако победа все же была достигнута русскими, и
это было прямым и несомненным следствием мастерского
руководства военными действиями со стороны Багратиона.
Все главные элементы высокого полководческого
дарования были в этом деле проявлены Багратионом: и
хладнокровный расчет, и уверенная распорядительность, и
непрерывное направляющее вмешательство в развертывание
операций, и огромное умение связывать частности в целое.
Наполеон намеревался отрезать Кутузова от подходившего
к нему из России вспомогательного корпуса и разбить его
армию. Для этого он быстро двигался прямой дорогой к
городу Цнайму, имея в виду встретить здесь отступавшие
русские войска. Кутузов разгадал замысел Наполеона и
разработал гениальный план противодействия. Дорога из
Кремса соединялась с цнаймской у деревни Гунтерсдорф.
Если бы можно было задержать Наполеона перед Гунтерс-
дорфом хотя на сутки, Кутузов успел бы выйти из-под
удара громадных наполеоновских сил на цнаймскую дорогу
и соединиться с подкреплением. Заслонить русскую армию
от двухсоттысячной армии Наполеона, — вот задача, которую
должен был решить выделенный Кутузовым под командой
Багратиона шеститысячный отряд. Все понимали опасность
предприятия. Сообщая Александру I о предполагаемых дей-


ствиях Багратиона, Кутузов писал, что «жертвует частью
ради спасения целого».
Усиленными маршами Багратион вывел свой отряд за
Гунтерсдорф и остановился на цнаймской дороге. На
немногочисленный арьергард русских, названный впоследствии
самими французами «дружиной героев», со всей силой
обрушились корпуса французских маршалов. Багратион в
течение 18 часов отбивал атаки тридцатитысячной
наполеоновской армии. Медленно подвигаясь назад, он дощел до Шен-
грабена и занял его. Ряды бесстрашных воинов редели с
каждым часом, а он продолжал отражать жестокие удары
французской армии, отступая шаг за шагом через зарево
грозного шенграбенского пожарища, через черную бездну
ненастной ноябрьской ночи дальше, к Гунтерсдорфу. В этой
деревне застала его полночь. Половина отряда полегла, но
уцелевшие герои стойко держались.
Задача была выполнена. Кутузов успел выбраться с
главными русскими силами на цнаймскую дорогу и у деревни
Погорелиц соединился со спешившим из России
вспомогательным корпусом. Отряд Багратиона, штыками проложив путь
сквозь кольцо французских войск, присоединился к армии.
Поразительное хладнокровие Багратиона, глубокая
расчетливость его действий и ни с чем несравнимое мужество
русских солдат спасли русскую армию в ноябре 1805 года.
Прусская кампания 1807 года, война 1808 года в
Финляндии, военные операции 1809 года на Дунае — все это
дальнейшие этапы в развитии полководческого дарования
Багратиона. Боевой опыт его укрепился. Багратион отлично
знает русского солдата, любит и ценит его. Такою же
любовью пользуется он сам со стороны русской армии. О
воинских доблестях Багратиона в русской армии слагаются
восторженные песни. О нем, как о талантливом полководце,
знают и в Европе. Наполеон считает его одним из лучших
русских генералов.
Предугадывая неизбежность наступления Наполеона к
границам России и возникновения войны, Багратион
предложил Александру I план военных действий, указывая на
необходимость заблаговременно исправить серьезнейшие
ошибки в развертывании русских войск. Он предвидел
возможность разъединения и отдельного поражения русских
армий, настолько растянутых по границе и так близко к ней
придвинутых, что исключался всякий маневр для
взаимодействия их между собой. А именно это взаимодействие по
замыслу, положенному в основу русского плана, должно было
бы привести к поражению противника,
Багратион настаивал на том, чтобы не ждать пассивно в
боевой готовности врага, а пойти ему навстречу, «чтобы, с
одной стороны, рградить себя от внезапного нападения, а
с другой — выиграть времени по крайней мере шесть недель,
дабы сделать первые удары и вести войну наступательную, а
не оборонительную» К Багратион угадывал и размах войны,
требуя, во-первых, создания многочисленных резервов, как
подвижных для участия в боевых операциях действующей
армии, так и местных для ее пополнения, и, во-вторых,
обеспечения войск продовольственными и иными запасами как
на территории своей страны, так и за ее рубежами.
«Может статься, — пишет при этом Багратион
Александру I, — не удалена эпоха, где в столпотворении
Наполеоновом водворится смешение языков, долженствующее,
естественно, сильно споспешествовать к восстановлению
права народного в Европе. Мысль сия получает еще более
вероятия, если принять во уважение, что ни один из
побежденных и завоеванных им народов не признает себя
счастливым, а, напротив, с трепетом ожидает ежедневного
усугубления зла».
В грозную годину Отечественной войны Багратион
командовал второй русской армией. Обстоятельства сложились
так, что он оказался поставленным лицом к лицу с лучшими
маршалами наполеоновской Франции. И в этом поединке
Багратион показал изумительные образцы военного
искусства.
Багратион отступал со своей армией от границы к
Могилеву, когда Даву и вестфальский король Жером попытались
взять его в тиски; Жером шел в хвосте второй русской
армии, а Даву — наперерез. Придворные враги Багратиона
были уверены в том, что ситуация эта будет гибельна для
него. Они не сомневались в «некоторых» суворовских
достоинствах талантливого генерала, но думали, что эти
достоинства, поставленные военным мастерством Наполеона
в положение, не предусмотренное суворовским опытом,
должны превратиться в недостатки.
При дворе толковали:
— Лихой а/вангардный начальник... Слепой противник
военных ретирад... Знает и понимает один лишь
наступательный маневр.
Однако эти рассуждения и ожидания были ошибочны.
«Слепой противник ретирад» искуснейшим образом отвел
свою армию от границы к Смоленску и соединился здесь с
армией генерала Барклая де Толли. Он с необыкновенной
ловкостью вырвался из тисков Даву и Жерома, избежал
неравного генерального боя, обошел в Могилеве серьезного
и расчетливого Даву и при всем этом несколько раз
наголову разбил отдельные французско-польские части.
Образ великого Суворова оживает в словах приказа,
отданного Багратионом после первого столкновения с
наполеоновскими войсками 1. В нем и могучий суворовский дух, и
неудержимый порыв, и замечательные формы боя,
завещанные потомству великим полководцем. Тактические указания
Багратиона свидетельствуют не только о его большом
военном таланте, «о и о глубоком знании теории военного дела.
Необыкновенная смелость расчетов, основанных на
выяснении слабого места противника, умелое использование
артиллерии, блестящая способность маневрировать перед
лицом сильнейшего врага, резко отрицательное отношение к
тому, что Суворов называл «кабинетным враньем» и
«гадким проектерством», наконец, редкое, чисто суворовское,
уменье влиять на душу солдата, создавая из него отлично
понимающего свой маневр бойца,—таков был много раз
проверенный военный опыт, с которым Багратион вступил в
кампанию 1812 года.
В русском солдате Багратион ценил доблестного и
верного защитника родины, любил его, заботился о его
благополучии и здоровье. В приказе войскам второй Западной
армии от 13 (25) февраля 1812 года по поводу содержания
больных в лазаретах он пишет: «А что всего ' прискорбнее,
как замечено, лечутся [солдаты] без всякого внимания и
даже без правил нерадивым лекарем Барановичем,
которого я предписываю арестовать на месяц с исправлением
должности». Усматривая в таком нерадивом отношении к
солдатам вину шефа полка и полкового командира,
Багратион говорит: «Тем оный [поступок] осудительное для шефа,
что, проведя сам жизнь свою в службе, не отдает должной
цены солдату» 2.
Одновременно с проявлением заботливости о здоровье и
быте солдат Багратион строг в отношении дисциплины. Он
требователен к солдатам и их начальникам, стремится
воспитать в них сознательность и чувство ответственности за честь
русского мундира. Характерны в связи с этим слова приказа
от 29 марта (13 апреля) 1812 года, обращенные к войскам
второй Западной армии: «.. .дошли до меня весьма
неприятные сведения, что переходив'шие команды нередко
употребляли насилия во взимании подвод обывательских и при других.
Естьли принять сии слухи за верные, то чего остается
ожидать мне на будущее время? Какого порядка в переходе по
земле чужой, когда при известном всякому обычае для
похода в своей позволяются отступления от законов» 1.
Известны споры между Багратионом и Барклаем.
Темперамент увлекал Багратиона в сторону инициативных
наступательных действий. Но после Смоленска, отступление к
которому явилось образцом военного искусства, он уже не
за наступление вообще, а лишь за использование для
наступательных действий всякого действительно пригодного
момента (так, например, было под Рудней), за большую
стойкость в обороне и быстроту маневрирования.
На Бородинском поле была предопределена победа
русских в 1812 году — величайшая из военных побед того
времени. Предопределена она была той огромной силой
сопротивления русской армии, о которую разбились
наполеоновские полчища.
Четыреста французских орудий громили Семеновские
флеши. Мюрат, Ней и Даву восемь раз атаковали
укрепления левого фланга, которым командовал Багратион. Именно
о левый фланг разбилась французская армия. Именно здесь
полегли ее лучшие части. Здесь добрая половина
наполеоновской конницы перестала существовать. Войска
Наполеона, победно обошедшие под знаменами императора
французов всю Европу, Египет и Сирию, оказались бессильными
перед невиданной стойкостью сопротивления. Под
Бородином выяснилось, что Россия непобедима, что
наполеоновский план войны порочен, что кампания проиграна
всемирным завоевателем, что сам он на пути к гибели.
Жестокий бой еще разгорался, когда осколок снаряда
раздробил левую ногу Багратиона. 26 августа 1812 года, в
11 часов утра славный русский полководец выбыл из строя.
Тяжело раненного Багратиона перевезли в поместье его
друзей, в село Симы, Владимирской губернии. Отсюда он
жадно следил за ходом военных событий. Здесь 12
сентября 1812 года он умер.
Багратиона часто называли «генералом по образу и
подобию Суворова». Он полностью владел суворовской «Наукой
побеждать», никогда не останавливался на путях развития


и совершенствования своего полководческого дарования,
Направлял вСе помыслы свои и военное мастерство йа
преодоление врагов России. Он всей силой своих пылких чувств
любил родину, свой народ и военное искусство.
«Ударим дружно и победим врага! — говорил Багратион,
обращаясь к армии 25 июня 1812 года перед сражением с
французами. — Тогда нам честь, слава и благодарность
родины, а любезному отечеству нашему победою врага,
дерзнувшего вступить в землю русскую, принесем спокойствие
и самое блаженство» *.
Любовь Багратиона к родине, его патриотизм, стремление
во что бы то ни стало отстоять родную землю от
ненавистных захватчиков, его вера в силу русского оружия стали
особенно дороги нашей стране в дни Великой отечественной
войны против немецко-фашистских захватчиков. Образ
Багратиона всегда будет близок и понятен советскому патриоту
и навеки сохранится в сердцах нашего народа.
Сборник документов «П. И. Багратион» представляет
собой первую попытку дать читателю в систематизированном
виде основные документы о боевой деятельности
ближайшего ученика и сподвижника великих русских полководцев
А. В. Суворова и М. И. Кутузова.
Публикуемый ниже материал охватывает период боевой
деятельности Багратиона, начиная с Итальянского похода,
совершенного им под руководством Суворова, где впервые
Багратион командовал крупным отрядом и проявил себя
искусным военачальником. Составители стремились выбрать
из массы документального материала о Багратионе такие
документы, которые могли бы дать последовательное
изложение его полководческой деятельности до дня смерти,
последовавшей после тяжелого ранения в Бородинском
сражении. Большую часть сборника составляют документы
Отечественной войны 1812 года, которые очень ярко
отображают военное дарование Багратиона.
Часть документов, включенных в сборник, в свое время
была опубликована в различных работах и использована в
публикациях.
Стиль и характерные особенности письма документов при
археографической обработке сохранены; незначительные
исправления вносились лишь в том случае, если это
требовалось для ясности чтения.
Заголовки Документов даны составителями. В тексте
документов исправления, сделанные на основании изучения и
сопоставления других материалов, заключены в прямые
скобки. Таким же образом восстанавливалась подпись под
документом, если он копировался с черновика или оттиска,
где подпись отсутствовала. Приложения, о которых
упоминается в тексте документов, не давались в том случае, если
это не вызывалось необходимостью; по той же причине не
делалось пояснений о содержании некоторых из
упомянутых в тексте документов.
В тех случаях, когда документ взят в выдержках, в его
заголовке об этом указывается. Все пропуски в тексте
документа отмечены отточиями. Даты документов даны по
старому и новому стилям (новый стиль указан в скобках).
Сборник снабжен именным указателем, указателем
малоупотребительных слов и перечнем опубликованных
документов.
Документальный материал, помещенный в сборнике,
хранится в Центральном государственном военно-историческом
архиве (ЦГВИА). Составители сборника использовали также
документы, уже опубликованные в различных изданиях.
Сборник подготовлен к печати научным сотрудником
Центрального государственного военно-исторического архива
Шляпниковым Н. П.
Окончательная археографическая обработка документов
проведена под наблюдением Научно-издательского отдела
Главного архивного управления НКВД СССР.
В выявлении документов принимали участие т.т. И. С. На*
зин, Е. П. Воронин, 3. М. Новикова, Р. Е. Альтшулер.

 

 


ШЕФ, ГЕНЕРАЛ ОТ ИНФАНТЕРИИ КНЯЗЬ ПЕТР ИВАНОВ СЫН БАГРАТИОН —
45 ЛЕТ, ИЗ ГРУЗИНСКИХ ДВОРЯН.
КАВАЛЕР ОРДЕНОВ РОССИЙСКИХ: С-ГО АПОСТОЛА АНДРЕЯ ПЕРВОЗВАННОГО,
С-ГО АЛЕКСАНДРА НЕВСКОГО, С-ГО ВЕЛИКОМУЧЕНИКА И ПОБЕДОНОСЦА
ГЕОРГИЯ БОЛЬШОГО КРЕСТА 2 ГО КЛАССА, С-ГО РАВНОАПОСТОЛЬНОГО КНЯЗЯ
ВЛАДИМИРА БОЛЬШОГО КРЕСТА 1-Й СТЕПЕНИ, С-Й АННЫ 1-ГО КЛАССА, С-ГО
ИОАННА ИЕРУСАЛИМСКОГО, КОМАНДОР ЗГЛОТОЙ ШПАГИ ЗА ХРАБРОСТЬ,
АЛМАЗАМИ УКРАШЕННОЙ.
ИНОСТРАННЫХ: ЕГО РИМСКОГО КОГ ОЛЕВСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА ВОЕННОГО
ОРДЕНА С-ГО ЛАЗАРЯ И МОРИСА 1-ГО КЛАССА; КОРОЛЕВСКО-ПРУССКИХ —
ЧЕРНОГО И КРАСНОГО ОРЛА.

 

10 [21] апреля. Крепость Бресция с ее замком,
отряженными от фельдмаршала войсками при императорском
королевском 1 генерале-фельдцейхмейстере Крае была атакована и
по упорном сопротивлении покорилась победоносному
оружию. — Римско-императорские войска и его императорского
величества егерской князя Багратиона полк2, гранадерской
батальон Ломоносова и казачей полк Поздеева, под
жестокими пушечными выстрелами, завладели крепостью.
Неприятель, невзирая на то, из замка производил пушечную
пальбу 12 часов и по упорном сопротивлении сдался. В плен
досталось полковник 1, 34 штаб и обер-офицеров, 1 030
рядовых [французов], да раненных в прежних делах 200
человек, 46 пушек, в числе коих 15 осадных.
С нашей стороны убитых и раненных нет., При сей
победе отличились генерал-майор князь Багратион, подполковник
Ломоносов и майор Поздеев, кои и препоручены были в
высочайшее монаршее благоволение.
12[23] апреля. Неприятель стоял у реки Олио при Киаре,
куда соединенная армия маршировала в числе 35 тысяч и
потом отступил поспешно за оную к Бергамо, оставя назади
при Палацолло меньше тысячи человек с 6-ю пушками. Тогда
егерской полк князя Багратиона с гренадерским баталионом
Повало-Швейковского туда прибыл с своими пушками и имел
перестрелку отчасти полевою артиллериею и ружьями.
Неприятель был отбит и потерял убитыми до 60-ти человек, в полон
захвачено до 20-ти. С нашей стороны убит 1 егерь и 2 ранено.
Исправя попорченной мост через Олио, переправились вой-
ски наши и взяли марш на Бергамо, следуя за неприятелем.
13[24] апреля. Корпус генерала Розенберга стоял лагерем
при Палацоле, производилось рекогносцирование, а между
тем фельдмаршал1 дал предписание генералу-лейтенанту
Повало-Швейковскому напасть на неприятеля немедленно, по
поводу полученного рапорта от генерала-майора князя
Багратиона, извещавшего, что он навел мост чрез реку Олио и
ож'идает! подкрепления от Швейковского. Стрелки полку
князя Багратиона взяли пять человек пиемонтесцов, которые
уведомили, что французской генерал Серюрье с 6-ю
тысячами ретировался к Бергамо.
15[26] апреля. Поутру в 8-мь часов голова правой нашей
колонны, полки казачьи: Денисова, Грекова и1 Молчанова
окружили местечко Лекко. Генерал-майор князь Баграти'он,
следуя за ними с, его егерским полком и гранодерским
баталионом Ломоносова, ударил в неприятеля штыками перед
форштатом, исколол у него сот до семи.
Тогда неприятель, стоявший по обеим сторонам реки Адды
с возвышенных противу наших мест, усмотря малосилие
князя Багратиона, распустил множество стрелков по горам
в ущелья и сады. Но он его паки поразил сильно штыками;
казаки тут так же пособляли спешенными стрелками. Сие
происходило уж внутри города, но и в третий раз неприятель
испытывал свое щастие. Тогда прибыл гранодерской баталион
Деедригина с генерал-майором Милорадовичем, которой, вы-
иередя быстро прочие войски, тотчас вступил в дело с
великою храбростию и хотя старее был князя Багратиона, но
производимое сражение кончить великодушно предоставил ему.
Полку генерала от инфантерии Розенберга, майор князь
Гагарин с его ротою особо отличился. Два эскадрона,
выехавшие в нашу пехоту, были поколоты почти до последнего
человека.
Неприятель в третий раз пораженный искал своего
спасения за рекою Аддою. Сим кончилась кровавая победа,
одержанная князем Багратионом, в чем ему был главным
помощником подполковник Ломоносов.
С нашей стороны убито: штабс-капитан Байковской,
подпоручик Дризаевской и Дендригина баталиона подпоручик
Пушкарев, нижних чинов 132 человека. Ранено: генерал-
майор князь Багратион, полковник Хвицкой, майоры:
Яковлев и князь Гагарин, 6 обер-офицеров и нижних чинов 85.
24 апреля [5 майя]. Храбрый генерал-майор князь
Багратион, с шестью батальонами и двумя казачьими полками под
командою Грекова, сближился к Тортоне и с частью войск
рекогносцировал. При1 сем происходили разные шермиции,
на которых убито российских два гранодера, 2 казака и
1 гранодер тяжело ранен. Неприятель потерял более 140
человек и пленных до 10-ти при офицере.
3[14] майя. Князю Багратиону была предписана следующая
диспозиция, чтобы он со всем своим отделением остановился
в Нови, расставя передовые свои посты от Серавале до реки
Скривии, от Костелетта и Сильвано до Дорио, даже до
Бизона против Акви и связать цепь с цепью генерала Карачая.


Войски команды генерала от инфантерии Розенберга прийдут
в лагерь близь Сале, оставя два баталиона и казачий полк при)
Фраскоролло на реке По.-Одна рота с 50 казаками остается
в Камбио, а другая в Бреме, также с 50 казаками. Пикеты
расставить по реке По, делая разъезды к Касале-Пустерлон-
го до генерала Вукасовича. Вследствие сей диспозиции
генерал-майор князь Багратион с шестью баталионами и двумя
казачьими полками занял Генуезской город Нови. Там
получил он в добычу множество ядр, бомб и прочих
артиллерийских припасов, также лафетов и патронных ящиков,
отправленных из Генуи от неприятеля в крепость Александрию и Ва-
ленсу, которые препроводил он в гауптквартеру на 70 фурах.
5[16] майя. Российские войски маршировали чрез Кастель
Сант д'Жиорджио до Балле и до Камбио. Генерал-майору
князю Багратиону предписано, чтобы он с вверенным ему
отрядом переправился чрез реку По в Жероло, а не так как
в диспозиции сказано в Камбио, по причине великого в
Камбии разлития вод. Когда армия готова была' итти1 ;'в поход,
получено известие, что неприятель поспешно переправляется
от Александрии на сию сторону реки Бормиды. Армия
соединенная туда обратилась; уже неприятельских войск перепра-
вилось шесть тысяч и прошли до Сент-Жульяно, как вдруг
генерал-майор князь Багратион с своим авангардом и
австрийский генерал-майор Лудиньян с 5-ю гранодерскими
баталионами и 4-мя дивизионами драгун, стоявший при Торо
до Гарофоло, атаковали неприятеля, сломили его холодным,
ружьем, привели в крайний беспорядок и обратили в бегство
к Бормиде. Один его целой гусарской эскадрон сколот
казаками Молчанова. В других трех нападениях казаки под
предводительством походного атамана Денисова, а особливо полк
Грекова низвергли более двухсот человек. Много раз импе-
раторо-королевская кавалерия рубила и поражала с казаками
части их рассыпанной пехоты и, пригнавши к реке Бормидо,
паки Молчанова полк отрезал одну полубригаду. Сия
бросилась в воду, где до 500 потонуло, а 78, бросив ружье, сда-
лися. Многие из загнанных в близлежащее болото конных
и пехотных войск увязли и потшули. Во всех сих успехах
генерал-майор князь Багратион отличное подавал
руководство. Сражение началося в 9 часов утра и продолжалось до
наступления ночи. Неприятель потерял одними убитыми до
2 500, пленных до 200, в том числе 7 офицеров. Российских
убито 26 человек, 1 офицер; ранено до 80 нижних чинов и
1 офицер.
25 майя [5 июня]. Важный пост Су за и дефиле Асиет, Ес-
киль и Чесана заняты авангардом генерала-майора князя
Багратиона, состоящим из 5 батальонов и 2 эскадронов,
6[17] июня. Часть императорских королевских войск и
авангард императорских российских войск, под начальством
генерала-майора князя Багратиона, едва пришли в Сент-Джио-
вани как получено известие, что на передовую нашу цепь
неприятель сделал нападение и принудил отступить...
Фельдмаршал-лейтенант барон Отт послал часть своей дивизии на
подкрепление передовой цепи, которая еще усилена двумя
баталионами Фрелиха и драгунским полком Лобковича.
Генерал-майор князь Багратион получил от фельдмаршала 1
повеление по отдохновении одного часа итти с авангардом
навстречу неприятеля, который с, 16 000 с чрезвычайною ре-
шимостию напал на фельдмаршала-лейтенанта барона Отт.
Сей уже начал уступать неприятелю, столь чрезмерно силами
превышавшему, как полки казачьи Грекова и Поздеева
ударили в левой неприятельской фланг, а вслед за ними
генерал-майор князь Горчаков с полками Семерникова,
Молчанова и двумя гранодерскими из авангарда баталионами,
атаковал их правый фланг и генерал-майор князь Багратион с
остальною частью своего авангарда вступил также в дело.
Храбрость, отважность и решимость войск, сражавшихся
большею частью холодным ружьем, переменили вскоре вид
сражения. Неприятель прогнан с потерею 600 человек
убитыми и 400 пленными. По наступлении ночи он ретировался к
Требии и нам уступил левый берег Тидона и место
сражения.
7[18] июня. Сего числа поутру в 10-ть часов армия
перешла тремя колоннами вброд чрез Тидон. Нападение не
можно было начать прежде как в два часа по полудни.
Неприятеля настигли отошедши полторы мили по сю сторону реки
Требии уже во всех его 32 000. Мы же имели под ружьем
всего 24 000. Все сии места, ископанные рвами, усаженные
деревьями, делают всякое войск движение весьма
затруднительным. Генерал-майор князь Багратион с б-ю баталионами,
4-мя эскадронами! Карачая и казачьими полками Грекова и
Поздеева, быстро атаковал холодным ружьем, опрокинули
левой неприятельской фланг из 7 000 пехоты и до 1 000
кавалерии, убил более 800 человек, взял 2 пушки! и 1 знамя,
полонил 600 поляков при 2-х полковниках и адъютанте Дом-
бровского. Тут неприятель усилился до 15 000, ai генерал от
инфантерии Розенберг с, частью генерала-лейтенанта Повало-
Швейковского, подкрепив генерала-майора князя Багратиона,
сбили неприятеля. Он оставил убитыми*800 человек и еще
взяли в полон 400.
8[19] июня. В сей день неприятель предупредил
союзные войска в намерении, перейти Требию и перешел чрез
оную во всех пунктах и атаковал все части армии, оставшейся
в прежнем порядке. Прежде всех на правом фланге
встретил штыками неприятеля генерал-майор князь Багратион с
6-ю баталионами, подкрепляем справа полками Карачая,
драгунским и казачьими Грекова й Поздеева, а слева
дивизионом Лобковича драгун. По сражении одного часа неприятель
был прогнан за реку, оставя в воде убитыми до 600 чело*
век и потеряв пленными 29 офицеров и до 400 нижних
чинов, 1 пушку и знамя.
Неприятель снова в двух колоннах переходит! чрез
Требию и! нападает влево от генерала-майора князя Багратиона
на полки Розенберга, Швейковского и баталион Далгейма.
Генерал от инфантерии Розенберг, подкрепляем
генерал-лейтенантом Повало-Швейковским, не дав выстроиться
неприятелю, атаковал его, разбил и прогнал за реку^ Генерал-майор
Далгейм также встретил против .себя идущую колонну,
ворвался в оную и опрокинул. Тут неприятель потерял убитыми
800, пленными офицеров 5, нижних чинов 230 и 2 знамени.
Генерал-лейтенант Повало-Швейковской и генерал-майор
Далгейм ранены контузиею.
Два раза прогнанный неприятель перешел опять реку и
атаковал левой фланг генерала-майора Далгейма, но генерал-
майор князь Багратаон с авангардом и полк Розенберга
обратились быстро к тому месту, совершенно разбили
неприятеля, прогнали на ту сторону реш и убили у него до 600,
полонили до 100 человек...


... Деятельной генерал-майор князь Багратион пришел под
Саравалу, малая миля от Нови, с его егерским полком,
сводными гранодерскими баталионами: Дендригина, Санаева, Ка-
лемина m частью Ломоносова, тако ж и казачьим Грекова
полком к ночи на 24-е июля и, изготовя на ближних пригорках
батареи, 25-го открыл канонаду при упорном сопротивлении
от гарнизона
Французы много раз покушались наступать малыми и
большими отрядами на часть генерала Далгейма и всегда были
прогоняемы, потеряли убитых около 50 и пленных 10 с
офицером. У Далгейма состоит урон в 3 убитых и 29 раненых.
Город был занят полку Грекова майором Денисовым с
казаками. Брешь еще не совсем была готова. Крепкой, на плит-
нике и высокой горе сооруженной замок на рассвете
27-го июля бил шамаду. Гарнизон: комендант, капитан Гейз-
нер, 5 офицеров, нижних чинов 180, сдался князю Багратиону
военнопленным без капиггуляции, чего ради офицеры уволены
на пароль *, чтоб во всю сию войну не служить без размену.
В крепости найдено 11 пушек, в том числе 2 чугунные и
3 мортиры. У неприятеля убито и ранено до 40. У
Багратиона ранено только 7 рядовых и 1 убит...


Генерал-майор князь Багратион находился с передовыми
войсками в виду Нови, дабы, оставив с правой стороны сей
город, поражать неприятеля в правой его фланг. Корпус
генерала от инфантерии Розенберга, находившийся при Вижи-
поло, составлял обсервационный корпус, и закрывал осаду
цитадели Тортонской. Во время же общего сражения оный
расположился при Ривалте на случай востребоваться
могущего подкрепления. Между тем неприятельские колонны
двинулись вперед таким образом, что первая заняла Бормид-
скую долину и могла чрез Бизону соединиться со второю,
выступившею из долины Орбы чрез Оваду, а третия, заняв
долину Леммы с четвертою, перешедшею чрез Бокетту при
Волтаджио.
В 6 часов пополуночи генерал-майор князь Багратион с
вверенными ему передовыми войсками атаковал неприятеля,
расположившегося на горе за городом Нови, с неустрашимою
храбростию. Неприятель, видя сильную в центр свой атаку,
начал действовать правым своим крылом, дабы врезаться в
левый фланг. Тут генерал-майор князь Горчаков, получив от
князя Багратиона егерской генерал-майора Миллера 3-го полк,
два баталиона гранодерских полковника Ломоносова и
подполковника Санаева, пошел влево, ударил на его и сильно
поражал; сам же князь Багратион с полком имени своего,
с двумя баггалионами подполковника Дендригина и майора
Калемина, пошел в средину неприятельской позиции, послав
вперед для открытия его, полку своего имени


штабс-капитана Львова с 30-ю стрелками егерей, на коих сначала напала
неприятельская кавалерия, но штабс-капитан Львов, храбро
защищаясь с егерями, поколол до 20 кавалеристов, убил
одного полковника и генерала Гаро штыками; но сам он убит
на месте сражения. Генерал от кавалерии Дерфельден с
корпусом войск вашего императорского величества расположен
был в две линии, правым крылом к большой дороге,
ведущей от Ривалти к Нови, а левый к реке Скривии. К левому
флангу примыкали императоро-королевские войски под
командою генерала от кавалерии Меласа и защищали другие
дороги от Нови к Александрии и Боско. На расстояние пяти
верст было открытое поле, где неприятеля ожидали;
напротив того, он бросился с отчаянною отважностию в Нови,
занял сей город и овладел всеми окрестными возвышениями,
составляющими подошву Генуэсских гор. На хребтах оных
за сельскими каменными строениями и старыми замкам'и
расположил он свою артиллерию, которой картечной огонь,
равно и ружейной, был почти неугасаем. Невзирая на сей
неумолкаемый гром пальбы, на сей град пуль и ядер, корпус 1
вступил в сражение. Все колонны деплоировали фронт и
наступили на неприятельскую линию. При первом приступе
неприятель производил жестокую на наш фрунт канонаду; но
сие не поколебало неустрашимости наших войск, которые
усиливались овладеть выгодными позициями
неприятельскими. Генерал-майор князь Горчаков, во время своего на
неприятеля нападения, увидел вдруг целую неприятельскую
колонну. Тогда подкрепили его полки: Молодо-Баденской и Ми-
лорадовича с генералом-лейтенантом Ферстером, вторая
колонна подоспела к неприятелю, и тогда генерал от
кавалерии Дерфельден подкрепил Ферстера и князя Горчакова!
полками: генерала-лейтенанта Швейковского, Ферстера и бата-
лионом Далгейма. Неприятель, маневрируя беспрестанно то
влево, то вправо, принуждал наши войски! три раза
переменять построения нашего фрунта. Напоследок неприятель
усилился против конца нашего левого фланга, где полк Мило-
р|адовича и Далгеймова полку баталион Кастелия
мужественно сражался. Когда генерал-майор князь Багратион поражал
неприятеля, то из кустарников показалась густая колонна,
которую он атаковал холодным ружьем, расстроил и
рассыпанную уже колол; тогда два неприятельские гусарские
эскадрона вышли на выручку. Сбитой неприятель подкреплен был
второю колонною. К нашим войскам пришел на помощь
генерал от кавалерии Дерфельден с полками Розенберга, Тыр-
това, баталионом Далгейма' и с левого флангу баталион
Швейковского, полк Милорадовича_ и Молодо-Баденской, которые
вступили в атаку. По ним открыт был жестокой из 20 пушек
огонь, равно и ружейной; но несмотря на то, колонна была
сбита, рассыпанные взяты были в полон, малая часть
спаслась; сих подкрепил фронт неприятельской, засевший во
рвe, Ma плоском месте при горе; к оному наши вбйски
сближались, тогда неприятель собрав войски, усилил свой центр,
который уже стенал от жестоких ударов Дерфельдена;
подкрепление не пособило. Когда в центр войски его были
собраны, то правый его фланг обессилился; и тогда генерал от
кавалерии Мелас, воспользовавшись сим, взял путь свой на
высоту горы от стороны Сераваля и, пришед во время,
поражал неприятеля в левый фланг с решительным успехом.
Нападение от каждого и всех вообще началось с
беспримерною решительностию и мужеством; неприятель был
повсюду опрокинут; замешательство его в центре и на левом
крыле было свыше всякого выражения; он выгнан был из
выгоднейшей своей позиции, потерял свою артиллерию и
обращен в бегство. С центром и левым его крылом
сражавшиеся войски могли тогда с тем большею удобностию
возобновлять и усугублять свое нападение. Все соединенные
войски, равно и генерал-фельдцейгмейстер Край с своею
колонною гнали его, брали в плен, разили за восемь верст и далее
от Нови. Таким образом продолжалось 16 часов сражение
упорнейшее, кровопролитнейшее и в летописях мира по
выгодному положению неприятеля единственное. Мрак ночи
покрыл позор врагов; но слава победы, дарованная
всевышним оружию твоему, великий государь, озарится навеки
лучезарным немерцаемым светом.
Обязанностей) верноподданическою поставляю я здесь в
высокомонаршее вашего императорского величества
благоволение препоручить князя Багратиона, которой, наступя на
первую неприятельскую колонну, опрокинул и, поражая ее,
расстроил 2 неприятельские гусарские эскадрона, выехавшие
на выручку, как и пехоту, из закрытия вышедшую.


.. .Войски вашего императорского величества маршировали
11 сентября из Белинсона чрез селения Осочно до Гиорнико,
a оттуда на Другой день до Байона. Неприятель, занимавший
гору называемую Сент-Готард и ее окрестности, был 13-го
числа атакован таким образом, что от Пиота войски наши
разделены были на три колонны. 1-я, или правая, была из
дивизии генерал-лейтенанта Повало-Швейковского. Авангард
князя Багратиона состоял из полков егерских его имени и
Миллера, баталионов: Ломоносова, Дендригина, Санаева и
Калемина.
... 13-го числа генерал-майор Багратион с его авангардом
пополудни в два часа достиг неприятеля при местечке Айро-
ло и, обозрев его позицию, ударил быстро в правой его
фланг гораздо сильнее. Тогда укрепленный неприятель, видя
его стремление, тотчас обратился в бегство, начав
ретироваться по большой дороге Сент-Готардской. В сие время
князь Багратион откомандировал немедленно вслед за ним
довольное число передовых стрелков егерей полка его имени
при поручике Лутовинове, дабы неприятель не сделал
нападения на левой фланг до прибытия первой дивизии, а сам
между тем с своим полком и гранадерскими баугалионами,
приняв вправо, пошел чрез каменистее горы, дабы по
переходе оных отрезать левой неприятельской фланг. Полк же
егерской Миллера 3-го откомандировал еще правее в часть
генерал-майора Барановского. Неприятель, ретируясь и ус-
мотря его предприятие, переменил тотчас свою позицию,
остановяся на большой дороге у горы Сент-Готарда; он
укрепил свой левой фланг и, засевши за камнями и в ущельях,
производил сильной ружейной огонь; но поручик Лутовино&
с передовыми стрелками его преследуя, несмотря на его
сильное сопротивление, ударил на него штыками, при коем
сражении тяжело ранен в ногу пулею навылет; но притом'
многое число французов положили на месте. Тогда, дабы
помянутые стрелки не оставались без начальника, принял тотчас
командование случившийся тут полковник г]раф Шувалов и
искусным распоряжением и храбростию побуждал егерей к
поражению неприятеля, причем и сам получив тяжелую рану
также в ногу пулею навылет. Напоследок принял команду
над помянутыми стрелками бывший при сем самом случае
подполковник граф Цукато, который, последуя примеру
первых, поражал жестоко французов. В то время подоспела и
первая дивизия под командою генерал-лейтенанта Швейков-
ского, и генерал-майор князь Горчаков вступил тут в дел:о
с неприятелем, занимавшим почти неприступную позицию;
начали передовые войски всех трех колонн производить свои
действия; он жестоко противился; колонны наши также
повели атаку, а Цоелику требовала того позиция неприятель-
ская, то разделилися они на половине горы, учинили iia йе*
приятеля *акое нападение, которое принудило его
ретироваться. От Вазена был послан генерал-майор Белецкий с полком
его имени для обсервации рассеянного и бегущего
неприятеля к Вализерланду, ретировавшегося даже до селения
Госпиталь, куда гнал его весь корпус. Ночью неприятель
покушался атаковать полк Ферстера, но был им прогнан,
потеряв 7 человек убитыми и одну пушку. От сего места полк
Тыртова отправлен был для наблюдения неприятеля к
Реалпу...
...16-го генерал-майор князь Багратион преследовал
неприятеля и, узнав, что впереди в селении Мутентале находился
французской пикет, тотчас отрядил войска Донского
полковника Сычева с казаками, приказав ему послать несколько
оных в правую сторону пеших, а в левую конных; сам же
между тем с частию егерей полка имени его спустимся с
горы прямо в средину и, приближась к неприятелю так, что
он за лесами' и скалами того не мог приметить, приказал
стремительно со всех сторон на него ударить, приведя тем
неприятеля в замешательство, который бросился было
бежать, но не обретая нигде спасения, присужден был
отдаться в руки' победителям со всем своим оружием. При! оном
им взято в плен 87 человек с офицером, поколоно до 50 и
ранено 7 человек...
... 19-го генерал-майор князь Багратион выступил из Му-
тент'аля с его авангардом пополуночи в 7 часов чрез горы
к местечку Гларису. Дойдя до деревни Кленталь, нашел он
там сражающегося с французами императоро-королевской
службы генерал-майора Ауфенберга. Князь Багратион
тотчас послал полк егерской Миллера 3-го и 100 пеших
казаков влево . iio дороге, дабы взять у неприятеля тыл,
поручив оных в команду случившемуся тут подполковнику графу
Цукато; два же баталиона гранадерских Ломоносова и Кале-
мина отрядил также влево от горы, а остальные два,бата-
лиюна Дендригина и Санаева построил прямо по дороге, сам
же он с полком егерским имени его пошел вправок


Неприятель, имевший тогда превосходнейшее число войск,
распределился на! четыре колонны, произведя наступательной
ружейной огонь. Он тогда выслал передовых стрелков егерей
и приказал начать перестрелку, сам подаваясь вперед, взял
гораздо у неприятеля правой его фланг, потом нимало не
мешкав, закричал ура, ударил штыками и в ту же минуту
опрокинул первые его две колонны, побил и поколол на
месте бойее 79 человек, в плен взял полкового командира, 3-х
офицеров и 162 человека рядовых, прочих обратил в, бегство
и гнал до самого озера Сейруте называемого, где по причи-
не узкого пути многие брооалися в воду, так что потонуло
более 200 французов. Невзирая на приближение! ночи),
преследовал он остальных, поражая беспрестанно по дороге
штыками, и гнал до тех пор, пока не прибыл генерал-майор
князь Горчаков1, с частью войск, , им командуемых, потом
принял он влево к горе, держась небольшого возвышения,
где в рассуждении ночи расположился лагерем вблизи от
неприятеля.
20-го поутру рано неприятель, как был встревожен
ружейными выстрелами посланных патрулей, то в ту ж минуту
ответствовал сильным ружейным же залпом, тогда авангард,
соединяся с первою дивизиею генерал-лейтенанта Швейков-
ского, вступил паки в дело. Неприятель, сколько не
противился, пользуясь неприступным местоположением и
присовокупленными к оному укреплениями, был опрокинут. При сем
сражении командовавший батаЛионом полку имени князя
Багратиона, майор BpiayepjT убит. Сражение сие продолжалося
до 10 часов пополудни и во время ночи генерал-майор князь
Багратион занял передовые пикеты и расположился
лагерем. ..
... 24-го весь корпус выступил из Нейталя чрез Глари!с к
Винтенбергу. Князь Багратион, с частию войск им
командуемых, составлял ариергард, которого оставшийся назади
неприятель вознамерился преследовать. Не доходя местечка
Швандена, он извещается в таком его замысле чрез
полковника Сычова и посылает немедленно один баталион егерей
полка его имени чрез реку влево занять возвышение, а
егерской полк Миллера 3-го под командою подполковника графа
Цукатю и другой баталион его полку оставил пред местечком
Шванденом, выстроя в линию 4 баталиона гранадерских.
Пройдя помянутое местечко, вскоре потом неприятель был
встречен. В 7 часов утра началось сражение и продолжалась
до 8-ми вечера. Неприятель имел тогда более 5 000
[человек] и сражался весьма упорно, но быстрым отражением был
опрокинут и прогнан до самого местечка Глариса,
поражаемый жестоко штыками. Его побито более 150, в плен взято
3 офицера и 35 рядовых. Напоследок князь Багратион, взял
путь к назначенному, лагерному месту, куда Неприятель
преследовать его более уже не осмелился; и так во все сие
время неприятельской урон простирается убитыми 510 человек,
ранеными и здоровыми в плен взято 367 человек...
i.. И так потеря неприятельская при Алдорфе и в два дни
tipn Мутентале простирается убитыми: 1 генерал да разных
чинов свыше'4 000. Пленено: генерал-майор Ле-.Кур,
полковников 3, штаб и обер-офицеров 37,-нижних чинов 2 778,
пушек отбито 10, один еданорог и. знамя...
... Представя вашему императорскому величеству
всеподданнейше все сии военные действия, на которых всех и
каждого, Ж|И,знь без изъятия подвергалася ежемгновенно
неизбежным опасностям, верноподданническим долгом поставляю
поручить в высокомонаршее вашего императорского
величества благоволение.... князя Багратиона, которой с авангардом
.быв во всех сражениях, как при овладении горою Сент-Го-
тард, так и в последствие оной к Гларису. Дознанная его
-храбрость многими опытами была и в оах делах
похвальнейшим примером...
... Всемилостивейший государь вашего императорского
величества всеподданнейший князь италийской граф Александр Суворов-Рымникский.


Ваше императорское высочество!
Слава! Слава! Слава! Победа; честь, ура. Не могу
изъяснить, сколь я обрадован прибытием вашим, пора обратить нам
оглобли, пора рубить лес, а то час от часу вырастать
станет; люди отдохнули, накормлены m напоены, ваше
высочество жаловатца не можете на меня, инспекция ваша под
начальством . моим оказала неслыханные подвиги. За то
всемилостивейший наш и беспримерный монарх ст!оль отлично
их наградил, как мы все единодушно заслужили. После сего;
тот должен быть изверг роду христианского, кто не пойдет'
один на шесть и на двенадцать французов. Авангард то
доказал, 5 000 стали пропив 30 000> сохранил армию, честь,
славу и священные знамена. Нет сил продолжать, слезами
обливаюсь. Продли бог долгие веки государя сего. Я знаю, что
и вы желаете, бросьте иноверцов, держитесь только
подданных. Мы имеем веру, присягу и любовь государю и всему
дому вашему. Да будет свято и ненарушимо. Я переменил
полки для того, что истинно устали и много потеряли.
Гусары Павлоградские у меня и останутся навсегда, они1
молодцы. Грешно будет и на меня жаловатца.
Припадая к ногам вашим, верьте; что я тот же самый
солдат, который любит сдержать присягу ненарушимо.
Кн[язь] Багратион,


Я уже имел щастие донести вашему императорскому
величеству, ' что австрийской генерал-майор Ностиц, обманут[ый]
уверениями французского генерала, командовавшего в Шен-
грабене, якобы заключен мир между австрийским двором и
французским правительством, отказался вступить в дело про-
тиву неприятеля и тем подал ему средство напасть на
генерал-майора князя Багратиона внезапным почти образом и
окружил его так, что истребление корпуса, командуемого сим
генералом, было неминуемо, как равно разбитие и самой
армий, потому что близость расстояния, где оная была
расположена, от аван-постов отымала средство к скорой ретираде,
а и!знуреше, в коем находятся солдаты от форсированных
маршей и стоя беспрерывно уже на биваке, соделывало их
неспособными устоять долее в сражении. ЩасТие,
способствующее всегда оружию вашего величества, представило и
те средства, через которые, можно сказать, что спасена
армия, которая была мне высочайше вварена. ,Во время
перестрелки генерал Мюрат прислал трубача предложить
перемирие, князь Багратион немедленно о том мне! донес, а я
поспешил отправить к генералу Мюрату генерал-адъютанта
барона Винценгероде с тем, чтоб вступил в переговор и1 буде
выгодно предложат условие, то. и заключить перемирие;
намерение же мое было паче всего, чтоб выиграть время к сни-
скайи'ю средства для спасения армии и успеть отойтить от
неприятеля; генерал-адъютант барон Винценгероде подписал
действительно акт перемирия, при сем в копии
всеподданнейше подносимый, который генерал Мюрат признал
необходимым послать к Бонапарте для ратификации, вследствие чего
и ко мне был прислав тако!вюй же для того же самого
предмета; я удержался ответом более 20 часов, не думая ни
мало оной принять, а между тем продолжал ретираду армии! to
успел отойтить от французской два марша. Хотя я и видел
неминуемую гибель, которой подвергался корпус князя
Багратиона, не менее того я должен был щитать себя щастли-
вым crtacTH пожертвованием оного армию, но ко всеобщей
радости вчерась по-утру генерал-майор князь Багратион
прислал мне сказать, что неприятель, не получая от меня
никакого отзыва относительно до перемирия, объявил, что на
оное уже не соглашается и даже в четырехчасном сроке,
которой был постановлен к ретираде князю Багратиону,
естли перемирие не будет ратификовано, отказал, начав
немедленно атаку и открыв огонь из батарей, для того
устроенных. Храбрый генерал-майор князь Багратион ни мало не
теряясь, произвел с своей стороны канонаду и^ бросив
несколько бомб в неприятеля, успел зажечь деревню, в которой был
расположен корпус, назначенный-для атаки князя Багратиона
с флангу; увеличившийся пожар понудил неприятеля выйтить



из сей деревни и спасать свои пороховые ящики, проходя
вдали позади оной, что и дало время князю Багратиону
выиграть часа два к ретираде; со всем тем неприятель
достигал его и теснил крепко, отрезывая часто, часть его корпуса,
но всегда надежда его оставалась тщетною, ибо солдаты
пробивались повсюду на штыках, коими опрокинули неоднократно
и самую кавалерию неприятельскую. Таковым образом князь
Багратион с корпусом, из 6 тысяч человек состоящим,
свершил свою ретираду, сражаясь с неприятелем, состоявшим из
30 тысяч человек под командою разных
генералов-фельдмаршалов, и сего числа присоединился к армии, приведя с
собою пленных одного подполковника, двух офицеров,
пятьдесят рядовых и одно знамя французское. Потеря неприятеля
чрезвычайно велика, что подтверждают даже самые пленные,
между прочим убит генерал, но поныне имя его неизвестно.
Донеся о сем происшествии, увенчавшем славой российских
воинов, я осмелюсь непромедли^ельно ходатайствовать о
всемилостивейшем награждении генерал-майора князя
Багратиона, отличавшегося на каждом шагу при ретираде на 50 миль 1
и заслужившем не один раз монаршую милость вашего
величества. Равномерно донесу тогда и о протчих с описанием
подвигов каждого и со всеподданнейшим изложением


мнения моего какое кто заслуживает награждение, а между тем
неблагоугодно ли вашему величеству повелеть доставить ко
мне 300 знаков отличия ордена св. Анны для раздачи унтер-
офицерам й рядовым, кои особенно будут рекомендованы;
кому же токовые знаки даны будут, не упущу донесть
вашему императорскому величеству, доставив и' в орденской
капитул именный им список. Получив и теперь рапорт, с
каким усилием стремится везде неприятель на наши аван-посты
и как удачно удерживает его генерал-майор князь
Багратион, я не могу откладывать далее всеподданнейшее мое
представление о сем отличном помощнике моем; генерал-майор
князь Багратион, по мнению моему, заслуживает за разные
дела, в коих он действовал, чин генерал-лейтенанта, а за
последнее при деревне Шенграбене неоспоримое кажется имеет
право на военной орден св. Георгия 2-го класса; поелику же
генерал-майор Милорадович старее его и хотя не имел
случая так отличиться, как князь Багратион в последнем деле,
со всем тем, во время сражения в Кремсе он выдержал весь
огонь неприятельской с утра до самого вечера и не токмо
не уступил свое место, но часто опрокидывал неприятеля на
штыках и тем дал время зайтить нашим ему с тыла и решить
победу, то не благоугодно ли будет и' сего храброго
генерал-майора пожаловать в генерал-лейтенанты.
Генерал от инфантерии Голенищев-Кутузов.


16 [28] февраля. Генерал-лейтенант князь Багратион
донес, что генерал-майор Миллер 2-й, командующий 1-м
отделением 21-й дивизий, вследствие отданного ему приказания,
выступил 14 числа из деревни Арцио к деревне Ориматило
и, сближась к оной, атаковал находившегося там в четырех
баталионах и одном эскадроне неприятеля, который при
всем быстром на него нападении, упорно держался и
производил из окон занятых им домов и других строений
сильную перестрелку до самого рассвета. Такое сопротивление,
при сильном холоде, тогда бывшем, произвело ожесточение
в наших солдатах, и они, ворвавшись в селение, в самых
избах поражали штыками неприятеля, чем, как и действием
нашей артиллерии, принудили его наконец поспешно
отретироваться по Тавастгустекой дороге, по которой посланный
генерал-майором Миллером отряд гусар и казаков до пяти
верст его преследовал. При сем деле убито: 26-го Егерского
полка порутчик Дебоуер, рядовых пять, ранено: унтер-
офицеров 2, егерей 25 человек и 7 из них весьма тяжело;
без вести пропало б и сверх того ранена одна гусарская
лошадь. Неприятель же потерял убитыми на месте сражения
60 человек и тяжело раненых 4. Прочие раненые, которых по
объявлению жителей было более пятидесяти, увезены. Взято
в плен: барабанщик 1 и рядовой 1. По вступлении в Ори-
матило найдено оставленной неприятелем в амбаре при
засеках муки и ржи до 50 четвертей, которые упомянутый
генерал-майор, не имевши возможности забрать, принужден
был оставить в той же деревне, приказав пастору иметь за
сим присмотр.
18 февраля [1 марта]. Получено донесение от генерал-
лейтенанта князя Багратиона, что 17 февраля генерал-майор
Миллер со вверенным ему 1-м отделением 21-й дивизии,
выступя и-* занимаемой им позиции в деревне Корпикюля,
шел к деревне Окерайс. Неприятель в превосходном числе
занимал выгодное положение сей деревни, рассеянной на
3-х верстах. По приближении нашего авангарда под
командою полковника Эриксона, с обоих сторон открыт был
жестокой огонь. Генерал-майор Миллер подошел наконец
с остальною пехотою и, подкрепя авангард, очистил две
части деревни штыками, сражение продолжалось с 4 часов
пополудни до 12 часов ночи. Неприятель наконец держался
упорно в 2-х мызах, но из оных был прогнан. В то же
время подполковник Кульнев, командированный с отрядом
к деревне Лахтис, вытеснил также неприятеля, которой и
потянулся к деревне Кангайтака; потеря шведов состоит в
58 человеках убитыми и до 40 раненых, кои по показанию
жителей увезены' неприятелем.
24 февраля [7 марта]. Поутру сего числа от командира
21-й дивизии получено донесение, что отправленной для
разведывания о неприятеле сильной отряд кавалерии от 2-го
отделения сей дивизии, под командою генерал-майора Янко-
вича, сделав маршу до 50 верст, в 11 часов вечера
приблизился к Тавастгусту. Неприятельские аванпосты, заметя
приближение наших войск, оставили город, который тотчас был
оными занят, а с сим вместе и небольшая крепость Таваст-
густская, представляющая род замка с бойницами и
башнями, прикрытая гласисом и другими фортификационными
укреплениями. В крепости найдено 18 чугунных пушек,
3 мортиры, а в магазейнах муки до 1 250 пуд., ячменю до
200 бочек, говядины более 500 пуд., хлебов печеных 1 000,
патронов оружейных до 500, разного железа 200 пудов и
других принадлежностей, относящихся до продовольствия; и
снарядов, в военных гошпиталях до 200 человек.
27 февраля [10 марта]. Вследствие полученных известий,
что неприятель со всевозможною скоростию готовится оотаг
вить город Таммерфорс, предписано генерал-лейтенанту князю
Багратиону послать казаков от авангарда, подкрепленных
гусарами и вслед за ними полк егерей, облегча оных, дабы
беспрерывно занимая и тесня неприятельской арриергард,
принудить шведов наискорее ретироваться от Таммерфорса,
в котором, по слухам, находятся достаточные магазейны.
28 февраля [11 марта]. 21 дивизии 1 отделение
расположилось в деревне Ильмол. 2 Отделение в Сакемяки имело
растах. Во исполнение предписания еще вчерашнего вечера
генерал-майор Янкович командирован был со всею кавале-
риею 2 отделения к городу Таммерфорсу, а вслед за ним
послан на подкрепление форсированным маршем 2
Егерской полк.
3 Отделение сей дивизии остановилось в Риэикола.
Генерал-майор Муханов рапортует, что 29 числа пополудни в 10
и 11 часов с батарей наших противу Швартхолмской
крепости, было произведено 54 выстрела, а неприятель со своей
стороны сделал до 200, но никакого вреда нам не причинил,
кроме [того, что] убит один фейерверкер и запасного
лафета разбиты были оба колеса.
Основываясь на полученных известиях, что неприятель
собирает снова силы свои к Биерпаборгу, предписано князю
Багратиону, чтобы он для занятия Або©а послал только
отряд, а с прочими войсками поспешил так же к Биернаборгу
и всевозможно старался, пользуясь расстройством
неприятеля, беспрерывно его тревожить и теснить легкими
летучими, отрядами и обходить с тылу, дабы чрез то заставить
предпринять, что-либо решительное.
29 февраля [12 марта]. Поутру получено донесение, что
генерал-майор Янкович с кавалериею занял город
Таммерфорс. В 5 часов утра в мызе Хатампе был открыт баталион
Абовского полка, который поспешно отступал по дороге
к Биернаборгу. Казаки его преследовали, неприятель,
отстреливаясь беспрестанно, обеспечивал сам свое
отступление, почему и отбито только несколько повозок с фуражем.
Между тем из Таммерфорса вышло до двух эскадронов
кавалерии и довольное число пехоты, последняя построилась на
высотах, кавалерия же покушалась чрез мызу Хатампе
впасть во фланг, но быв встречена на озере нашими
гусарами и казаками, в беспорядке отступила к городу, причем
неприятель потерял до 60 человек убитыми, в плен взято
один майор, один порутчик и несколько рядовых. После
сего шведы заняли вход в самой город егерями, почему
генерал-майор Янкович, к которому 2 егерской полк не успел
еще прибыть, не мог с одною кавалериею ворваться в оной,
а посылая в стороны партии, беспрерывно угрожал обходом
и сим способом заставил неприятеля оставить Таммерфорс,
которой тотчас и был занят нашими войсками. Неприятель
ретировался по двум дорогам, по которым вслед отправлены
были разъезды. Они еще имели перестрелку, на которой
убито с противной стороны человек до 12.
3[15 марта]. Генерал-лейтенант князь Багратион
уведомляет, что неприятель отовсюду отступая, собирается в
окрестностях Биернаборга. Чтобы не дшъ ему в сем месте
усилиться, — он принужденным нашелся ускорить марши.
Белозерский полк сего числа вступил в город Гельзинг-
форс, куда прибыла также и часть осадной артиллерии.
6 [18] марта. Часть 21 дивизии простирающаяся на Биер-
наборг по полученным донесениям от генерал-лейтенанта
Багратиона имела следующие движения:
4 [16] марта. Часть 1-го отделения остановилась в кирке
Кейкио. 2-е Отделение около кирки Кумо. Часть 3-го
отделения в деревнях Яриля и Акуля. Сия последняя на пути
своем по лесной дороге от кирки Хвитиса до деревни Ёли-
старо, нашла сделанные неприятелем во многих местах и
в самом селении засеки.
При усилии егерей 25-го полка засеки сии были
разбросаны, чрез что открыт был пугь как для артиллерии, так и
для всего 2-го отделения. Кавалерия всех трех отделений
под командою генерал-майора Яиковича, обошед засеки
стороною по непроходимым местам, расположилась пред
киркою Харевалда.
Разъезды наши во всех пунктах сблизились с
неприятелем, они открыли оного наиболее по правой стороне реки
Кумо в 7 верстах от мызы Акола.
5 [17] марта. Часть 3-го и 2-го отделения сей дивизии имели
затруднительнейший переход проселочными тропинами, ибо


неприятель, отступая в ночи на 5-е число до большой дороге
еожег многие мосты.
Несмотря на затруднения, полагаемые природою,
кавалерия наша в 11 часов пополудни при деревне Хайстила по
левую сторону реки Кумо настигла передовой отряд
неприятеля, большая часть которого стояла у мызы сего же имяни,
находящейся на правом берегу сей реки.
Стрелки, засевшие в строении, остановили наступление на-
ступавшей кавалерии, почему генерал-лейтенант Багратион с
Егерским полком ускорил к подкреплению оной. Пушки
чрез глубокой и крутой ров егерями были перетащены на
себе и вся часть 3-го отделения в два часа приблизилась
к д. Хайстила, которая действием артиллерии тотчас была
очищена. В то же время, когда сие происходило на левом
берегу, к мызе Хайстила, лежащей на правом берегу,
командированы были 3 роты 25 Егерского полка под начальством
подполковника Чистякова. Высланные стрелки под командою
штабс-капитана Парфентьева и подпорутчика Эсмонта
кинулись к мызе и по сильной и продолжительной перестрелке
прогнали неприятеля, которой с обоих пунктов поспешно
отступил к главным своим колоннам, состоящим из 3 000
человек под командою генерала Клинспора и
генерал-адъютанта Левенгельма и расположенным в крепкой позиции по
другую сторону мызы.
Между тем пока сближались все наши силы для
решительной атаки, на противуположном берегу устроена была
генерал-лейтенантом Багратионом батарея, огонь которой
понудил неприятеля к отступлению.
При сем отступлении неприятель упорно держался во всех
тех местах, которые по выгодному своему положению
давали ему способ к ооороне, очищая дефилей из 4 орудий, но
препятствии сии были всякой раз уничтожаемы чрез
обходы.
Уже глубокая ночь остановила наше преследование,
почему главной корпус шведов занял позицию у кирки
Улфсби; отряд следующий по левой стороне реки Кумо,
прошел за деревню Фирсо и в ночи соединился чрез реку
с прочими своими войсками.
Войска наши заняли селении, бывшие пред оим в руках
у неприятеля, а именно, кавалерия, разделенная на две
части, расположилась: одна ее часть с 25 Егерским полком
по правую сторону реки в деревне Раквалбю,. а другая часть
в деревне Фрисби. 3 роты 2 Егерского полка в мызе
Хайстила, а баталион оного полка в деревне Руекила, Невской
мушкетерской полк около кирки Наккила, часть 1-го
отделения в окрестности кирки Кумо.
Быстрой переход сей дивизии от Тавастгуста к стороне
Таммерфорса и Биериаборга, составляющей в 8 дней более
200 верст, и удачное движение, ? деланное, при 'наступлении и
преследовании неприятеля по обеим сторонам реки Кума,
поставило шведов в невозможности держаться у города
Биернаборга, а потому, оставя оный в ночи на сие 6 число,
весь корпус неприятеля потянулся по дороге к Вазе.
У неприятели oo вчерашнем Деле убитых ий ранены:
1 артиллерийской офицера рядовых до 119. В плен взято
как в самом, так и при занятии города, а равно и
найденных в гошпитале штаб-офицер 1, обер-офицеров 6, нижних
чинов 35. Все состоящее в магазейнах и цейхгаузах в сем
городе было частично истреблено и частою вывезено,
исключая того, что в первых найдено до 200 пудов ржаной муки
и несколько сот печеных хлебов.
С нашей стороны ранено: Гродненского гусарского полка
майор Видингер конгузиею, гусар 1, егерей тяжело 1, легко
4, убито лошадей 4, ранено лошадей 7.
Отдавая справедливость хорошему распоряжению
генерала-лейтенанта князя Багратиона, обязанностию своею
ставлю также представить на всевысочайшее
благоусмотрение вашего величества неутомимость и мужество войск, с
которою они, презирая труды беспрерывных маршей, не
охладели в ревлости своей и несмотря на препятствии,
полагаемые зимним временем, с решителыюстию несли смерть
неприятелю. Всех войск в сем деле действительно налицо
находилось под командою генерал-майора Янковича штаб-
офицеров 7, обер-офицеров 39, нижних чинов 1 188. О штаб
и обер-офицерах, отличившихся своими дивизиями, донесу
вашему императорскому величеству впоследствии.
По занятии Биернаборга генерал-лейтенант Багратион во
исполнение данных ему предписаний сделал следующее рас*
поряжение.
Генерал-майор Раевский, с сильным деташементом, состоя»
щим из 5-ти рог Великолуцкого мушкетерского полка, одним
баталионом 26 Егерского с 5 орудиями и с
присоединившимися от 2-го отделения 3-мя ротами 2-го Егерского полка,
1-м эскадроиом гусар и 40 казаками будет преследовать
неприятеля по дороге к Вазе на Христинестад в таком
расположении, дабы соображаясь с движением отряда
подполковника Кульнева, идущего также к Христинестаду от
стороны Таммерфорса, успеть поставить неприятеля между
двумя огнями. А погом подполковник Кульнев будет
простираться далее к подкреплению 5 дивизии, а отряд генерал-
майора Раевского до окончанного занятия Вазы предоста-
нется в Христинестаде.
Небольшая часть 2-го отделения сей дивизии останется
в Биернаборге, другая ее часть расположится о Раумо и
Нистате, а прочие войска приблизятся к Абову.


В самой тот день, то есть 6 марта, когда крепость Шварт-
гольм покорилась повелениям вашего величества, храбрые
войска, состоящие под командою генерал-лейтенанта князя
Багратиона, открыли себе вход оружием в город Биерна-
борг. Напрасно неприятель собирал во оном большую часть
сил своих и готовился положить преграду нашим успехам,
генерал-лейтенант Багратион, во исполнение данной
диспозиции, предупредил его намерение и после упорного
сопротивления принудил оставить город, найдя в нем достаточные
магазейны. Неприятель пошел после сего по дороге к Вазе,
оставя нас обладателями всей Абовской провинции. Он
беспрерывно преследуется легкими деташаментами. Подробное
донесение о сем происшествии всеподданнейше представлю
вашему императорскому величеству тотчас по доставлении
ко мне полных сведений.
Генерал Буксгевден.


При сем вашему высокопревосходительству представить
честь имею в оригинале рапорт2 Гродненского гусарского
полка майора Лидерса, из которого усмотрите, что
неприятель на большом Аланде весьма силен и что действительно
сожжены шведами деревни Юрмо, Афа, Биоргольма, Баг-
гольма, Бренде и Коспенпя, что обыватели имеют повеление
от короля разобрать домы с островов Биорко, Лаппо, Торс-
гольм и Фиске. Дабы предупредить оное, я предписал
майору Лидерсу, коль скоро придут к нему еще сотня
казаков полка Лощилина, то чтобы он старался переловить оных
мужиков и, облаская их, держать при себе, дабы они могли
ему служить проводниками, а которой из них будет иметь
подробные сведения о неприятеле с большого Аланда, того
прислать ко мне и стараться иметь достоверные сведения
с острова Кумлинге.
Полковник Паттон в рапорте своем от 4-го января донес
мне, что обыватели Паргаского киргшпиля приведены им
к присяге, кроме тех, которые находятся с транспортами,
при сем же рапортует, что он заболел. Я предписал ему
сдать команду лейб-уральской сотни майору Трофимову,
которому и приказал следовать далее и привести к присяге
обывателей киргшпилей Нагу, Корпо и Носби, но с тем, что
если они не захотят присягать, то их к тому не принуждать,
а по мере как войска будут умножаться, то они сами
захотят присягнуть. Генерал-лейтенант кн[язь] Багратион.


20 марта [1 апреля] 1809 года. г. АБО.
Генерал-лейтенанты князь Багратион и Барклай де Толли1
за оказанные отличия во всю нынешнюю кампанию
производятся в генерал от инфантерии.



6[18] апреля 1809 года. гор. АБО.
Вашему высокопревосходительству угодно было поручить
мне начальство над корпусом войск, предназначенным для
покорения островов Аландских. Исполнив возложенное на
меня поручение, имею честь представить при сем вашему
высокопревосходительству подробное об оном донесение.
До начатия действий на Аланде я почитал нужным узнать
о силе неприятельской, на оном находившейся, о ее
расположении и намереньях; почему разделил авангард
вверенного мне Абовского корпуса, состоящий-из 1-го, 2-го, 30-го
и 31-го Егерских полков, 4-х эскадронов Гродненского
гусарского полка, лейб-Уральской сотни, 3-х сотен казачьего
подполковника Лощилина и 2-х сотен полка полковника
Исаева, на два крыла или колонны, вверил начальство над
правою, занимавшею острова: Биорко, Лаппо, Астергольм,
Терсгольм, Вартсала, Сундсала и Тефсала генерал-майору
Шепелеву; левая, располагавшаяся на островах Незбиского
киршпиля и на таковых же: Корпо, Нагу, С-т Терфен и
Олен состояла под командою генерал-майора Кульнева,
которым дал я нужные наставления на случай движений
неприятеля, находившегося на ближайших противуположенных
островах Аланда. Вследствие чего, генерал-майор Шепелев
объезжал расположение вверенной ему колонны и, не
имея никакого верного известия о положении
неприятельском, который, забрав с острова Кумлинге всех жителей и
имущество их, сжег до основания все на нем бывшее
селение, предписал войска донского подполковнику Лощилину,


выбрав из полка его опытнейшего офицера и урядников
с 60-ю доброконными казаками, послать на остров Сатунга
и, остановясь там, разведать о неприятеле. Предписание
генерал-майора Шепелева в точности было исполнено: есаул
Данилов, командуя сим отрядом, прибыв в Сатунга с
рассветом 22-го числа отправился к острову Бене, не доходя
которого послан был урядник Исаев для открытия
неприятеля с частию казаков, под командою сотника Солдатова
находившихся. Неприятельский бекет из пехоты и
кавалерии состоящий при 2-х трех фунтовых орудиях, был открыт
на помянутом острове: сотник Солдатов и урядник Исаев
d неустрашимостию кинулись на бекет тот и, расстроив его
совершенно, отбили одно орудие. Между тем и есаул
Данилов с остальною частию подоспел и с храбростию поражая
неприятеля несА\ютря на сильное со стороны его упорство,
окружил часть оного и взял 1-го унтер-офицера и 13
рядовых, отбив притом и другое орудие. Неприятель сверх сего
потерял до 20-ти человек убитымр на месте и до 18-ти
раненых, которые по показанию пленных с остальною частию
разбитого бекета поспешно на подводах отвезены во
внутренность большого Аланда. С нашей стороны ранен урядник
Исаев, под которым убита и лошадь, сверх сего казачьих
лошадей убито 5, тяжело ранено 8. Есаул Данилов, отдавая
должную справедливость всем подчиненным, в том деле
находившимся, особенно представляет о сотнике Солдатове и
уряднике Исаеве, храбростию и усердием своим много
способствовавших к одержанию над неприятелем победы, кото*
рая была так сказать добрым предвозвестием скорого
покорения и всех островов Аландских. После сего, до начатия
общих движений целого корпуса, никаких неприятельских
действий не было. Между тем полки шли к местам их
назначения и располагались в окрестностях Або и Ништата.
Февраля 26-го я имел честь получить от вашего
высокопревосходительства диспозицию предполагаемым на Аланде
действиям, и того же числа весь корпус двинулся на остров
Кумлинге, где я назначил ему сборное место. Отряды
генерал-майоров Шепелева и Кульнева находились там марта
1-го; все же войски собрались туда 2-го того ж месяца и
расположены были на биваках. Согласно диспозиции я
разделил корпус мой на пять колонн и два резерва, которым
особенное росписание при сем представить честь имею. Две
первые колонны состояли под командою генерал-майора
Кнорринга, который находился со 2-ю колонною; 1-ю
командовал генерал-майор Тучков 3-й, авангардом коей шеф 31-го
Егерского полка полковник Вейдемейер; авангард 2-й
колонны состоял под командою генерал-майора Книппера;
начальство же над сими авангардами поручено было генерал-
майору Шепелеву. 3-ю колонною командовал генерал-майор
Сазонов, авангардом ее шеф 1-го Егерского полка
полковник барон Розен; 4-я состояла под командою генерал-
майора Демидова, авангард коей под командою генерал-
майора Чоглокова; 5-я вверена была начальству генерал-
майора графа Строганова, авангард ее был под начальством
генерал-майора Кульнева, командовавшего и всею кавале-
риею последних 3-х колонн. Резервом 1-й и 2-й колонны
командовал генерал-майор Вельяминов, таковым же 3-й, 4-й
и 5-й колонны — генерал-майор Алексеев; вся артиллерия
была под начальством генерал-майора Аракчеева. Между
тем, генерал-майор Шепелев, для узнания дорог я
местоположения, равно для получения некоторых сведений о
неприятеле, в ночи на 2-е число послал инженер-подпоручика
Окунева с партиею казаков под командою есаула Попова
13-го при сотнике Солдатове на остров Ворде, на котором
партия та, нашед неприятельской бекет в деревне Лефе,
бейла ойьш; взяв в плен 1-го унтер-офицера и 15 рядовых,
с нашей стороны убито казачьих лошадей 4, тяжело ранено 2.
Генерал-майор Шепелев успех дела сего относит
усердию и знанию ремесла своего подпоручика Окунева,
которыми он споспешествовал есаулу Попову 13-му и сотнику
Солдатову с храбростию ударившим на неприятеля,
разделяя притом с ними все опасности. 3-го марта начались
действия: вагенбург под командою 1-го Егерского полка
майора Яниша, исправлявшего должность корпусного гене-
рал-гевальдигера, оставался на острове Кумлинге. При
начале следования корпуса явцлся парламентер от
командующего генерала шведскими войсками на Аланде, которого
я имел честь тогда же представить вашему
высокопревосходительству. Между тем, колонны, по предписанию моему, не
останавливаясь нимало, в должном порядке и устройстве
двигались на противулежащие острова. Того числа весь
корпус располагался на назначенных по диспозиции пунктах,
именно: 1-я и 2-я колонна на острове Ворде, 3-я на острове
Эвере, 4-я на острове Ульверсе, 5-я на острове Лудде;
кроме сей последней, ни одна из колонн в следовании своем
неприятеля не встретила. Генерал-майор граф Строганов,
узнав, что неприятельский сильный пост занимал остров
Бене, приказал послать от авангарда в ночи на 3-е число
полковника Исаева со всеми казаками на остров Сатунга,
откуда с рассветом 3-го числа учинить на Бене нападение.
Полковник Исаев с мужеством атаковал неприятеля и сбив
его, взял в плен лейб-гвардии драгунского полка
унтер-офицера 1-го, 15-ть рядовых и 3-х человек милиции, ранил
одного офицера и до 20-ти человек рядовых убил на месте;
с нашей стороны убит казак 1, ранен 1 и несколько казачьих
лошадей. Неприятель подкрепил разбитый пост свой, после
чего полковник Исаев оставил остров Бене и, расположился
в Сатунга. 3-го числа пополудни в 5 часов авангард нашел
еще неприятеля на острове Бене, с которым более двух
часов гусары и казаки имели уже перестрелку. Генерал-майор
граф Строганов, усилив авангард ротами Белозерского
мушкетерского полка, приказал сбить неприятеля: вся
кавалерия с ротою гвардии Егерского баталиона и таковою же
от Белозерского полка пошла в обход острова, остальная
часть авангарда атаковала в центре. Неприятель, не выждав
на себя нападения, поспешно отступил на подводах;
кавалерия его преследовала до лесной дефшеи, где была
остановлена сильным ружейным огнем до приближения пехоты на«
шей, после чего неприятель снова отступал поспешно.
4-го числа согласно диспозиции 1-я и 2-я колонна оста-
вались на прежнем их расположении; 3-я в 12-ть часов
полдня пришла на остров Клеметсби, куда также командующий
корпусом шведских войск генерал Диобельн прибыл для
переговоров; 4-я в деревню Свине, авангард которой нашел
в мызе Скагторп оставленную неприятелем канонерскую
лодку с 1-м фалконетом, 3 лежащие большие пушки и
1 фалконет и строющиеся канонерские лодки. 5-я колонна
встретила неприятеля: казаки от авангарда открыли часть
оного, засевшего за батареею при деревне Гаднес, после
небольшой перестрелки с кавалериею, при приближении
пехоты неприятель побежал, оставя нам в добычу два 24-х
футовых орудия, одну канонерскую лодку с 6-ю фалконе-
тами, 6 транспортных судов и три 24-х фунтовые орудия, на
берегу лежавшие. Авангард, продолжая путь свой, настиг
вторично неприятеля у кирки Лемлаид, который также
отступал при появлении нашей пехоты; колонна пришла в
помянутую кирку чрез деревню Гранбода, где неприятелем
покинута была батарея, из 2-х орудий большого калибра
состоявшая. Между тем, видя, что переговоры генерала
Диобельна имели единственною целью задержать наши
движения, дабы выиграть тем время для отступления его
корпуса, которое начал он после возвращения первого
парламентера с острова Кумлинге; уверившись в решительных
предприятиях наших на острова Аланда, я ускорил ход
вверенного мне корпуса, в должное исполнение сделанной
вами необходимо нужной перемены в полученной мною от
вашего высокопревосходительства диспозиции: 1-ю и
2-ю колонну соединя (вместе послал в деревню Финбм,
4-я перешла в Гранбода, колонну же генерал-майора графа
Строганова, усиля эскадроном гусар и Перновским
мушкетерским полком, назначил для отрезания быстро
отступающего неприятеля у последней оконечности большого Аланда.
При сих и последующих движениях войски его
императорского йеличества ознаменовали себя неограниченною рев-
ностию и" явили пример неутомимости; делая переходы
денно и ночно Для достижения - бегущего их неприятеля,
превозмогали все затруднения и препятствия, на пути им
встречавшиеся. Тщетно полагал неприятель остановить
быстрое преследование их многими и большими засеками,
в густоте лесов поделанными; они или обошли их, или
разметали и, переходя ледяные необозримые пространства, цре-
одолели все препоны, самою натурою постайленные.
Храбрость и мужественное их наступление повсюду приводили
неприятеля в трепет. При точном и решительном исполнении
предписаний моих господа колоножные начальники благо-
разумными распоряжениями частей им вверенных вскоре
опрове1ргли все протшу нас ополчения и отняли у
неприятеля все средства к исполнению каких-либо его намерений.
Лазареты с больными, магазейны, арсеналы достались в
добычу победителям, которые неприятель не успел не только
увести с собою, ниже истребить по сильному нашему
натиску. Генерал-майор Шепелев с авангардами от первых
двух колонн 4-го числа продолжал путь свой, нашел у Бо-
марзунда оставленную неприятелем батарею, состоящею из


2-х 24-х фунтовых орудий и того же дня в И часов вечера
находился уже в Кастельгольме. Узнав чрез посланные
партии, которыми взято несколько человек пленных, что
неприятель занимает укрепленную позицию у Годби, где находился
главный его запасный магазейн, прикрывая отступление
колонн своих от кирки Юмала и прочих мест, по большой
дороге идущих, с рассветом 5-го числа пошел атаковать его:
полки 2 и 31 егерские, посланные в обход по непроходимым
дорогам чрез лес и горы, показались на высотах во
флангах неприятельского расположения, кавалерия с легкими
орудиями, а за нею в недальном расстоянии шла и вся
колонна, угрожала неприятелю в центре, который приведен
будучи сими движениями в замешательство и, боясь быть
отрезанным, поспешно начал отступать, оставя на батарее
4 большого калибра орудия, множество снарядов, патронов,
разного обоза, не успев даже истребить магазейнов своих
с разною аммунициею и съестными запасами. Генерал-майор
Шепелев, пользуясь расстройством неприятеля, немедленно
приказал всей кавалерии стремительно на него ударить,
причем взято в плен до 50-ти человек; с нашей стороны ранены
2 казака, 1 гусар, убито казачьих лошадей 4, ранено 6,
гусарских 3. Генерал-майор Шепелев, несмотря на усталость
кавалерии нашей, несмотря на то, что весь авангард
утомлен был труднейшим переходом, почти без роздыха от
острова Ворде сделанным, не переставал гнать неприятеля по
большой Штокгольмской дороге поспешно отступавшего,
причем взято в перестрелках до 60-ти человек рядовых
в плен. С нашей стороны убито казачьих 5 и ранено 4
лошади. Авангард сделал привал, пройдя деревню Незби; но,
будучи извещен партиями, что неприятель снова остановился
на укрепленной позиции пред деревнею Фреббенби, пошел
на оную: генерал-майор Шепелев, по распоряжению
генерал-майора Кнорринга, командировал 31 егерской полк чрез
деревню Каттби пробираться к проливу, дабы взять
неприятеля с тылу, с кавалериею же и 2-м Егерским полком
подвигался вперед. Не доходя до неприятельской позиции, послал
баталион полка того чрез лес влево для занятая высоты, во
фланге оной находившейся; неприятель, вероятно
извещенный о движении егерей наших на тыл его и видя себя
обходимым справа, начал отступать в замешательстве, тогда
подполковник Лощилин ударил на него с казаками и
эскадроном гусар, под командою ротмистра Гротуса состоящим.
При сей остановке неприятеля у деревни Фреббенби имел
он единственное намерение истребить свои магазейны;
сильным же натиском кавалерии нашей не только до того не
допущен, но, быв опрокинут, побежал в беспорядке:
казаки и гусары, сидя на плечах у неприятеля,
неоднократными атаками рассея заднюю колонну его по заливу,
вырвали одно знамя Зюдерманланского полка, взяв
4-х офицеров и до 350-ти человек рядовых в плен; сверх
сего получено в добычу на батареи 4 орудия большого
калибра и несколько фалконетов, 5 магазейнов с несколькими
тысячами ружей, артиллерийских снарядов, ружейных
патронов, прочих аммуничных вещей с частию обоза. При сем
деле с нашей стороны легко ранено 2 казака и 3 гусара;
убито гусарских 4, ранено 3 казачьих и убито 5 лошадей.
По чрезвычайной усталости целого авангарда генерал-майор
Шепелев не мог более употребить его для дальнейшего
преследования неприятеля; отобрав же партию лучших казаков
под командою сотника Солдатова, послал тревожить его и
принуждать останавливаться, дабы дать время кавалерии
нашей, по Ботническому заливу вокруг Аланда идущей,
успеть его отрезать. Для выиграния же большего времени
послал парламентерами Гродненского гусарского полка
штабс-ротмистра Назимова и инженер-подпоручика Окунева
для начатия переговоров; последствие показало, что сие
было причиною, что баталион неприятельской,
задерживаемый таким образом, не успел избежать от кавалерии левого
нашего фланга. При сем преследовании захвачено сотником
Солдатовым до 50-ти человек в плен; с нашей стороны
ранен казак 1, убито казачьих лошадей 3. По прибытии
колонны генерал-майора графа Строганова в Экеро, авангард
правого крыла располагался: кавалерия и баталион 2-го
Егерского полка заняли нужные посты у Фреббенби, другой
же баталион полка того с артиллериею в деревне Коттби,
31-й Егерской полк по удобности в Бода и Диезнабеле.
6-го числа вся кавалерия была отправлена от 1-х двух
колонн в команду генерал-майора Кульнева. Сим кончились
движения и действия их. 5-го числа 3-я колонна, пройдя
пролив Лумпарен, располагалась в окрестностях кирки
Омалз в деревнях: Варезунда, Ингби, Юмалаби, Норзунда,
резерв в Эверби, которые неприятель 4-го еще числа
оставил. Видя поспешное его со всех пунктов отступление, я
немедленно предписал первым двум колоннам итти на Экеро
и далее для подкрепления 5-й колонны, следующей морским
заливом на Сторьи, и послать малые отряды в Киршпили1 по
правую руку большой Штокгольмской дороги, лежащие для
перерезания пути разбросанным частям неприятеля из оных
идущим. Кавалерию же командировать к генерал-майору
Кульневу, куда и казаки от 3-й колонны того же числа
отправлены. 4-я колонна с рассветом 5-го числа из Гранбода
выступя, шла на деревню Седерзунд, не доходя коей казаки
открыли неприятеля из оной выходящего.
Генерал-майор Демидов послал немедленно всех казаков,
при колонке находившихся, при есауле Попове под
командою 31-го Егерского полка подполковника Волкова,
который перерезав дорогу отступающим, взял в плен роту лейб-
гвардии егерей, всего 3 обер-офицера, 4 унтер-офицера,
3 музыканта и 75 рядовых без всякого урона с нашей
стороны. Сверх сего разъездом, отправленным для
коммуникации с пятою' колонною чрез деревни Оденбели, Годбин до
Гаммаруды приведено 16 человек рядовых в плен, б-го числа
4-я колонна перешла в деревню Годбин, откуда посланными
казачьими партиями отыскано в окрестных деревнях
несколько больных, которых неприятель не успел забрать
с собою. Сим прекратились движения и действия 4-й
колонны. Генерал-майср граф Строганов по предписанию
моему, получа подкрепление от 4-й колонны, усилил
авангард генерал-майора Кульнева эскадроном гусар, к нему
прибывшим, и Белозерским мушкетерским полком и
приказал в 3 часа утра 5-го числа выступать, за которым и сам
до рассвету того же дня пошел из Лемланда с колонною.
Авангард у деревни Иттернес, сошед на Ботнический залив,
обходил оным берега Аланда. Генерал-майор граф
Строганов, удостоверившись в Гаммаруде, куда прибыл того же
числа в 10 часов утра, что неприятель оставил уже острова
большого Аланда и что лед чрез Аландгоф еще довольно
крепок, приказал генерал-майору Кульневу всех казаков и
гусарские эскадроны отправить поспешнее по дороге к Сиг-
нальскеру, куда послан был и Белозерской мушкетерской
полк; пехоте же итти на остров Гамн. При сем случае
войска донского полковник Исаев с казаками, ревнуя к службе
его императорского величества, несмотря на неимоверные
труды и презря все опасности, оказал знатные услуги,
гнавшись на рысях более 15-ти верст, настиг часть
неприятельского арриергарда и, це допустя дд Сигнальскера с
примеров
ною неустрашимостию и редким мужеством двукратно
атаковал его, рассеял, поколол и взял в плен 144 человека
рядовых. Не преставая же гнаться за неприятелем, не
преставал поражать его и по ту сторону острова Сигнальскера.
Достигнув одну из неприятельских колонн, которая тотчас
остановясь построилась в каре, с тою же неустрашимостию
и отменною быстротою атаковал несмотря на сильный
ружейный огонь по нем производимый и на отчаянное
упорство, с каковым защищалась колонна, разбил ее
совершенно, получил в добычу два орудия; в то же время майор
Гирш с двумя эскадронами Гроднееского гусарского полка,
измучив неоднократными атаками и сильным натиском бата-
лион Сисдерманландского полка и, наконец, окружа,
принудил положить оружие, причем взял в плен штаб-офицера 1,
обер-офицеров 13, баталионного пастора 1-го,
унтер-офицеров 18, музыкантов 22, рядовых 420; в сем деле примерно
отличил себя кавалергардского полка штабс-ротмистр барон
фон дер Пален, командовавший одним из эскадронов,
который благоразумием и храбростию своею много
способствовал к сдаче неприятельского баталиона. Кавалерия того же
дня продолжала поражение бегущего неприятеля почти до
самых берегов Швеции, которое настигшая ночь прекратила.
Позднее время и отменная усталость лошадей побудили
генерал-майора Кульнева оставить погоню за неприятелем,
почему казаки и гусары возвратились на остров Сигнальскер,
куда прибыл и Белозерской мушкетерской полк для
сбережения пленных, которые числом гораздо превышали нашу
кавалерию. Колонна же 5-го числа была расположена:
баталион лейб-гвардии егерского полка в деревне Сторби;
баталионы лейб-гвардии полков Преображенского и
Измайловского и Перновской мушкетерской полк на биваках
у кирки Экеро. Следы бегущих колонн неприятельских по
всему необозримому пространству от острова Сигнальскера
до противолежащих берегов Швеции покрыты были
разбитыми фурами, пороховыми ящиками, ружьями, снарядами,
ранцами и партикулярными обозами. Неприятель, видя, что


лживые переговоры его не могли остановить движений войск
наших, по сильному наступлению которых начал искать
спасения своего в бегстве. Желая благополучное окончание
возложенного на меня поручения ознаменовать на
отечественных берегах трепещущего неприятеля, который
полагал себя на оных совершенно уже безопасным, я с
позволения вашего высокопревосходительства предписал генерал-
майору графу Строганову послать туда всю кавалерию,
вверив начальство над оною генерал-майору Кульневу, отлич-
ными заслугами своими в продолжение всей настоящей
кампании толико известному. Генерал-майор Кульнев по
прибытии кавалерии от прочих колонн и по получении предписаний
моих, которые полагал я необходимыми сделать ему для
успешнейшего выполнения столь важного возлагаемого на
него поручения, выступил 7-го числа за три часа до
рассвету с лейб-Уральскою сотнею, 2-мя сотнями полковника
Исаева, 2-мя сотнями подполковника Лошилина полка и
3-мя эскадронами гродненских гусар под командою майора
Гирша. Авангардом казаков командовал войска Донского
подполковник Кирсанов, по приближении которого к
берегам Шведским у Гриссельгама часть неприятеля, сошед на
залив, встретила его сильным ружейным огнем; между тем
конница наша подошла и, построясь в боевой порядок, с
нетерпением ожидала отдаления неприятельского от берегов
его. Генерал-майор Кульнев, приметя, что авангард наш на
довольное расстояние заманил неприятеля, дал знак к атаке
всегдашним отзывом победителей «с нами бог». С сим
словом все дружно кинулись, быстро помчались, согласно
ударили, опрокинули, смешали и гнали неприятеля до берегов
его, покрытых каменными и лесистыми горами, которые
сокрыли от пик и сабель победителей разбитые его остатки.
При сем случае 86 человек нижних чинов взято
военнопленными. После сего неприятель не смел более выходить на
открытое место; но, заняв местечко Гриссельгам, упорно
защищал оное. Генерал-майор Кульнев, видя невозможность
одолеть конницею препон неприятелем, полагаемых по
неимению у себя нехоты, спешил сотню уральских казаков,
послал выбивать залегших за камнями стрелков
неприятельских. К особенной чести сотни той должно приписать
скорое очищение неприятелем берегов своих, который полагая
сим приблизившуюся пехоту нашу, выслал парламентера,
уступая победителям местечко Гриссельгам до возвращения
посланного к вашему высокопревосходительству от
шведского правительства нарочного штаб-офицера. В
продолжение того времени более 24 часов генерал-майор Кульнев
оставался покойным обладателем местечка Гриссельгама
с его округою. Столь быстрый и нечаянный переход Аланд-
гафа кавалерии нашей, непонятный самому неприятелю,
привел прибрежных жителей в трепет. Сигнал о сем телеграфа
ужаснул столицу вандалов; дорога до Штокгольма была
покрыта трепещущими жителями, партикулярными обозами и
войсками, которые поспешно шли для защищения берегов;
все сие представляло картину повсеместного смятения и
страха и останется незабвенным в летописях времен позд^
нейших к бессмертной славе российского оружия. Генерал-
майор Кульнев вступил на берега Швеции марта 7-го
пополуночи в И часов, где увенчал я покорение островов
Аланда. По повелению вашего высокопревосходительства
прекратить все неприятельские действия я возвратил
генерал-майора Кульнева в Сигнальскер, который с вверенною
ему конницею ввечеру 8-го числа туда и прибыл, потопя на
возвратном пути по предписанию моему большую часть
неприятелем покинутой нам добычи, которую за неимением
подвод не *мог взять с собою, прочая же, не столь важная,
оставлена на пространстве Аландгафа. Во всех сих
перепалках, преследовании неприятеля и сражениях 5-й колонны
со дня действий на Аланд, потеря с нашей стороны весьма
маловажна; убит лейб Уральской сотни казак 1, ранено:
войска Донского Исаева полка обер-офицер 1, казаков 17,
из сего числа 3 от ран умерших, убито казачьих лошадей 23,
ранено 28, в 3-х эскадронах Гродненского гусарского полка
ранено гусар 4, убито строевых лошадей 6, ранено 11. После
сего отправя заблаговременно батарейную роту и полки,
вверенной мне корпус составлявшие, пошли на прежние
места их расположения. 2-й Егерской полк с частию
казаков оставлен мною на пространстве большого Аланда для
приведения в ясность и собрания всей добычи, в разных
местах неприятелем оставленной, как равно и пленных,
которые, не успев перейти Аландгафа, в большом количестве
скрывались по селениям. При сем случае артиллерии
генерал-майор Аракчеев неусыпностию и старанием своим в
продолжение нескольких дней доставил в Або знатное
количество пороха, артиллерийских снарядов, более миллиона
боевых патронов, несколько тысяч ружей и прочего.
Прилагая у сего подробные ведомости о добычах, с покорением
Аландских островов нам доставшихся, и перечневые списки
о всех пленных, взятых на оных и на берегах Шведских,
имею честь представить именные списки и об отличившихся
господах генералах благоразумными распоряжениями, дея-
тельностию и мужеством, штаб и обер-офицерах отменным
усердием и точным выполнением предписаний высших
начальников, быв во всем и повсюду примером своим
подчиненным, и нижних чинов храбростию, презрением всех
опасностей и перенесением неимоверных трудов
споспешествовавших мне в толь короткое время с успехом окончить
возложенное на меня поручение. К особенному же усердию и
попечению отношу всех господ шефов, полковых и баталион-
ных командиров примерное сбережение людей: корпус, мне
вверенной, делая форсированные марши большею частию
по пространным морским заливам и плесам во время вьюг
и метелей, в жестокие морозы, не имел ни одного
ознобленного человека как в кавалерии, так и в пехоте и артиллерии.
При сем долгом поставляю себе покорнейше просить
вашего высокопревосходительство о исходатайствовании им
у престола всемилостивейшего государя по делам их
должного воздаяния и монаршего воззрения и на прочие чины,
корпус мне вверенной составлявшие, которые не быв
личными участниками побед, над неприятелем одержанных,
единственно же ревнуя к службе его императорского
величества с примерным терпением перенесли все жестокости
климата, преодолели все препятствия на непроходимых
путях самою натурою поставленные и явили тем новые опыты
неограниченной преданности, повиновения и любви к
престолу великого, их монарха.
Генерал от инфантерии князь Багратион.


Признавая нужным нахождение ваше в Молдавской
армии, повелеваю вам по получении сего отправиться к оной
и явиться там к главнокомандующему генерал-фельдмаршалу
князю Прозоровскому, от коего и имеете ожидать
дальнейшего вам назначения. Александр.


.
Сего числа явился ко мне господин генерал от инфантерии
и кавалер князь Багратион с объявлением мне высочайшего
его императорского величества соизволения о последовавшем
ему монаршем его величества повелении явиться ко мне и
быть в армии, мною предводимой. Я определяю его
начальствовать главным корпусом армии или кор-де-баталь, как
командовал оным господин генерал Кутузовх и предписываю
г. генерал-лейтенанту Эссену 3-му состоять в команде его
с сим главным корпусом; а ему господину генералу от
инфантерии князю Багратиону находиться при гаубт-квартире,
в рассуждении старости моих лет, а теперь и слабости моего
здоровья, от которой я движимого исполнения делать не в
состоянии, почему и могу употреблять его в надобных
случаях для осмотров и прочего. Кн[язь] Прозоровский.


По уважению тяжкой болезни, одержавшей
генерал-фельдмаршала князя Прозоровского и по изображенной им
невозможности продолжать командование армиею, уволив его до
поправления сил его от сего командования, признал я за благо
поручить оное вам.
Вследствие сего, приняв от него все части к делу ему
вверенному принадлежащие, вы имеете немедленно вступить в распо
ряжение всего, что нужно к достижению цели для действия
сей армии предназначенной, руководствуясь в том правилами,
какие в рескриптах моих на имя его данных постановлены.
В правилах сих найдете вы, что поспешный переход за
Дунай признан необходимым.
Вам известно, сколь по настоящим обстоятельствам каждая
минута драгоценна. Я ожидаю и в скором врем-ееи надеюсь
получить от (вас из-за Дуная донесение. Александр.


Его сиятельство господин генерал-фельдмаршал и кавалер
князь Александр Александрович Прозоровский сего августа
1 В 1808 году Кутузов был направлен в Валахию для помощи
престарелому князю Прозоровскому в войне с Турцией, но вскоре был
переведен на должность Виленского военного губернатора.
9-го числа в 5 часов пополудни в лагере на правом берегу
Дуная при устье Мачинского гирла по воле всемогущего бога
скончался.
Все те, которые имели счастие служить под начальством
его, соединят, конечно, общую мольбу к небу о
совершенном для него блаженстве в обителе вечной и разделят печаль
о потере сего мужа, который долговременйою службою,
трудами, усердием к государю и любовию к отечеству приобрел


себе всеобщее уважение и признательность. Извещая о сем
печальном происшествии все войски, под командою покойного
генерал-фельдмаршала состоявшие, ©месте с тем даю знать,
что я по высочайшему имянному его императорского
величества повелению, последовавшему ко мне от 30-го числа
минувшего июля, принял главное над армиею начальство.
Вследствие чего и предписываю обо всем до службы
касающемся ко мне относиться.
Генерал от инфантерии кн[язь] Багратион.


Со времени вступления моего в главное начальство
здешней армии старался я вникнуть в познание высочайших
вашего императорского величества повелений, данных
предместнику моему генерал-фельдмаршалу князю Прозоровскому,
относительно действий сей армии, и нашел особенно!
высочайший рескрипт под № 98-м, содержащий точную
высокомонаршую волю о переходе армии за Дунай и о сильном и быстром
движении протеву неприятеля, дабы сколько возможна
поспешнее принудить Порту Оттоманскую к заключению м!ира
на .предначертанном вашим величеством основании.
исполнение сей вьисокомонаршей вашего императорского
величества воли будет единственным предметом всех трудов
моих и всех моих попечений.
Я старался отыскать общий план военных операций
покойного главнокомандующего на нынешнюю кампанию, но в
бумагах его я ничего не нашел. С самого моего прибытия
к нему в Галацы нашел я его в крайней слабости; ои иногда
сообщал мне мысли свои, но только частно по некоторым
предметам и обстоятельствам, а никогда не говорил об общем
плане для действующей армии. ВпбСледстЕйй же времени
командировал он меня, как вашему величеству из
собственных донесений его известно, в Валахию. Таким образом общий
план его мне ьовсе неизвестен.
Не вхожу я здесь в повторение произведенного еще при
ншзни покойного главнокомандующего перехода на правую
сторону Дуная корпусов генерал-лейтенантов Платова и Засса
й отрядов генерал-лейтенанта Маркова 1-го и инженер генерал-
майора Гаршнга, також занятия поисками вашего
императорского величества Исакчи, Тульчи, Бябады, остро)ва Чатала
и других мест. Обо всем том уже всейодданнейше донесено
вашему императорскому величеству.
Дальнейшему движению армии вперед наиболее
препятствовали крепость Матчин и укрепленное местечко Гирсово.
Ибо, оста!вя укрепления спи в тылу армии, сия последняя
непременно была бы обеспокоиваема беспрестанно
гарнизонами тех крепостей, которые ежедневно могут быть усилены
по Дунаю из Браилова и из Оилистрии. Кроме сего имел бы
неприятель всю удобность перехвачивать транспорты, идущие
к армии, и пресечь нам коммуникацию с левым берегом Дуная,
следовательно отнять все способы к продовольствию армий.
Ибо главное искусство и первейшее старание турецких войск
состоит всегда в том, чтобы нападать на тыл неприятеля, для
чего и опасаться я его должен гораздо более с тылу, нежели
с лица. Оставляя же при движений вперед две столь сильные
в тылу крепости, каковы Измаил и Браилов, из коих в
последней гарнизон простирается до 10 тыс. человек и при
коих имеется немалое число вооруженных судов, самое
благоразумие требует обратить полное внимание к обеспечению
тыла.
Все они сильные уважения представили полную
необходимость употребить все усилия ко взятию Матчина. И для того
обратил я на оный все мое внимание. На другой день моего
сюда прибытия, то-есть 12-го числа сего месяца, поехал я
сам рекогносцировать крепость и во возвращении моем сделал
тотчас все нужные к осаде распоряжения. На сей конец,
дабы усилить отряд генерал-лейтенанта Маркова 1-го, приказал
я присоединиться к оному 13-го августа Украинскому
мушкетерскому полку, баталиону Ольвионольского гусарского полка
и части батарейной артиллерии из корпуса генерал-лейтенанта
Засса и 2-м баталионам пехоты отряда инженер генерал-
майора Гартинга, заняв укрепление при устье Матчинского
гирла одним баталионом Вятского, и одним Алексапольского
мушкетерского полка. Того же 13-го августа приготовлен
фашинник для устроения батарей. Командующему Галацкою
флбиилиею, флота капитан-лейтенанту Акимову, предписал 8*
отделясь от Устъ-Дунайской флотилии, подняться вверх и
стараться пресечь коммуникацию между Браиловым и Мат-
чиным.
Корпус под командою генерал-лейтенанта Маркова,
состоящий: из 13-го егерского, Колыванского, Украинского,
Староингерманлавдского и гранодерского баталиона Алекса-
польского мушкетерского полков, роты батарейной
артиллерии1 Поля, 4-х орудий роты Ансио, 4-х орудий роты Бастиана,
2-х двупудовых мортир и одного пудового единорога,
полуроты конной артиллерии Облеухова, 7-ми эскадронов Ольвио-
польского гусарского полка, Северского драгунского полка и
125-ти донских казаков, выступил 14-го а!вгуста в 4 часаутрр
из его позиции при Чулинце по правую сторону реки Дуная
для обложения крепости Матчина, куда прибыв в 11 часов утра
обложил крепость, как на плане при сем всеподданнейше
подносимом означено. С 14-го на 15-е число построена
батарея на берегу Дуная на правом фланге о б-ти батарейных
орудиях, чем и прервана коммуникация крепости Матчина с
Браиловым. 15-го числа к вечеру, по данному от меня при*
казанию, отряженный с баталионом 13-го егерского полка
майор Избаша, имея в подкреплении один эскадрон Ольвио*
польского гусарского полка, с быстротою выгнал неприятеля
из находящейся близ крепости мечети и разоренного хана,
ложировался в оных и для обороны пробил в стенах бойницы.
В ночи с 15-го на 16-е под прикрытием пехоты устроена
параллель и три батареи, из коих на первой поставлено 4
орудия батарейных, на средней две мортиры, а на третьей
10 орудий батарейных и 1 единорог. Во время работы
неприятель стрелял из крепости во все стороны, но никакого вреда
не причинил. 16-го числа в 6 часов утра открыта на крепость
сильная канонада, коею до отъезда моего оттуда около
полудня демонтированы были уже три неприятельские пушки.
Я приказал продолжать канонаду и в ночи с 16-го на 17-е
число устроить батарею на правой стороне против крепости,
дабы тем более притеонить неприятеля и буде можно
принудить его к сдаче.
Вслед за сим полагал я устроить брешь-батарею И, в слу*
чае дальнейшего упорства неприятеля, решился было
предпринять штурм, хотя бы то стоило трех или четырех сот
человек. Ибо место сие столь важно, что, не взяв оного,
дальнейшее движение армии вперед совершенно возбраняется.
Естъли же оставить перед Матчиным и Гирсовьш отряды
войск для блокирования сих мест, то тем ослабил бы я
действующую армию, от которой я принужден, по крайней мере
на время, оставить корпус генерал-лейтенанта Эссена 3-го в
Валахии, поелику резервные войска там слишком слабы, чтобы
отразить могущие последовать неприятельские покушения.
К таковому распоряжению обязан я приступить еще более по
той причине, что сербы на всех пунктах турками вытеснены,
и что сии последние начинают уже делать набеги на Малую
Валахию, так что.легко случиться может, что
генерал-лейтенант граф Ланжерон принужден будет итти на подкрепление
генерал-майору Исаеву и тогда генерал-лейтенант Эссен 3-й
должен будет_ защищать Валахию противу Журжи и вообще
противу берегов Дуная.
Все было в течение 17-го числа приготовлено к устроению
в следующую ночьбрешь-батареи; но между тем действие
артиллерии нашей с устроенных пред тем батарей было столь
сильно, столь искусно произведено и столь успешно, что
наружный ретраншамент противу батарей наших совершенно
разорен, все в тех местах находившиеся орудия
демонтированы, а бомбы наши столь удачно попадали в крепость и в
самую цитадель, так что сия последняя получила разные
повреждения и взорвало один пороховой погреб. Между тем
и суда флотилии Галацкой начали быть видимы из Матчина
в дали. Все сие навело крайнюю робость в-крепости, а потому
17-го пополудни прислали турки парламентера, требуя
вступить в переговоры. Привезенное им от коменданта крепости
письмо доставлено было ко мне, и я тотчас отправил в лагерь
под крепость для переговоров статского советника Безака
с вторым драгоманом коллежским асессором Пизани, снабдив
первого надлежащим наставлением и приказав ему не
соглашаться на другие условия, как чтобы гарнизон сдался на
дискрецию. Последствием тех переговоров было, что в тот
же день вечером поздно заключена между
генерал-лейтенантом Марковым 1-м и комендантом крепости капитуляция,
с коей осмеливаюсь всеподданнейше представить при сем
копию на высокомонаршее благоусмотрение вашего
императорского величества. Из оной ваше величество усмотреть
соизволите, что мне удалось на первый случай, ко славе оружия
вашего императорского величества, приобресть капитуляцию,
к каковой турки доселе не привыкли, ибо они никогда на
дискрецию не сдавались и даже почти понятия о том не
имели. На основании той капитуляции Матчин сего августа
18 дня поутру рано войсками вашего императорского
величества занят. В плен взято* разных чиновников 28, рядовых 310.
Подробное же донесение обо всем, что в крепости найдено,
буду иметь счастие вслед за сим всеподданнейше представить
вашему императорскому величеству.


Уже выше упомянул я о важности сего пункта для
действий армии, всемилостивейше начальству моему вверенной.
Теперь по занятии крепости должен я к тому присовокупить,
что место сие по положению своему уже от природы
чрезвычайно укреплено, сверх же того кроме весьма крепкой
каменной цитадели и наружного ретраншамента имеет два вала с
новыми, палисадами, так что крепость сия с умеренным
гарнизоном может без всякой опасности обороняться противу
неприятеля в двадцать и более раз сильнейшего. Коль скоро
сочиняемый ныне фортификационный план окончен будет, то
непремину я повергнуть оный к освященным стопам вашего
императорского величества.
Дабы возбранить гарнизону Браиловской крепости делать
набеги на сию сторону Дуная и обеспокоивать тем армию,
мне вверенную, то оставлю я в Матчине гарнизон из трех
баталионов пехоты, двух эскадронов гусар, 150 казаков и
6 орудий легкой артиллерии. Гарнизон и крепость сия будут
также при движении моем вперед вверены генерал-лейтенанту
графу Каменскому, который, как ваше императорское
величество из другого всеподданнейшего донесения моего
усмотреть соизволите, начальствует уже над войсками в Тульче,
на Чатале, в Исакче, Бабаде и по всей той дистанции
расположенными, коими и прикрываться будет тыл мой от
крепостей Измаила и Браилона. С прочими войсками двинусь я
нимало немедля к Гирсову. В то же время намерен я часть
флотилии подвинуть вверх по Дунаю, дабы всеми мерами
воспрепятствовать прибытию из Силистрии подкрепления
к Гирсову. Коль же скоро обложу я сие место, тогда главный
армии авангард под начальством генерал-лейтенанта Платова
подвинется далее вперед.
Другое весьма важное обстоятельство, препятствующее
мне с тою поспешностью, как бы я сам того желал, итти
с войсками вперед, состоит в том, что по стечению
обстоятельств, известных вашему императорскому величеству из
донесений покойного главнокомандующего, генерал-лейтенант
Мшюрадович с корпусом, ему вверенным, выступил из Копа-
чейи только 11-го числа сего месяца и может прибыть сюда
не прежде 23-го числа сего месяца.
В прочем везде и во всех случаях буду я стараться
устранять по мере сил и возможности все препятствия, затруднения
и медленность, дабы в точности исполнить священную волю
вашего императорского величества.
Генерал от инфантерии князь Багратион.


Во всеподданнейшем рапорте моем от 19-го числа текущего
месяца 1 имел я счастие донесть вашему императорскому
величеству, что я поручил командующему главным аршш
авангардом войска Донского войсковому атаману генерал-лейтенанту
Платову обложить крепость Гирсово и стараться, буде можно,
овладеть оною, однако же без штурма, и что крепость сия
с обеих сторон по его донесению окружена лепшм войском.
Впоследствии времени генерал-лейтенант Платов., хотя и
имел при себе единственно легкие орудия полковые и донской
конной артиллерии, предпринял осаду крепости и стал
производить по оной канонаду. Уже с 19-го числа настоящего
месяца начали турки вступать в переговоры, но требовали
непременно свободного выступления куда пожелают во
владения Порты Оттоманской. Я однако же безпрекословно
настаивал, дабы гарнизон сдался военнопленным на дискрецию.
Поелику же турки на сие условие согласиться не хотели, то
генерал-лейтенант Платов и начал паки производить канонаду
со всех четырех устроенных им батарей. Последствием того
было, что сего августа 22-го дня крепость Гирсово сдалась
победоносному оружию вашего императорского величества
пополудни в 5-м часу на тех же самых условиях, как крепость
Матчин. Рапорт генерал-лейтенанта Платова о сем* радостном
происшествии, собственною его рукою писанный, при сем в
подлиннике имею счастие всеподданнейше представить на
высокомонаршее благоусмотрение вашего императорского
величества.
Крепость Гирсово не только сама по себе чрезвычайно
важна, как то прежние примеры прошедших кампаний
достаточно доказывают, но в настоящем положении дел овладение
оною отнимает все важные препоны к дальнейшему шествию
армии вперед. Сверх того, помощию сего приобретения армия
Задунайская будет находиться в точной и неразрывной связи
с корпусами войск, в Валахии расположенными, и все вместе
приобретут чрез то вящую силу и вящую удобность
действовать в связи и соединении к той важной цели, которая от
вашего императорского величества предначертана и которая
должна доставить России славный и полезный мир. Дабы
Достигнуть бы до такого моего предположения и уетановлеШкЭ
связи с корпусами в Валахии и дабы утвердить сколь можно
более связь сию и соделать ее непоколебимою, требовал я,
еще прежде получения известия о взятии Гирсова, от
княжества Валахии, чтобы оное доставило к Гирсодву с самою
крайнею поспешностию потребное число судов для
сооружения моста. О доставлении нужных к тому якорей и канатов
отнесся я уже 21-го числа сего месяца к командующему ныне
Черноморским департаментом вице-адмиралу Языкову. До
получения же оных учрежу переправу на паромах.
Соображая все вышеописанные обстоятельства о важности
нынешнего завоевания Гирсова, я должен приписать оное
особенному милосердию бога всемогущего и щастию вашего
императорского величества.
Коль скоро получу обстоятельный рапорт генерал-лейтенанта
Платова об осаде и взятии Гирсова, то непремину повергнуть
оный к освященным стопам вашего императорского величества.
Уже из всеподданнейших донесений покойного
предместника моего генерал-фельдмаршала князя Прозоровского
вашему императорскому величеству известно коликократно
генерал-лейтенант Платов отличился в нынешнюю уже
кампанию усердием к службе вашего величества искусством, в его
предприятиях и трудами и попечительностию в исполнении всех
возлагаемых на него поручений; нынешний же его подвиг,
при весьма ограниченных для такового дела способах столь
успешно произведенный, заслуживает всемилостивейшего
внимания вашего императорского величества к сему
достойному воину. А по тому звание, высокомонаршею милостию и
доверенностию на меня возложенное, соделывает мне
непременною обязанностию, засвидетельствовав об оном пред
августейшим престолом вашего императорского величества,
всеподданнейше просить о награждении его следующим чином,
в полной мере им заслуживаемым. Таковая отличная к нему
высокомонаршая милость будет служить и вящим для него
поощрением соделаться оные достойным1.
Генерал-лейтенант Платов особым партикулярным письмом,
равным образом здесь в подлиннике подносимым, просит
меня об отправлении к вашему императорскому величеству
курьером с настоящим известием двора вашего величества
камер-юнкера Байкова, которого он отлично одобряет. Для
чего $ исполнил я сие его желание.
Согласно с предположением моим, изображенным во
всеподданнейшем донесении моем от 19-го августа под № 897-м,
двинулся я сего августа 21-го дня из лагеря при устье Мат-
чинского гирла к Гирсову, дабы в случае надобности подкре-
пить генерал-лейтенанта Платова при осаде сей крёйоб'Ш, Й
прибыл сего числа в лагерь при селении Дояне, где и
получил известие о. занятии уже Гирсова. На марше моем получил
я достоверные известия, что Пегливан-Ага, помирясь о
прежними его соперниками, выступил из Кузгуна с войском своим
и прибыл к Троянскому валу и что сераскир Гозрев-Мегмет-
паша йаходится также уже с войсками его в Рагове,
неподалеку от Троянского вала, по дороге к Силистрии. А потому
намерен я по прибытии в Гирсово тотчас отправить генерал-
лейтенанта Платова с главным армии авангардом, подкрепи
его корпусом генерал-лейтенанта Маркова 1-го, для
нападения на неприятеля и для разбития его.
Генерал от инфантерии князь Багратион,


Во всеподданнейшем рапорте моем от 22-го августа под
№ 921 имел я счастие донести! вашему императорскому
величеству о полученных мною тогда известиях, что войска
турецкие в различных корпусах приближаются к Троянскому валу,
дабы воспротивиться дальнейшему шествию вперед войск,
мною предводительствуемых. Опасаясь наиболее, чтобы
неприятель, заняв столь выгодную позицию, не укрепился в
оной окопами и не принудил меня вытеснять его оттуда
с большим пожертвованием людей, я обратил все мое
внимание на поспешное движение к Троянскому валу. Не мог я
однако же приступить к тому прежде прибытия корпуса
генерал-лейтенанта Милорадовича, коего первая колонна
присоединилась к лагерю при Гирсове 25-го, а вторая 26-го числа
августа. Я разделил все войска, на лицо состоящие, на три
корпуса, из коих первый или правый фланг под командою
генерал-лейтенанта Милорадовича составлен из десяти бата-
лионов пехоты, 15-ти эскадронов кавалерии, 10-ти орудий
батарейной, 3-х осадной и 8 конной артиллерии, полуроты
.пионеров и 2-х казачьих полков; второй или главной армии
авангард под командою генерал-лейтенанта Платова составлен
-из 13-ти баталионов пехоты, 20-ти эскадронов кавалерии,
одной роты батарейной и одной конной артиллерии, одной
роты пионеров, 20-ти понтонов и 8-ми казачьих полков; а
третий или левый фланг под командою генерал-лейтенанга


Маркова 1-го составлен из 8-ми баталионов пехоты, 10-ти
эскадронов кавалерии, 10-ти орудий батарейной и 4-х конной
артиллерии и одного казачьего полка. Я расположил марш
таким образом, дабы все три корпуса в одно время прибыли
к Троянскому валу, то-есть правый фланг к селению Черно-
водам у реки Дуная, главный армии авангард к центру того
вала у селения Карасу, а левый фланг к берегу Черного
моря у города Киостенджи. В то же время снабдил я
корпусных [начальников] надлежащими наставлениями на случай
могущей последовать встречи или нападения неприятельского.
И так, соображаясь с расстоянием, корпус
генерал-лейтенанта MapKOiBa выступил 26-го августа поутру рано, главный
армии авангард в тот же день пополудни, а корпус генерал-
лейтенанта Милорадовича 27-го августа поутру в 5 часов.
Пребывание мое назначил я при главной армии, авангарде,
к которому я, выступя 27-го поутру, присоединился в тот же
день около полудня в местечке Сатиськиой. Тут взятые пред
тем казачьими аванпостами в плен турки учинили показание,
что неприятель беспрестанно и Наиболее усиливается в городе
Киостенджи против левого моего фланга, а потому и решился
я велеть следовать, туда как глав-ному армии авангарду, так
и корпусу генерал-лейтенанта Маркова; от казачьих же
полков отряжен авангард под командою генерал-майора
Денисова 6-го для открытия неприятеля, а весь корпус
следовал тот день до селения Билиль в 42-х верстах от Гирсова.
Августа 28-го двинулся главный армии авангард вперед. В
местечке Кара-Мурат получено донесение генерал-майора
Денисова 6-го о сражении, которое он имел с передовым
неприятельским войском, при чем взято в плен 7 человек турков,
в том числе один байрактар. По сему и надлежало
заключать, что главная сила неприятельская не в большом отдалении,
как то и-пленные показывали; и для того велел я, ни мало
не медля, главному армии авангарду следовать чрез целую
ночь к местечку Киостенджи и стараться на самом рассвете,
окружа неприятеля, атаковать его, буде возможным окажется.
С приближением авангарда регулярных войск неприятель
сделал вылазку из города, но был опрокинут и преследован
до самого рва города. В сем городе было без малого
2 тыс. турок, засевших в оный и с крайним упорством
оборонявшихся. Войска сии состояли большею частию из так
н-азываемых кирджалиев *, коих не только .ремесло, но и
страсть состоит в сражениях, битвах и разбоях, которые
весьма мало привязаны к жизни и которые уже более 15-ти
лет ведут междуусобные войны в собственных своих
областях. Город Киостенджи от природы чрезвычайно укреплен,
находясь на полуострове Черного моря, соединенном с
твердою землею узким перешейком, имеющим около 150-ти сажень
ширины. Перешеек тот весьма хорошо укреплен валом и
рвами, и; был обороняем вышепоказанным числом людей.
Сверх того город весь состоит из каменных строений,
обнесенных каменными же стенами, так что каждый дом, каковых
имеется до 500, составляет крепость, которую не иначе как
штурмом брать можно.
Августа 29-го пред вечером генерал-лейтенант Платов
послал к крепости парламентера, дабы вызвать кого для
переговоров, но они встретили парламентера ружейными
выстрелами. Сие побудило меня приказать устроить в самом близком
от ретраншамента расстоянии (несколько батарей и с
наступлением следующего дня начать сильную по городу канонаду.
Но неприятель, увидя все сие приготовление, 30-го августа
поутру выслал от себя парламентера с вопросом, чего мы от
него хотели. Тут начались переговоры!, не никакие убеждения
и посредства, мною употребленные, не могли склонить тур-
ков на то, чтобы положить оружие, которое есть^ их
собственность и сдаться военнопленными: они решительно
прервали переговору, объявя, что они охотнее лишатся все
жизни, прежде нежели сдаться на таковую капитуляцию.
Я принял в соображение, во-первых, что, как во всех трех
корпусах у Троянского вала находящихся, не имею я в
пехоте и кавалерии полных 20 тыс. человек под ружьем, не
могу я покушаться на штурм, который бы, судя по
укреплению, по числу гарнизона и по важности оного, стоил бы мне,
конечно, не менее 1 500 человек; во-вторых, что естьли
блокировать мне местЮ оие, то потеряю я время, которое в общем
плане военных операций ныне всего драгоценнее; в-третьих,
что естьли бы и решился я оставить для блокады корпус
генерал-лейтенанта Маркова, дабы в надежде на недостаток
продовольствия принудить гарнизон к сдаче, то сему
последнему остается морем полная свобода либо удалиться, либо
получить подкрепление и все нужные пособия, чрез что
самое имел 6bf гарнизон способ держаться чрезвычайно долго
и ежедневно обеспокоивать означенный корпус, так что я,
может быть, вдгоследствии времени принужден бы был еще
его усиливать, не упоминая даже о том, что целый гот
корпус, занимаясь сим одним местом, лишен бы был возможности
действовать далее; в-четвертых, наконец, расположение сера-
скира Гозрев-Мегмет-паши не далее как в 12-ти или 15
верстах от правого моего фланга, то-естъ от корпуса генерал-
лейтенанта Милорадовича, необходимо требовало, чтобы
главный армии авангард подвинулся к центру Троянского
вала, дабы быть в состоянии подкрепить в случае надобности
как правый, так и левый фланг и дабы сохранить мост при
селении Карасу, который турками не был истреблен. Все сии
причины, по мнению моему довольно важные, побудили меня
согласиться на свободное отступление гарнизона с собствен-
ным каждого оружием, но с торжественным обязательством
не служить противу России во все продолжение настоящей
войны. Я велел объявить сим туркам, что им даруется жизнь
в память тезоименитства вашего императорского величества
и яко не ложный довод милосердного и человеколюбивого
сердца вашего величества... В городе Киостенджи оставил
я генерал-майора Палицьша с Орловским мушкетерским
полком, двумя эскадронами кавалерии и 200 казаков, перечислив
тот полк из главного армии авангарда в корпус генерал-
лей генанта Маркова 1-го. Я предписал генерал-майору
Палицыну сколь можно поспешнее совершенно уничтожить
ретраншамент Киостенджийской и иметь разъезды с одной
стороны до Бабады, где стоят 4 эскадрона Переяславского
драгунского полка команды генерал-лейтенанта графа
Каменского, а1 с другой до Мангалии. Корпус генерал-лейтенанта
Маркова. 1-го расположил я в 12-ти верстах от Карасу по
дороге к Киостенджи, поручив его же начальству посп»
Киостенджийской и возложив на него как сбережение
Троянского вала от Киостенджи1 до Того места, где расположен
будет главный армии авангард, так и посылку разъездов по
дороге к Базарджыку и вообще к стороне Варны.
Вместе с главным армии авангардом выступил и я 31-го
августа из-под Киостенджи, к селению Карасу. Тут получил
я как чрез рекогносцирование генерал-лейтенантом Милорадо-
вичем произведенное, так и от пленных в различные случаи
пойманных, а особливо в последнее сражение, которое имел
войска Донского генерал-майор Иловайский 2-й и о котором
доношу вашему императорскому величеству особым
всеподданнейшим рапортом, вящие удостоверения, что сераскир
Гозрев-Мегмет-паша в местечке Рассевате, лежащем вверх
по Дунаю, ежедневно усиливается и укрепляется. Сие самое
и побудило меня сентября 1-го дня велеть отправить генерал-
майора графа Строганова с 4-мя эскадронами регулярной
кавалерии и 500 казаков и с чиновником квартирмейстерской
части для обозрения дорог и для открытия неприятеля. Он
цодошел весьма близко ж местечку Рассевате и видел распо-
ложенного там Неприятеля в большом числе, а взятые им в
плен два турка подтвердили то же самое, что и прежние.
Вследствие чего сентября 2-го дня двинулся я с главным
армии авангардом к селению Черноводам и соединился с
корпусом генерал-лейтенанта Милорадовича; а 3-го сентября,
сделав паки рекогносцировку квартирмейстерской части чрез
полковника Хоментовского 1-го, учинил я распоряжение, дабы
главный армии авангард и корпус генерал-лейтенанта
Милорадовича двинулись вперед по различным дорогам и
расположили свой марш так, чтобы 4-го числа авангард от корпуса
генерал-лейтенанта Платова обошел Рассеват для пресечения
неприятелю ретирады к Силистрии п отнятия у него способов
к получению ""оттуда подкрепления и продовольствия; а
генерал-лейтенант Милорадович двинулся бы вперед и таким
образом, окружив место со всех сторон, атаковать в' одно
время неприятеля.
Естъли бог благословит сие мое предприятие счастливым
успехом, то тогда полагаю я сделать демонстрацию прошву
Силистрии, дабы, буде можно, еще более облегчить и
сблизить коммуникацию мою с корпусами, в Валахии
расположенными по причинам, которые ниже подробнее описаны будут,
хотя, конечно, важное место сие чрезвычайно хорошо
укреплено и имеет множество артиллерии и многочисленный
гарнизон. Препятствия представляющиеся к завладению оным
известны уже по прежним кампаниям. В прочем для
переправы у Гирсова устроено уже доселе 11 паромов, но к
построению моста не могу я приступить прежде, пока не получу
недостающие к тому канаты и якори, коих потребовал я от
командующего ныне Черноморским департаментом вице-


адмирала Языкова.
Но я признаться должен вам, всеавгустейший монарх, что
сие предположение мое основано единственно на
неограниченном моем1 усердии и ревностнейшем желании исполнить
высокомонаршую волю вашего императорского величества быстрым
и сильным движением противу неприятеля, хотя я отнюдь не
могу ручаться в точном произведений в действо того моего
плана. Я осмелюсь однако же без всякого тщеславия или
самохвальства упомянуть здесь, всемилостивейший государь,
что и в прежние с турками войны , как-то, под,
предводительством генерал-фельдмаршала графа Румянцева
Задунайского, армия российская, бывшая за Дунаем в гораздо
большей силе, нежели я, и не имевшая в тылу столь сильных
крепостей в руках неприятельских, каковы Измаил и Браилов,
и в коих гарнизон простирается в первой от 4-х до 5 тыс., а
в последней от 10-ти до 15-ти тыс. человек, не делала столь
скорых и поспешных движений, каковые ныне произведены,
ибо в продолжение 18-ти дней осаждены и взяты две
немаловажные крепости и один природою и искусством весьма
укрепленный город и войска сделали притом более 200 верст
маршу, заняв на Троянском вале крепкую позицию, которая
Наиболее, по крайней ограниченности сил моих, нужна.
Главнейший мой неприятель не турки, но климат здешний.
Безмерные жары, продолжающиеся с чрезвычайною силою,
причиняют крайнюю слабость в людях и до невероятия
умножают число больных, коих, особливо при форсированных
маршах, ежедневно прибавляется от трех до четырех сот
человек, так что ныне у меня на лицо под ружьем состоит
действительно во всех трех корпусах не с большим 15 тыс.
человек. Болезни до такой степени свирепствуют также в
Молдавии, Валахии и Бессарабии, что там в некоторых
батальонах, особливо же в резервных, имеется на лицо здоровых
не более как от 60-ти до 80-ти человек, а немалое число
баталионов_ имеет едва комплектную роту. Болезнь сия,
климату свойственная и жарами усиливающаяся, посещает не
одних нижних чинов, но и чиновников, так что в нескольких
баталионах остается на лицо здоровых по одному или по два
офицера; для чего самого и не могу я отнюдь приписать
умножение больных дурному лечению, слабому присмотру,
или чьей-либо вине, а единственно климату. Сверх того
движения мои столь поспешны, что обозы и подвижный мага-
зейн отступают от войск, так что я в необходимости
нахожусь ради их останавливаться, дабы не причинить недостатка
в продовольствии, коим снабдить себя нет здесь никакого
способа. Вообще должен я теперь на первый случай
ограничиваться одними демонстрациями противу неприятеля, дабы
вперить в него страх и робость: к сему, конечно, наиболее
способствовать могут быстрые движения, но к несчастию
моему встречаю я на каждом шагу сильные крепости,
которые никоим образом не могу я все оставить в тылу, не
подвергая всей армии явной опасности совершенного истребле:
ция. Са!мая необходимость заставляет меня отяготить внимл.т
ние вашего императорского величества изложением здесь хотя
вкратце важнейших причин, воспрещающих мне приступать
теперь к совершенно решительным действиям противу
неприятеля.
Генерал от инфантерии князь Багратион,


Богу вседержителю миров благоугодно было украсить
непобедимое воинство вашего императорского величества
неувядаемыми лаврами и увенчать во исполнении
священнейшие воли твоея, все августейший монарх, слабые предначина-
ния мои счастливейшими успехами.
По заготовлении уже всеподданнейшего рапорта моего под
№ 955-м2, вчера только с флигель-адъютантом вашего
императорского величества штабс-капитаном графом Крюсолем
отправленного, приступил я к произведению в действо
предположенного мною плана к атакованию сераскира Гозрев-
Мегмет-паши при местечке Рассевате. Во все время
пребывания там корпусов генерал-лейтенантов Милорадовича и
Платова приказал я им располагаться таким образом,
дабы оставаться сколь можно скрытнее от "неприятеля и дать
ему тем самым всю удобность усиливаться в настоящем его
расположении. Цель моя при сем состояла в том, дабы
разбить уже его в одном месте массою и не быть
принужденным отыскивать рассеянные его клочки по всей обширности
страны здешние. И действительно, вместо 3 тыс. турков, с
начала тут находившихся, собралось оных от 10-ти до
12 тыс. Они состояли из отборнейшего воинства всей Роме-
лии под начальством сераскира Гозрев-Мегмет-паши и
славных кирджалиев, предводительствуемых знаменитыми аянами
Илик-Оглу, ЯурТассаном и Тулум-Оглу.
Пространство земли от самого местечка Черновод до
местечка Рассеват представляет картину приятнейшую оку
человеческому, уподобляющуюся восхитительным видам^
Швейцарии, но вместе с тем на каждом шагу рождающую, так
сказать, непреоборимые препоны, препятствующие проходу
войск, а особливо артиллерии. Тут бесчисленные озера, сце-
пляющиеся быстрыми и глубокими ручьями; там болота
непроходимые; с обеих сторон горы и возвышения прекру-
тые, всюду пресеченные узкими дефилеями с природными
засеками. Но ни что не могло удержать твердости, мужества
и рвения войск вашего императорского величества. Все сии
препятствия природы одолены. Генерал-лейтенанту Милора-
довичу надлежало устроить мост чрез лиман, и он устроен
во мгновение ока. Так и в других местах дороги и' дефилеи
пройдены.
Сентября 4-го дня поутру в 3 часа повел я оба корпуса 1
под личным моим предводительством против неприятеля,
скрывая однако главную мою силу от него. Подойдя близ
самого местечка Рассеват по долинам и лощинам, послал я
на возвышения одне партии легких войск, дабы выманить
из местечка неприятеля, который отнюдь не ожидал, что по
сим дорогам войско наше преуспеть, а особливо артиллерия
проведена быть могла. Коль скоро удалось мне вывесть
всего неприятеля в поле, тогда двинул я все войска на
высоты в боевом порядке и велел начать самую сильную
канонаду изо всех артиллерийских орудий; а в то же время
отправил авангард из легкого войска влево для пресечения
неприятелю ретирады по большому пути к Силистрии.
Все сие произведено с таким устройством и в таком
порядке, что оно более похоже было на маневр, нежели на
действительное сражение противу неприятеля. Турки в
первом жару своем начали было отстреливаться, но прийдя в
изумление внезапным появлением войск вашего
императорского величества с таковою артиллериею, бросив и весь
лагерь и орудия свои в добычь победителям, стремглав
опрокинулися в бегство по разным, им только известным,
дорогам. Я тотчас обратил к преследованию его все легкое
войско вашего императорского величества, которое увенчало
себя притом новою и вечною славою. Ибо, поражая, без
всякой остановки неприятеля, гнало оно его по всем
дорогам, что неслыхано, более 30 верст, как к Силистрии, так и
к Кузгуну. Генерал-лейтенант Платов, пылая
неограниченным рвением в исполнении предлежащей ему цели, сам
с легким войском преследовал неприятеля на все сие
расстояние к Силистрии. Все дороги те усыпаны мертвыми
телами бегущих турков, которые в паническом страхе своем
помышляли не об обороне своей, но единственно о
спасении жизни. В сем преследовании занято легкими войсками
нашими местечко Кузгун, которое всегда было гнездилище
и сборным местом славных кирджалиев славного Пегливан-
Аги.
Я, нимало не медля, с поля же сражения отправил
генерал-майора графа Строганова с отрядом войск для учинения
сильного вооруженного рекогносцирования к самой Сили-
стрии, дабы, с одной стороны, поддержать панический страх,
вселенный уже в неприятеля, а с другой — открыть дороги
и способы к произведению в действо предположенного
мною противу той крепости плана.
Неприятель в сей знаменитый для российского воинства
день потерял одними убитыми от 3-х до 4 тыс. человек, не
упоминая даже о раненых; прочие все рассеялись по
камышам, лесам и горам; самое малое только число успело
спастись в Силистрию. Нами взято 7 пушек и 27 знамен, в том
числе и знамя самого сераскира Гозрев-Мегмет-паши,
которое теперь одно при сем к освященным стопам вашего
императорского величества повергаю; в плен взято более
600 человек. В Рассевате найдено слишком тысячу семейств
обывателей.
Со стороны нашей потеря весьма малочисленна, и хотя
обстоятельных рапортов еще не имею, однако же конечно не
простирается более как до 30 человек убитых и до 109
раненых. Обстоятельное обо всем происшествии донесение
вслед за сим представлено быть имеет.
Слабого пера моего никогда не достанет в полной мере
изобразить того рвения, того мужества и той храбрости,
которые в настоящем деле обнаружены вообще всеми
войсками вашего императорского величества. Всяк тщился, всяк
рвался быть первым и всяк старался превосходить
сотоварищей в обнаружении неограниченного усердия к вашему
императорскому величеству, неустрашимости и деятельности
в исполнении обязанности своей пред монархом и
отечеством.
Все отличные подвиги генерал-лейтенанта Мило-радовича,
который не только в нынешнее знаменитое дело, но и во все
продолжение настоящей кампании, особливо в охранении
Валахии самым малым числом людей от неприятеля, тогда


яростию преисполненного, и в оборонении области сей
обнаружил не только редкое усердие к пользе и интересам
вашего императорского величества, но и знания, искусство
и опытность единственно отличному генералу свойственные,
побуждают меня всеподданнейше просить о награждении
его следующим чином.
Генерал-лейтенант Платов, следуя по стезям прежних его
славных и вашему императорскому величеству известных


подвигов, в нынешней полной и совершенной победе,
одержанной над неприятелем, украсил сам седую главу свою
венцом славы, везде был впереди и везде поощрял
подчиненных к равной храбрости и к равному рвению. Не могу
не просить, все августейший монарх, об обращении на него
всемилостивейшего внимания вашего и о награждении его в
память сей одержанной победы и в знак милосердия вашего
императорского беличества брилиантовым пером1.
Себя лично осмеливаюсь повергнуть к освященным стопам
вашего императорского величества и молю бога
всемогущего к преподанию мне сил и способов на одоление и
впредь и на покорение врага милосерднейшего моего
монарха.

.
.. .Не потерял я ни; одной минуты времени и от города
Киостенджи двинулся с знатною частию
предводительствуемого мною войска вдоль по Троянскому валу к реке Дунаю,
2-го сентября прибыл к местечку Черноводам, 3-го пошел
вперед, а 4-го поутру разбил вконец и истребил все
собравшееся под местечком Рассеват войско сераскира Гозрев-
Мехмет-паши и знаменитейших аянов Ромелии Илик-Оглу,
ЯурТассана и Тулум-Оглу. Войско сие преследуемо было
более 30-ти верст по различным дорогам; более 4-х тыс.
турков побито на месте и в преследовании/ не упоминая
даже о раненых, протчее все искало своего спасения в
горах, лесах, камышах и ущельях. Слишком 600 человек взято
в плен. Весь лагерь турецкий, 7 пушек, 30 знамен, в том
числе знамя самого сераскира, и множество оружия и
воинских снарядов — суть трофеи сего знаменитого дня. Во
время различных преследований войско наше завладело
также местечком Кузгуном и сильное вооруженное
рекогносцирование наше доходило до самой Силистрии. Между тем
отряд от корпуса генерал-лейтенанта Маркова занял Ман-
галию со всеми орудиями, снарядами и йрйпаеаМй taM йаХо*
дившимися, а неприятель, оставивши сие место, был пресле*
дуем более пяти верст. Другие партии, следуя по различные
дорогам, распростерли повсюду страх и трепет, так что
турки оставили даже Коварну и Базарджык и ищут своего
спасения в горах Балканских...

.
Во всеподданнейшем рапорте моем от 7-го числа сего
месяца под № 966-м 1 имел я счастие дойеёТй вашему
императорскому величеству, что в 4-й день сентября при
поражении неприятеля под местечком Рассеват и в преследовании
его войсками вашего императорского величества взято 27 зна-
мен, из числа коих одно только сераскирское отправлено
мною тогда с дивизионным адъютантом генерал-лейтенанта
Милорадовича лейб-гвардии Измайловского полка штабе--
капитаном Аракчеевым. Но как преследования по
различным дорогам и после сражения продолжались, то во время
оных взято еще три знамя, и так теперь всего 29 знамен,
над неприятелем взятых, имею счастие повергнуть к
освященным стопам вашего императорского величества войска
Донского с полковником Луковкиным.
При занятии генерал-майором Иловайским 2-м
укрепленного местечка Кузгуна отбито им в оном у неприятеля
четыре пушки, которые оттуда и вывезены, а укрепления по
предписанию моему разорены до основания. В Кузгуне же
оставлен только казачий пост для связи с корпусом генерал-
лейтенанта Маркова.
В том же всеподданнейшем рапорте моем упомянул я
о сильном вооруженном рекогносцировании, которое
поручено было сделать к Силистрии генерал-майору графу
Строганову. Он с места сражения двинулся вперед и, оставляя
по дороге в лощинах, дефилеях и самых опасных местах по
некоторой части командуемого им войска, приблизился к
самой Силистрии на полторы версты расстоянием. Дорогою
встретил он 85 семейств обывателей, которые шли было к
Силистрии, но им взяты и обращены назад. Во время
приближения его к городу посылал он сперва весьма малочис-
ленные партии казаков; из крепости вышло также несколько
десятков турков, которые однако же наблюдали
единственно за движениями наших партий, не удаляясь от крепости.
Потом граф Строганов усилил партии, число турков
увеличилось также до двухсот. Казаки наши всячески старались
заманивать их к себе, но турки никоим образом в дело
вступать не хотели. Наконец граф Строганов показал
неприятелю весь Атаманский полк, однако же ничто не было в
силах преодолеть робости турков и возбудить их к
сражению. Пробыв до самых сумерек под городом, граф
Строганов возвратился назад.
С одной стороны, продолжение различных
рекогносцирований, а с другой — необходимая надобность снабдить
войска провиантом и другими потребностями и учинить
различные распоряжения заставили меня остаться под местечком
Рассеват до утра 8-го числа; а в сей день двинулся я с
корпусами генерал-лейтенантов Платова и Милорадовича к
Силистрии и 9-го приблизился на расстояние 15-ти верст от
города. 10-го подвинулся я еще вперед на 5 верст, а 16-го,
естьли бог поможет, надеюсь подступить к крепости, учинив
наперед нужные рекогносцирования. 8-го же сентября
предписал я флота лейтенанту Центиловичу, командующему
отрядом Галацкой флотилии, состоящим из 4-х баркасов и
нескольких мелких судов, подняться к Силистрии и прибыть
против крепости в одно время с сухопутным войском, а
отряду генерал-майора Жилинского, находящемуся в Слобод-
зее, велел я придвинуться к Дунаю и занять Калараш...
Все действие и все распоряжения мои основаны на
следующих соображениях: по всем доходившим и доходящим
до меня известиям, главная цель верховного визиря
состоит в том, чтобы сильного диверсией) в Валахии, которая
приближением армии турецкой приведена в крайний трепет,
расстроить общий план операций моих и принудить меня для
обороны земель, на левой стороне Дуная лежащих,
оставить все завоевания на правом берегу сей реки. Но удостоен
будучи высокомонаршия доверенности вашего
императорского величества и имея счастие предводительствовать
войсками российскими, я ни под каким видом желаниям его
соответствовать не намерен, а напротив того, скорыми и
быстрыми движениями имею я ввиду то, чтобы, буде только
возможно, поставить его самого между двух огней и
движениями корпуса генерал-лейтенанта Маркова озабочивать его
в рассуждении тыла его и процзвесть потрясение в самом
Константинополе чрез посредство овладения Мангалии и
посылаемыми к Базарджыку партиями. Вообще должен я, дей-
ствуя тремя столь слабыми корпусами , всячески стараться
вперить в неприятеля мысль, что я действую тремя сильными
армиями, в чем я по благости божией доселе и успел. Ибо
турки никоим образом себе представить не могут, чтобы то
же войско, которое 30-го августа завладело городом Кио-
стенджи, могло, сделав по вынужденным изворотам и при
сильных жарах от 26 до 30 градусов около 100 верст маршу
и пройдя места, почитаемые ими, особливо для артиллерии,
непроходимыми, 4-го сентября разбить при Рассевате
сераскира и соединенные с ним войска аянов Ромелийских, а
воображают себе непременно, что то была совсем другая
армия. Положение мое и положение неприятеля заставляют
меня и впредь, по мере возможности, держаться сих правил
и сего общего плана.
От генерал-лейтенанта Засса получил я 7-го сентября
донесение, что он с 5-го числа сего же месяца со всех сторон
начал бомбардировать Измаильскую крепость и что в то же
время употребляет он все меры для приискания способов к
склонению некоторых турецких в крепости чиновников на
нашу сторону.
Генерал от инфантерии князь Багратион.


Славная и сильная крепость Измаил, во все прежние с
Портою Оттоманскою войны причинявшая большую потерю
людей, ныне без пролития капли крови пала к освященным
стопам вашего императорского величества.
Капитуляцию генерал-лейтенантом Зассом в 13-й день
сентября заключенную и крепостный ключ ворот Бендерских
имею счастие при сем всеподданнейше представить.
Генерал от инфантерии князь Багратион.
ЦГВИА, ф. ВУА, д. 2927, л. 105.
1 Корпуса Маркова, Милорадовича и Платова.
2 14 [26] сентября русские войска под командой генерал-лейтенанта
Засса взяли Измаил, гарнизон которого насчитывал 4500 человек.


От министра иностранных дел господина действительного
тайного советника графа Румянцева! получил я из Фридрихз-
гама от 5-го числа текущего месяца депешу, в коей
уведомляет меня, что война со Швециею кончилась миром \
приносящим новую славу любезному отечеству нашему и
распространяющим обширные его пределы...
Я поспешаю донесть сие знаменитое происшествие,
новый блеск, новую славу и новое торжество империи
приносящее, до сведения всех чиновников и чинов всемилости-
вейше вверенной моему предводительству армии. Храбрые
и мужественные подвиги славного и непобедимого


российского воинства, которое, презирая не только все опасности,
но даже и препятствия природ и климата, по* снегу
жесточайшей зимы, в самые суровейшие морозы проходило
местами, чрез которые никто прежде их проходить не дерзал,
всюду поражало неприятеля и таким образом вселило в него
страх и робость, положило основание сему славному миру и
сему важнейшему для России приобретению, обеспечив тот
край 2 на будущее время от покушений неприятельских. Не
может не возрадоваться при сем известии сердце каждого
верноподданного всеавгустейшего нашего монарха, а
особливо должно оно принесть душевное утешение каждому
воину, видящему труды собратий своих и рвение их на
исполнение священной воли государя императора
увенчанными толико знаменитыми успехами...
Заключение помянутого мира придает империи
неисчислимые новые силы и предоставляет распоряжению его
императорского величества многочисленную армию,
украшенную уже лаврами неувядаемыми, которая может
обращена быть на одоление и покорение остальных врагов
отечества нашего, особливо же Порты Оттоманской.
Я несомненно надеюсь, что все вверенное моему
начальству войско, видя труды, верность, храбрость и
неустрашимость финляндской армии благословенными от бога толико
счастливым окончанием дела, усугубит свое усердие и рве-
ние к достижению той же цели и в сем краю и к покорению
под ноги его императорского величества врага веры и
отечества нашего. Сим единым средством может оно
содержаться достойным неизречимые милости всещедрого нашего
монарха, неусыпно пекущегося о незыблемом блаженстве
всех верных его подданных.
Генерал от инфантерии Багратион.

.
Два письма приятнейших ваших я имел честь получить, за
которые наичувствительнейше благодарю. Я не хочу более
ни распространять, ни уверять вас, сколь много вас люблю
и почитаю, ибо оно лишнее. Я вашему сиятельству
доказывал и всегда докажу мою любовь, уважение и нелицемерную
преданность. Я не двуличка. Кого люблю, то прямо; а
притом я имею совесть и честь. Мне вас невозможно не любить,
во-первых, давно вы сами меня любите, а во-вторых, вы наш
хозяин и начальников начальник. Я люблю службу и
повинуюсь свято, что прикажут исполню и всегда донесу, как
исполняю.
От всего сердца благодарю вас, мой почтенный
милостивец, за уведомление со шведами мира. Слава, слава богу!
Это важно для нас. Мне приятно и то, что и я также в тех
победах участвовал.
Признаюсь в откровенности, как чистой русской и
верноподданный нашему монарху: ежели бы умирать старику
фельдмаршалу Прозоровскому, лучше бы он умер 3 месяца прежде, и
теперь бы может и я вас поздравил с миром с Турцией, но поздно,
боюсь крепко дурной погоды и подвоз станет; ломка
престрашная в подвижных магазейнах.
Я могу быть до ноября месяца на подножном корму, но
далее нет возможности иметь на подводах сена, овса и
хлеба; а притом Дунай река самая бешеная, ни мосты не
удержатся и все можно испортить. Впрочем я доношу обо
всем моим всеподданнейшим рапортом.
Я, ваше сиятельство, истинно не дремлю и йе трушу и
свято пророчество ваше сбылось: Багратион сераскира в пух
разбил, Измаил взят; а теперь поздравляю вас с победою
также важною: разбил Платов славного и отчаянного Пег1-
левана К
Теперь обещаюсь поразделаться с Силистрией. Сия
крепость еще ни кем не была взята. Я счастлив тем, что уничтожил
план великого визиря. Перегнал его на мою сторону.
Избавил совсем Большую Валахию и Малую почти и тем я
оседлал совершенно Дунай. Но беспокоит меня Браилов; там
сильной гарнизон.
Есть у меня план, как и когда с ним поступить; но надо
сие препоручить благоразумному генералу. Засс хорошо
сделал, я им много доволен; но он также важен для меня по
движению его. Естли бы 10 дней прежде сдался Измаил, я
бы визиря отрезал с корпусом Засса от Шумли и поставил
бы его между двух огней или топиться в Дунай, но поздно
сдались и Засс ближе 10-ти дней не может быть в Кио-
стенджи, а там направлю его по обстоятельствам, куда' слава
потребует.
Правила мои, ваше сиятельство, вот каковы: не дремать
никогда и неприятеля не пренебрегать тоже никогда. Я
думаю и вы одного мнения со мною...
Прошу иногда простить мне, ваше сиятельство, естли дам
какие ошибки. Уверяю вас, что с намерением ничего
никогда, а разве от неведения; .но за то я человек, надо войти
и в мое положение; а - притом обширность края и край
пустой, степь да горы и, куда не сунусь, души христианской
не нахожу.
Цель была моя возбудить армию и сделать храброю. Я
вам без хвастовства говорю, что сделано и у меня: ступай
один русской против десяти2. Я сам с ними ничего не жалею.
Последнею копейкою моих верных и пою и кормлю и даю
им за отличия. Я лучше умру, нежели покажу из суммы
экстраординарной 3...
Умру честно и голой. Бог знает душу мою, сколь я
привержен монарху нашему и за то мне помогает.
Поздравляю вас еще с победою. Я думаю на сих днях
будет шибкая баталия, или уйдут. Визирь лукавит, как
лисица. Он выслал для избавления Силистрии 15 000
конницы, пехоты и янычаров отборных, из Туртукая против
меня; но он такую позицию занял, ни пехотою, ни кавале-
риею ничего важного предпринимать невозможно.
Вчерась хорошо мы их пощипали. Визирь, я думаю,
перегораживает свой отступ в Шумлю своим корпусом.
Чрез несколько дней, естли они ие выйдут из той
позиции ко мне, то я ухитрюсь к ним итти и напасть, как! снег
на голову; а притом надо войска оставить много и для
Силистрии, ибо гарнизон велик. Признаюсь, хлопот полон рот, а
надо успевать и не дремлю никак. Прощайте, дай бог
вам всякого блага и здоровья, а мне позвольте остаться
всегда с истинным высокопочитанием и преданностию вашего
сиятельства милостивого государя всепокорнейший слуга
князь Петр Багратион.

.. .
Сентября 8-го двинулся я из Рассевата к Силистрии. Со
времени подступления моего к сей крепости неприятельский
гарнизон, простирающийся до 12 тыс. человек, делал
неоднократные вылазки, которые все отражаемы были с большим
для него уроном. Между тем верховный визирь принял
твердое намерение преподать возможное пособие городу Сили-

стрии и на сей конец отрядил любимца своего трехбунчуж-
ного Мегмет-пашу Алепского, с подчиненными ему Пегли-
ван-агою, Бошняк-агою, двухбунчужным пашею Магмут-
Тираном, одним из первейших наездников албанских, и
другими начальниками с 15 тыс. войска, которые заняли весьма
выгодную позицию неподалеку от Силистрии вверх по
Дунаю. Они намерены были атаковать меня в то же самое
время, когда по взаимному их соглашению гарнизон
крепости сделает сильную вылазку. Генерал-лейтенант Платов с
корпусом войск расположен был в 10-ти верстах выше
Силистрии по дороге к Туртукаю. Сентября 23-го дня получил
он с передовых постов извещение, чта неприятель в
большом числе кавалерии идет к Силистрии, сбивает передовые
посты наши и преследует оные стремительно. Вследствие
чего генерал-лейтенант Платов, устроив пехоту в боевой
порядок на месте, с кавалериею двинулся вперед и по
приближении неприятеля ударил на него, опрокинул, поражал
и преследовал его не менее трех верст. Тут приспело
подкрепление к неприятелю, который, имев таким образом до
5 тыс. человек, остановился и стал паки сражаться. Тогда
генерал-лейтенант Платов сделал решительный удар,
который был сугубо успешен. Турки были разбиты и преследуемы
не менее 15-ти верст; в продолжение двух ударов и
преследований побито более тысячи человек. В плен взяты выше-
помянутый двухбунчужный паша Магмут-Тиран, разных
чиновников 10, военнослужителей 92; отбито два знамя, в том
числе знамя означенного паши. С нашей стороны главная
потеря состоит в храбром и отличном войска Донского
подполковнике Ефремове 3-м, кроме его убито 11 человек,
ранено 40.
Октября 9-го дня поутру рано получил я от
расположенного с корпусом войск в 10-ти верстах выше Силистрии
генерал-лейтенанта Платова рапорт, что отряженные от
верховного визиря под главным начальством трехбунчужного
Мегмет-паши Алепского войска турецкие гораздо противу
прежнего усилились, приближаются к нашему лагерю, нагло
наступают на передовые посты наши и сбивают оные,
стараясь пробиться к Силистрии. Я тотчас отправился сам туда
и нашел неприятеля близ деревни Татарицы в весьма
выгодной и укрепленной позиции. Невзирая на все сие и на
превосходство сил неприятельских, я решился 10-го числа
поутру рано его атаковать. Дело продолжалось самое
упорное почти до вечера, но храбростию войск наших
неприятель был сбит со всех пунктов, устроенная им на высоте
батарея нами занята, и он принужден был ретироваться в
укрепленную деревню Татарицу, потеряв убитыми более
600 человек и в плен нами взятыми до 200, да сверх того
16 знамен. Со стороны нашей потеря простирается человек
до 80-ти убитых и до 200 раненых. В то же самое время,
когда сие происходило при деревне Татарице, турки из
крепости Силистрии сделали весьма сильную вылазку, напрягая
все свои усилия, дабы пробиться сквозь войска наши для


соединения с войсками Мегмет-паши Алепского или для
нападения на меня с тылу. Сражение продолжалось восемь
часов с самым большим с обеих сторон напряжением, но,
наконец, принятыми генерал-майором Булатовым мерами
предположение неприятеля совершенно уничтожено и он
прогнан с большою потерею к самому городу. Со стороны
нашей во все продолжение сего упорного сражения убито
2 человека, ранено 51.
Я оставался в виду неприятеля на пушечный выстрел, но
как он занял весьма крепкую позицию, которою без штурма
овладеть нельзя, сверх того дошло к нему сильное
подкрепление из разных мест, да и сам верховный визирь со всеми
остальными его войсками приближился к помянутому
турецкому укреплению, то желая побудить его выйти из укрепленной
его позиции, дабы сразиться с ним в открытом поле, я отступил
до того места, где прежде сражения лагерь мой находился;
но неприятель не сделал ни малейшего движения, а
занимался единственно вящим укреплением своей позиции.
Между тем, как, с одной стороны, настало время
чрезвычайно холодное, истребляющее последний остаток
подножного корма, так что недостаток в фураже сделался весьма
ощутительным, с другой же — главная цель подступления
моего к Силистрии достижена освобождением Большой
Валахии от нападения неприятельского, обезопасением также
Малой Валахии и чувствительным облегчением Сербии,
откуда почти все войска турецкие отвлечены и обратились на
меня, то и решился я отступить от1 Силистрии к Траянову
валу, дабы приблизиться к Гирсову, где устроен мост, чрез
который доставляется продовольствие армии.
Изложив вашему сиятельству все происшествия на
правой стороне Дуная, я должен еще упомянуть о том, что
.случилось на левом берегу реки. Августа 29-го авангард
корпуса, в Валахии около Букарешта расположенного, имел
сражение с состоявшим из 6-ти или 7-ми тысяч человек
авангардом турецких войск, под Журжею находившихся,
разбил его совершенно и отнял у него три знамя. Сентября
13 дня славная и сильная крепость Измаил, имевшая 4 500
человек гарнизону и около 4 тыс, обывателей, сдалась на ка-
питуляцию, заключенную между генерал лейтенантом Зас-
сом и начальником помянутой крепости бывшим верховным
визирем Челеби Мустафою пашею. Нами взято там 257
артиллерийских орудий, 13 вооруженных судов, 21 знамя и
бесчисленное множество воинских снарядов и припасов,
между прочим 5 551 пуд. пороху и более миллиона патронов.
Отправляя с сим паки фельдъегеря Петровского, я
покорнейше прошу вашего сиятельства с возвращением его
удостоить меня сообщением известий о важнейших
происшествиях между Австриею и Франциею. Желание мое получить
оные усугубляется тем наиболее, что оборот, какой возьмут
дела там, должен иметь большое влияние на дальнейшие
операции здесь.
Генерал от инфантерии князь Багратион.

.
Всевысочайший вашего императорского величества указ с
генерал-адъютантом князем Трубецким удостоился я
получить сего ноября 16-го дня2.
Хотя и предпринял уже я было с войсками обратный
марш от Троянова вала и достиг ноября 15-го дня до Гир-
сова, переправив даже несколько полков чрез мост, но с
глубочайшим благоговением исполняю я священнейшую
волю вашего императорского величества и остаюсь здесь.
Тем не менее однако же верность и преданность моя к
освященнейшей особе вашего императорского величества,
неограниченное рвение мое к славе оружия вашего и любовь
к отечеству возлагают на меня столь же священную
обязанность изобразить здесь хотя вкратце все те, по мнению
моему весьма важные причины, которые мне представляли
явную и совершенную невозможность оставаться далее на
правой стороне Дуная, не подвергнув войск, моему
попечению вверенных, очевидной и неизбежной погибели и армии
Молдавской конечному истреблению.
Войска турецкие занимают города, крепости и вообще
места населенные, наполненные в продолжении нескольким
лет большими запасами всякого рода, которые остаются
всегда у них в тылу, и откуда они безостановочно и в
изобилии довольствоваться могут; напротив чего на всем
пространстве земли, начиная от Тульчи и Исакчи до Силистрии,
Базарджыка и Каварны нет ни единого обывателя, нет ни
жилища, ни пристанища, нет ни одного способа к
получению хотя малейшей части из самых первых потребностей к
физическому существованию людей и скота; даже самые
княжества Молдавии и Валахии ныне находятся в таком
положении, что они никаких способов не имеют доставить
армии необходимые для оной потребности. Представление
дивана молдавского, с коего имел я счастие поднести
вашему императорскому величеству копию, может служить
тому доказательством.
Со млеком материнским влил я в себя дух к
воинственным подвигам; отечество, меня питавшее, монарх,
возведший меня на столь высокую степень почести и вместе с тем
великих обязанностей, постепенно усиливали во мне сей
дух, составляющий, так сказать, вторую мою природу: вся
прошедшая служба моя может быть тому доводом. Кольми
паче в настоящих обстоятельствах, где существеннейшие
пользы и верховнейшее благосостояние моего отечества, где
слава толико облагодетельствовавшего меня монарха и где
собственная моя честь, которая мне дороже тысячи жизней,
того требуют, желал я обнаружить на самом деле колико
мне драгоценны и монарх и отечество и колико я усердно
желаю соделаться любви одного и милосердия другого до-
стойньм, По дальнейшим военным моим подвигам и
бог положил непреоборимые преграды. Пред неприятелем
сильным в стране, мне ни по которой части неизвестной,
находился я, упавши, так сказать, с неба с силами ни мало
неприятельским не соответствующими, при недостатке всех
к одолению врага нашего нужных способов, посреди и во
власти его. Вчетверо сильнейшее войско его в Рущуке, Тур-
тукае и Татарице, другой также весьма сильный
неприятельский корпус в Базарджыке, все способы его к получению
подкрепления, открытое для него море, все сие представляло
мне истребление армии либо мечем неприятельским, либо
голодом. Известно, что турки имеют превосходнейшую во всем
свете кавалерию; для побеждения ее нужны кавалерия и
артиллерия; но лошади кавалерийские и артиллерийские,
претерпевавши все недостатки в подножном корме, изнурены
были и не могли действовать с успехом. Все сии причины
заставили меня отступить от Силистрии и занять позицию,
которая более бы обеспечивала меня в продовольствии. При
Трояновом вале старался я навлечь на себя неприятеля,
дабы его побить; на каковой конец и посылал четверо-
кратно партии, дабы отыскать и тревожить его; но ничто не
могло его склонить оставить те позиции, где он имел
изобильное продовольствие. Мне же самому никоим образом
невозможно было итти ему навстречу, с одной стороны по
причине изнурения скота, а с другой по невозможности
продовольствовать войска в голой степи и влачить провиант и
фураж за собою на изнуренных и падающих от голода
волах. Наконец выпавший сильный снег и льдины на Дунае
было показавшиеся принудили меня оставить позицию при
Трояновом вале и стараться прежде нежели снесены будут
мосты пробраться на левую сторону Дуная для спасения
той армии, которая мне вверена и за сохранение которой я
пред богом, пред августейшим престолом вашего
императорского величества и пред отечеством ответствовать
обязан.
Цель, которую я себе при сем переходе представлял,
состояла в том, чтобы в продолжение четырех зимних месяцев
привесть войска в порядок, оправить их, одеть и обуть их,
ибо три дивизии не имеют ни шинелей, ни панталонов и
никто сапогов, и потом с наступлением ранней весны со
свежими, оправленными и всем снабденными войсками,
предпринять сильные движения противу неприятеля, дабы
достигнуть предначертания вашего императорского величества
и исполнить таким образом священнейшую волю вашу. Я
принял притом во уважение, что пребывание в течение зимы
армии на правой стороне Дуная доставило бы одну только
сию мысленную славу без всякой существенной пользы,
поелику в продолжение зимы я никак действовать не могу,
а напротив того, заняв зимние квартиры на левом берегу
помянутой реки, я бы в марте или уже, конечно, не позже
апреля перешел оную в трех различных пунктах с
исправною армиею и удостоверил бы тем самым успех моих
предприятий. Ранний переход, скорое и быстрое движение и
сильное и удачное при помощи божией действие вперили бы
более страху в неприятеля, нежели совершенно
бездейственное пребывание мое здесь во все продолжение зимы.
Опасение от разлития Дуная для перехода моего не
тревожило меня, как я имел счастие донести вашему
императорскому величеству во всеподданнейшем рапорте моем от 10-го
сего месяца под № 1148-м, при том же естли разлитие сие
долженствовало меня останавливать раннею весною в переходе,
то тем вящее тревожило бы оно меня, когда бы я решился
оставаться с войсками здесь; ибо тогда сие разлитие, буде
бы случилось в начале весны, пресекло бы коммуникацию,
и войска должны бы были неминуемо умереть с голоду.
Кроме всех тех причин, которые старался я согласовать с
существенною пользою Империи, со славою оружия вашего


императорского величества и с благосостоянием армии,
оставлении сей последней на правом берегу Дуная
представляло и ныне еще представляет мне следующие неприятные
и пагубные последствия: во-первых, вашему императорскому
величеству во всей подробности известно, до какой степени
болезнями, климату свойственными, умалилось число войска,
в распоряжении моем под ружьем состоящего; нет ни одного
баталиона, в котором бы половинное против комплекта число
могло быть в действии. Естли войска сии, претерпевающие
столь ощутительный недостаток в одежде и обуви, к
построению коей не имеют здесь ни удобности, ни способов,
оставить в одних палатках, без дальнейшего пристанища,
то, конечно, по крайней мере половина оных перемрет до
весны, из остальной же части едва ли останется половинное
число здоровых, и тогда на весне неприятель со свежими и
всем удовольствованными войсками прийдет. на меня и истре-
бцт тощие остатки сил моих; во-вторых, со времен
покойного генерал-фельдмаршала князя Прозоровского мага-
зейны учреждены в самой Молдавии и Валахии отнюдь не
по военному, но по мирному положению; я принял
командование армии в половине августа "и с первого приступа
должен был помышлять о главнейшем для меня по
высокомонаршей вашего императорского величества воле
предмете, то-есть о быстром движении вперед против неприя-
теля; следовательно, хотя бы и начал тогда преобразовать
весь план продовольствия, то бы недостало времени на
перевозку всего- потребного количества, когда бы я на
издержки и не стал взирать. Натура же земли здесь такова,
что все транспорты, долженствующие итти на воловьих
подводах в глубокой грязи, в болотах непроходимых и по
недостатку продовольствия не только претерпевают остановки,
но от беспрестанного падежа скота вовсе не доходят. При
таких обстоятельствах очевидно, что армия неминуемо
подвергнуться должна явному голоду. Правда, что турки имеют
способ доставлять продовольствие вниз по Дунаю водою,
имея достаточное число судов, но я, кроме одной флотилии
и судов, на оба моста употребленных, никаких других судов
в распоряжении моем не имею, да и долженствовал бы
всегда тянуть те суда вверх по реке, что також рождает
немалую тягость; в-третьих, предполагая мгновенно даже, что
изыскались бы еще какие способы к снабжению армии
провиантом, доставление фуража, а особливо сена, делается
совершенно невозможным. Ежедневное продовольствие
требует не менее 12 ты!с. пуд. сена в сутки; для возки сей
дневной пропорции в зимнее время потребно 500' пар волов,
которые делают в сутки не более 15 верст и притом съедают
из возимого ими сена не менее полутора пуд на пару в
сутки; а как большая часть запасов сена находится в трех,
четырех и пяти стах верстах отсюда, то очевидно, какое они
могут навезть количество сена. Надлежит же притом
принять во уважение, что сии самые волы и на обратный путь
должны иметь корм. Итак, никакому сомнению не
подвержено, что я должен необходимо! лишиться всех
кавалерийских, артиллерийских и подъемных лошадей, без коих
против турков действовать нельзя; в-четвертых, буде сохранить
позицию на правом берегу Дуная, то надлежит непременно
для некоторого сбережения войска стараться изыскать для
них какое-либо прикрытие и на сей конец построить им
землянки. Но и на то нет никакого способа в голой степи,
где нельзя сыскать и хворостинки. Недостаток дров столь
велик, что нечем будет войскам ни обогреться, ни теплую
пищу себе изготовлять и сие самое должно увеличивать и
болезни и смертность; в-пятых, увеличивающееся по всем тем
причинам число больных будет требовать отправления их в
гошпитали, но и тут по недостатку волов лишен я буду
возможности удовлетворить сей существенной обязанности
человечества.
Не могу также умолчать пред вами, всеавгустейший
монарх, ц то. что все таковые нужды и недостатки, претерпи
ваемые в Еойсках, причинят между ими сильные побеги, гей
наивящие, что турки ныне не только не принуждают их, как
пред сим бывало, к принятию магометанского закона, но
всячески их ласкают и доставляют им всевозможные
выгоды: зло же сие коль скоро вкоренится, причинит пагуб-
нейшие для армии последствия, нежели самый лютейший
неприятель.
Смущение душевное и самая верховнейшая степень
горести объемлют меня при сем начертании, ибо совесть и
звание, на меня высокомонаршею доверенностию возложенное,
долг верноподданнический и обязанность присяги принудили
меня изобразить все те обстоятельства, которые лишают
меня возможности ответствовать за целость и сохранность
армии, которою я теперь имею счастие
предводительствовать. И не сомневаюсь, что каждый, которому ваше
императорское величество местное исследование истины всего мною
показуемого поручить соизволите, вскоре в том
удостоверится.
Не собрал я в настоящих обстоятельствах наличных
генералов на военный совет, ибо зная совершенно мысли их, в
полной мере удостоверен я, что никто бы не согласился
подписать мнения, чтобы остаться с войсками здесь, а потому,
имея в виду единое строгое исполнение высокомонаршего
повеления вашего императорского величества, предпочел я,
жертвуя собою, принять единственно на себя таковую
решимость.
Все сии обстоятельства предаю на высокомонарший суд
вашего императорского величества. Но как бы то ни было,
исполняя священнейшую волю вашу, остаюсь я на правой
стороне Дуная до дальнейшего высочайшего разрешения, а
между тем принял уже тотчас все возможные меры к
продовольствию армии. Когда же вашему императорскому
величеству благоугодно, чтобы я непременно оставался здесь, в
таком случае осмеливаюсь всеподданнейше представить
вашему императорскому величеству, не благоугодно ли будет
высочайше повелеть, чтобы из бывшей Западной армии по
крайней мере три дивизии, а большею частию кавалерии, в
том числе и казаков не позже исхода февраля или начала
марта присоединились к армии Молдавской, коими бы я мог
с начала весны действовать, поелику на войска, здесь
остающиеся, ни под каким видом считать нельзя. Надобность
сия тем более соделывается нужною, что в будущую
кампанию по всем соображениям и по доходящим до меня
сведениям войска турецкие гораздо противу нынешнего будут
сильнее и многочисленнее.
93
О прочих же надобностях и недостатках армии всемилостевейше
мне вверенной, постепенно буду иметь счастие
всеподданнейше представлять вашему императорскому
величеству.
Генерал от инфантерии князь Багратион.


Вашему превосходительству уже давно известно, что я
имею твердое намерение переправить войска из Малой
Валахии в Сербию, сколько для преподания сербам нужной
помощи, столько и для учинения в соединении с силами
сербскими сильной диверсии в пользу тех войск, которые
будут действовать в других местах противу турков. Я как
прежде, так и ныне полагаю экспедицию сию возложить на
вас, зная, что многолетняя опытность ваша в службе,
приобретенная вами любовь народа сербского, основательное
познание земли не только в Малой Валахии, но и в Сербии,
обратятся при сем случае к существенной пользе службы, к
умножению славы оружия нашего и к личной чести и славе
вашей.
Разные однако же в течение времени встретившиеся
обстоятельства доныне воспрепятствовали мне привести сие
предположение мое в исполнение. Сперва чрезвычайно
умножившиеся под Журжею силы неприятельские не позволяли
мне достаточно вас подкрепить, к полному удостоверению
успеха предприятий ваших и к совершенному в то же время
обеспечению Малой Валахии. Одержанные турками над
сербами победы, занятие ими почти всей Сербии и набеги,
делаемые даже в Валахию, еще более связывали мне руки.
Потом, когда победами, одержанными над неприятелем
войсками нашими, турки побуждены были отступить из
Сербии, то вслед за тем обнаружились новые обстоятельства,
родившие опасность вторжения турков в Большую Валахию
и принудившие меня усилить отсюда корпус генерала от
инфантерии Милорадовича К Те же самые причины заставили
сего последнего присоединить к себе часть войск из отряда,
вами командуемого. Но теперь питаюсь я надеждою, что
'крепость Браилов в скором времени сдастся, и тогда буду
я в состоянии усилить войсками, там находящимися, корпус
генерала Милорадовича, от коего отделю потребное число
войск к вам. Таким образом недели чрез две или три дело сие
может принять свое течение. Цель моя состоит не только в
том, чтобы восстановить беспрепятственную коммуникацию
нашу с сербами, но как уже и выше упомянул я, в том,
чтобы преподать сербам существенную помощь и еще более,
чтобы сделать сильную с той стороны диверсию, разумеется,
однако же, в соединении с силами сербскими. На сей конец
полагаю я, что нужно! будет составить отряд ваш из 12-ти
баталионов пехоты с соответственною кавалериею и артил-
лериею, так что естьли отделить баталиона два для
составления гарнизона в Белграде 19 то бы оставалось при вас
для наступательного действия 10 баталионов. Войска же
сии при переходе их за Дунай должны непременно
снабжены быть на первый случай двух или трехмесячным


провиантом и ячменем или овсом.
Теперь, прежде нежели приступить к даче решительных
повелений, я поручаю вашему превосходительству с
возвращением сего нарочного представить мне мысли ваши, как на
счет возможности произведения сего плана в действо в
настоящее время года, так и особенно в возможной
подробности и полной откровенности мнение ваше и план будущих
военных операций ваших на правой стороне Дуная. План
сей должен быть основан на местных сведениях ваших о
положении земли, о обывателях и о настоящих силах
турецких. Я удостоверен, что искусство и опытность ваша будут
вам в том лучшими руководителями.
Самая первая статья, на которую теперь обратить должно
внимание, состоит в том, чтобы иметь достаточное число
судов не только для единовременной переправы войск с их
обозами, артиллериею и продовольствием, но и для
постепенного впоследствии времени доставления к вам как
продовольствия, так и воинских снарядов. Я знаю, что по
попечительное™ вашей имеете вы уже некоторое число судов,
но оно крайне недостаточно в соответственности
предполагаемого мною плана. А потому и предписываю вашему
превосходительству, не ожидая вторичного от меня разрешения,
тот час употребить все старание ваше к приобретению сколь
можно большего числа способных для переправы войск и
их надобностей судов теми способами, какие вы только
изобрести можете, хотя покупкою или даже построением. Я не
сомневаюсь, что обыватели Малой Валахии, по
приверженности их к вам, яко к их охранителю, преподадут вам все
возможные к тому пособия. Числ:о судов, должно быть сколь
можно большее, ибо легко статься может, что переправлю я
еще большее число войска, либо же употреблю суда сии в
другом месте. Буде вы найдете средство таким же образом
приобресть суда и по Ольте, то тем вяще удовлетворите бы
моей надобности по различным моим предположениям на
будущее время; какое число денег вам на сей предмет
нужно будет, о том стану я ожидать донесения вашего для
ассигнования вам оных.
Другой столь же важный предмет состоит в обеспечении
продовольствия имеющих перейти на правую сторону Дуная
войск. Сербия не преподаст к тому никакой надежды,
поелику она в продолжении минувшего лета разорена турками,
а Большая Валахия, так сказать, ничего не даст и сама
нуждается; доставление же из магазейнов молдавских, по
причине отдаленности, подвержено великим и
непреодолимым затруднениям. И так, на вас же возлагаю употребить
всю деятельность вашу, дабы искупить в Малой Валахии
сколь можно большее количество муки и ячменя по
установленной цене, то-есть муки по 3 рубли 75 копеек, а ячменя
по 2 рубли 50 копеек серебром. Сообразясь с количеством,
какое вы искупить будете в состоянии, снеситесь с
управляющим провиантским департаментом по армии господином
действительным статским советником Чевкиным, которого я
ныне о том извещаю для доставления потребной нам на то
суммы денег. Сей покупаемый вами хлеб должен
исключительно быть назначен для снабдения войск, имеющих с вами
переправиться на правый берег Дуная. Выше сказал я, что
означенные войска при переходе их должны снабжены быть
на первый случай двух или трехмесячным провиантом, но
естьли вы в состоянии будете вышеозначенною покупкою
обеспечить продовольствие оных на большее время, то тем
сугубую принесете пользу службе и сами удостоверите без-
нуждное пропитание тех войск, с коими вы участь вашу
разделять будете.
Толикократно испытанное отличное усердие ваше к
интересам всеавдустейшего монарха нашего удостоверяет меня
заблаговременно, что тщательным исполнением всех сих
поручений моих, не только оправдаете вы в полной мере не-
ограничеюую мою к вам доверенность, но и соделаетесь
высокомонар'шего благоволения ii_ милосердия достойным.
Обо всех прочих нуждах и надобностях, какие по мнению
вашему для предполагаемой экспедиции потребуются, буду
ожидать благовременных донесений ваших.
Генерал от инфантерии кн[язь] Багратион.


Имею счастие всеподданнейше донести вашему
императорскому величеству, что крепость Браилов сего ноября 21-го
дня сдалась победоносному оружию вашего императорского
величества на капитуляцию, заключенную между генерал-
лейтенантом Эссеном 3-м и начальниками помянутой
крепости Абдул-Рахман-пашею и Назырем-Ахмет-агою. На
основании оной два баталиона в числе 1 000 человек под
начальством генерал-майора Колюбакина в тот же день
вступили в крепость.
Ключи крепостные и копию с капитуляции при сем к
освященным стопам вашего императорского величества повергаю
чрез привезшего мне оные, находящегося при корпусе
генерал-лейтенанта Эссена 3-го, дежур-майора Эрна.
Вслед за сим буду иметь счастие представить ведомость
о числе артиллерии, знамен и прочего, с сею крепостию
приобретенного !. _ , „
Генерал от инфантерии князь Багратион.


.. .Коль скоро получил я первые известия о начатии
переговоров между генерал-лейтенантом Эссеном 3-м и
начальниками браиловской крепости, то тотчас обратил я полное
внимание мое на возможность приведения в действо преж-
него предположения моего об отправлении отряда ёойск п§
Малой Валахии на правую сторону Дуная в Сербию для
совместного ъ том краю с сербами действия противу сил
турецких. Вследствие того дал я о нужных к сему приготси
влениях ноября 17-го дня генерал-майору Исаеву
предписание, с коего осмеливаюсь поднести при сем копию 1 на
высокомонаршее благорассмотрение вашего императорского
величества. Из оного ваше императорское величество также бла-
гоусмотреть соизволите причины, которые доселе
препятствовали мне исполнить сие предприятие, о котором я никогда
помышлять не переставал.
Генерал от инфантерии князь Багратион.


Я ныне во второй раз прочел сообщенное ко мне от
военного министра по повелению вашего величества донесение
князя Багратиона от 17 ноября2.
Я не сумневаюсь, государь, в том, что единое средство,
которое осталось, есть позволить немедленно князю
Багратиону по предположению его переправиться по сю сторону
Дуная, приуготовиться к новой переправе весною и
овладеть небольшим числом крепостей, оставшихся у турков в
Молдавии и Валахии по обеим сторонам сей реки.
Я не признаю, государь, средство сие за лучшее; но вижу,
что кроме его никакого другого нельзя предпринять и,
основываясь на умных распоряжениях и усмотрениях
главнокомандующего армиею, полагаю, что всякое другое
предприятие будет пагубно. [граф Румянцев.]


Описываемые ваши затруднении 3 и невозможности в
расположении и действии вверенной вам армии за Дунаем в
.нынешнее время заставляют меня дозволить вам исполнить
па плану вашему; оставаясь в надежде и уверении, что вы
не упустите перейтить Дунай и действовать армиею с
наступлением весны, как возможно ранее, что становится в
рассуждении политических обстоятельств час от часу
необходимее.
Александр.


По собрании ныне войск и по приготовлении всего
потребного к предприятию предположенной под командою вашего
превосходительства экспедиции, на правую сторону Дуная в
Сербию, я признаю нужным предписать вам не теряя
времени приступить к исполнению и расположиться таким
образом, чтобы переход ваш чрез Дунай произведен был в
действо, конечно, не позже 1-го числа наступающего марта
месяца.
Входя в соображение мнения вашего относительно
военных операций ваших и доходящих сюда сведений о
расположении турецких войск, я представляю совершенно местному
рассмотрению вашему учредить переправу либо через остров
Альмаре, либо ниже онап> в удобном месте, но естьли пред-
приймете оную ниже, то необходимо нужно, чтобы
выдвижением некоторого числа войск подали вид, будто намерены
переправиться через остров, дабы скрыть от неприятеля
настоящее намерение ваше. По переходе главное и первейшее
дело ваше должно состоять в том, чтобы сильным, быстрым
и, так сказать, мгновенным движением овладеть Неготином,
тем самым пресечь сношения турецких войск, вверх по
Дунаю расположенных, с, крепостию Виддином. Недальнее
расстояние Неготина от берега Дуная и превосходные силы
ваши преподают к тому большую удобность; при всем том
надлежит вам обратить самое деятельное внимание на то, чтобы
во время сего предприятия не могли вы быть атакованы с
тылу. Утвердясь в Неготине и обеспечив переправу вашу
нужными укреплениями, надлежит вам пещись о
установлений свободного сношения между вами и сербами, дабы силы
сербские могли беспрепятственно к вам присоединяться и
совокупно с вами действовать к очищению всего тамошнего
берега Дуная от турецких войск. Взяв Бирзо-Паланку и
остров Альмаре, необходимость заставляет обратиться к Кла-
дову, ибо без занятия оного, вы при дальнейших операциях
ваших никогда в тылу обеспечены быть не можете и самые
транспорты, к вам идущие, подвержены) будут беспрестанной
и большой опасности. Тем не менее, однако же, строго
возбраняю я решаться на штурм; а когда сношение с Виддином,


откуда Кладова получает все потребности, пресечено будет,
то надеяться должно, что помощию тесной блокады, отнятия
средств к приобретению продовольствия и благоразумным
действием артиллерии крепость сия в скором времени
доведена будет к сдаче.
Гарнизона в Белград посылать вам не следует, дабы ни в
каком случае не раздроблять без крайней нужды войск, в
распоряжении! вашем состоящих.
Занятие укрепления, называемого Кастель, насупротив
Адакале, весьма полезно будет в том виде, дабы блокадою
острова принудить Реджеп-Агу к сдаче и таким образом
овладеть сим по многим отношениям важным для нас
пунктом; но блокадою сею вам самим отнюдь заниматься не
должно, а очистив от турков, как выше описано, правый берег
Дуная, надлежит вам занять по первоначальному
предположению вашему позицию на реке Тимоке, между Виддином и
Ниссою, и делать оттуда особливо посредством сербов
сильные поиски по Большой Константинопольской дороге, дабы
Виддин и Нисса не могли получать подкреплений ни
войсками, ни продовольствием.
Дальнейшие действия ваши зависеть будут от движений и
успехов остальных частей армии, а потому предварительно
нельзя сделать твердого об оных постановления; но в свое
время получите эы от меня нужные и обстоятельствам
соответствующие наставления.
Вот главные основания, которые я к руководству вашему
начертать признал за благо. Впрочем само собою разумеется,
что предприятия и движения неприятельские могут соделать
нужными некоторые перемены в сем общем плане а потому
и надлежит вам в таковых случаях поступать на основании
местных усмотрений ваших, в чем я совершенно на
многолетнюю опытность и искусство ваше полагаюсь.
Вместе с вами имеет переправиться в Сербию господин
действительный стат'ский советник Родофинйкии со всею ми'с-
сиею. Я снабдил его грамотою к начальникам, старейшинам
и народу сербскому, коею я всех их воззываю к
единодушному соединению всех ои1л сербских с войсками: российскими
на поражение неприятеля и увещеваю их во всех воинских
предприятиях следовать наставлениям вашим. Я не имею
надобности упоминать здесь о правилах, какие с сербами
наблюдать должно, ибо прежним с ними обращением вашим
успели вы приобресть их любовь и их доверенность, а потому
и) не сомневаюсь я, что вы таким же образом и; ныне в том
успеете, особливо приходя теперь в Сербию с гораздо
превосходнейшими силами, нежели тогда.
Обо всех действиях и успехах предприятий ваших имеете
мне почасту доносить чрез нарочных.
Генерал от инфантерии Багратион.


Дав вашему превосходительству все нужные разрешения
относительно военных операций предпринимаемой вами
экспедиции на пр-авую сторону Дуная, я должен обратить все
внимание и всю попечительность вашу еще на один весьма
важный предмет, тесно сопряженный с успехами
предстоящей кампаний и наблюдение и исполнение) коего я чрез сие
возлагаю на точную и личную ответственность вашу, яко
начальника помянутой экспедиции.
Вашему превосходительству не могут быть безызвестны
приказы, отданные в армию, как предместником моим, так й
мною относительно образа обхождения, который наблюдать
предписано в рассуждении болгар в городах, местечках й
селениях, на правой стороне Дуная обитающих. Правила сии
еще с вящею строгостию должны наблюдаемы быть в на-
ступающую кампанию, особливо же вами и войсками вами
командуемыми, поелику вы по основанию предначертанного
плана прежде всех прочих войск до мест болгарами
населенных достигнуть долженствуете; ибо устраняя даже вредное
впечатление, которое дурное обхождение с' единоверными
нам болгарами в самих сербах неминуемо произвесть должно,
всякая обида болгарам причиненная, всякое насилие или
исторжение, всякое разорение болгарских селений будет
переходить из уст в уста и причин'ит то пагубное для нас
последствие, что армия его императорского величества вместо
польз и еыгод, от болгар по всей справедливости и по
принятым мною мерам ожидаемых, найдет в каждом из них
непримиримого врага и неприятеля; Булгария же, будучи
весьма населена, в таком случае без всякого затруднения
может поставить 35 тыс. человек весьма хорошо вооруженных
и к войне приобыкших войск и, как тем, так й отнятием у
нас способов к продовольствию, причинит нам более вреда,
нежели вдвое сильнейшая армия турецкая. Из сего самого
ваше превосходительство можете усмотреть в)сю важность
предмета и все пространство обязанности вашей пред
государем и отечеством в точном и строгом наблюдении предна-
чертаемых правил.
По всем таковым уважениям, звание на меня
высокомонаршею доверенностию его императорского величества
возложенное обязывает меня предписать ои'м вашему
превосходительству, дабы вы при переходе вашем на правую сторону
Дуная отдали строжайший, приказ войскам, вами,
командуемым, и содержали оный известным всем чииам от старшего
до младшего, дабы никто неведением отговариваться не мог,
чтобы воинские чины со В1семи христианами, особливо же с
болгарами, на правой стороне Дуная живущими, обходились
братски и дружелюбно, ничего не исключая и самомалейшей
вещи насильственным образом не брали и не требовали,
жилищ, строений, полей, садов и1 всяких насаждений не
разоряли, скота и птиц домовых не отбирали и словом никаких
обид и притеснений не чинили. Естьли войска будут иметь
в чем-либо надобность, как, например, в дровах, в сене, в
соломе, в фураже зерном, в хлебе, в скоте на мясную порцию,
в подводах и Тому подобном, то требования должны быть
произведены от вас или от частного начальника, буде тако-
вый от вас к особой какой-либо экспедиции отделен будет,
и требования сии относить к старейшинам сел, деревень или
местечек, которым должно предоставлено быть делать самим
сбор или раскладку по их произволу, а прием надлежит
учреждать чрез посредство благонадежных и доброго поведения
офицеров, так чтобы при том ни малейшего оскорбления
причинено не было. Всему же, что таким образом с обывателей
взымаемо будет, надлежит при делах ваших вести точную
ведомость и представлять оную ежемесячно ко мне.
Отдание приказа, однако же, недостаточно, а надлежит
наблюсти за точным оного исполнением, и сие есть
беспосредственная обязанность ваша. Объявите^ при отдании
приказа, что все полковые, баталионные и прочие частные
начальники должны будут ответствовать за нарушение тех
установленных правил; в случае же противного сему поступка,
я чрез сие вас уполномачиваю всякому начальнику, в команде
коего таковое преступление случится, отказать от команды
и мне об оном донести. Над нижними чинами, которые
окажутся в том виновными, велите тотчас, яко над ослушниками
закона и нарушителями общего спокойствия, на месте
произвести краткий на основании воинских узаконений суд, так
чтобы оный кончен был сколь можно поспешнее и ни в коем
случае далее 48 часов не продолжался; буде наказание
превышает меру власти вашей, тогда имеете об оном тотчас
представить мне, и вы без малейшего замедления получите
разрешение; во всех же случаях наказание должно быть
произведено в присутствии тех обывателей, которым
причинена обида и претеснение. Главное же при сем
обстоятельство состоит в том, чтобы никакое преступление сего рода
не оставалось без наказания, и я удостоверен, что два или
наиболее три примера самой большой строгости в наказании
воздержат и всех прочих.
Что принадлежит до селений турецких, и до обывателей
магометанского исповедания, то сии последние должны все
быть военнопленными; могущие у них найтиться воинские
снаряды, провиант m фураж составляют казенное имущество;
из скота обращается в казну только та часть, которая
нужна на продовольствие войск мясною порциею. Строгим за
тем наблюдением уменьшится надобность в требованиях от
христианских обывателей, что всегда должно быть
предметом особенной попечительное™ вашей.
Прочее же все имущество турецкое, какого бы
наименования ни было, составляет добычь войска; остается вам
только благоразумным образом распорядиться, чтобы по сему
предмету не могли происходить раздоры между российскими
и сербскими войсками. При взятии турков в плен надлежит
строго возбранять отправлять их нагими, а следует оставлять
каждому одне сапоги, шаровары и куртку или что имеет;
ибо в противном случае казна же должна употреблять не
малые удержки на их одеяние.
Я строго запрещаю возбуждать болгар к поднятию оружия
противу турок, а следует только и беспосредственно и чрез
посредство их старейшин, особливо же чрез священников,
увещевать их оставаться спокойными! в их жилищах, обраба:
тывать их поля, пещись о их хозяйстве и доставлять
войскам российским те пособия, в которых они могут иметь
надобность. Но естьли бы случилось, что некоторые болгаре
сами собою захотят присоединиться к войскам сербским, то
сего во уважение к сербам возбранять не должно, однако
же с нашей стороны отнюдь к тому не поощрять.
Я остаюсь в полном удостоверении, что ваше
превосходительство исполните в точности все начертанные здесь мною
правила и преподадите мне тем самым случай об усердной


попечительное™, вашей к существенным пользам
государственным свидетельствовать пред престолом монаршим.
Генерал от инфантерии князь Багратион.


Всемилостивейший государь!
По возвращении моем из Браилова обратил я все мое
внимание на начатие ранней противу неприятеля кампании,
которая согласно высокомонаршей воле вашего императорского
величества должна быть решительна, и на сей конец
приступил я к составлению плана кампании.
Я при'знал в сем случае полезным пригласить к себе
корпусных начальников войск, сколько, с одной стороны, для
совещания и совместного рассуждения, столько, с другой, для
узнайия воинских понятий тех из них, с которыми я не
служил или которых я не видел действующими по собственным
предположениям,
Я предложил им на рассуждение картину настоящего
положения как нашего, так и неприятельского и цель пред*
стоящей кампаний запискою, с коей осмеливаюсь поднести
при сем копию. Вместе с тем поручил я им представить мне
мысли и рассуждения каждого о образовании! плана
кампании К
Мнение мое, которое по крайнему моему разумению
старался я основать на соображениях местных сведений и!
обстоятельств, равным образом к освященным стопам вашего
императорского величества повергаю, яко обязанность
прежнего моего звания2.
Но к приведению в исполнение сего плана моего я уже
приступить не мог, поелику мне вовсе не известно, будет ли
преемник мой3 с оным согласен, и не имеет ли он другого
плана в готовности. Коль же скоро' он прибудет, то не
премину я сообщить ему как мое мнение, так й мнение других
генералов.
Всемилостивейший государь! Вашего императорского
величества всеподданнейший князь Багратион.


Наступление ныне времени, в которое военные операции
должны паки восприять свое начало, возлагает на меня ту
великую обязанность, чтобы основать план кампании,
который бы с достоверностию мог довести к достижению
предначертанной от государя императора цели. Цель настоящей
войны есть двоякая, а именно: первая, всем войнам общая,
чтобы окончить ее счастливым м'иром; а вторая, сей войне
особенная, чтобы окончить ее непременно в продолжение
наступающей кампании.
Всяк конечно согласится со мною в том, что все
постановления человеческие получают и более твердости и более
основательности, коль скоро прежде учинения оных
подвергнутся совещанию мужей просвещенных и в той части
опытных. Важность же предлежащего предмета по вышепомяну-
тому начертанию монаршему требует крайней осторожности
и зрелых соображений, дабы принять меры к прочному и
непременному исполнению всевысочайшей воли его
императорского величества тесно и неразлучно сопряженной с
благосостоянием империи и с самыми важнейшими ее интересами.
В таковом положении дел признал я за благо собрать и
пригласить к себе г. г. корпусных начальников, дабы в
совещании с ними предопределить, поколику то возможно,
действия армии его императорского величества, моему
предводительству вверенной. Ибо к кому же более могу я в сем
случае обратиться, как не к тем сослуживцам моим, которые
и службою и трудами приобрели сведение и опытность в
военном искусстве, которые и в прошедшую кампанию,
начальствуя корпусами и отрядам'и войск, видели труды их
увенчанными благими успехами и которые, наконец, в
наступающую кампанию будут преимущественно разделять честь
и славу, оружием его императорского величества
приобретаемые.
Дабы установить план кампании, надлежит первоначально
кинуть взор на прошедшее, рассмотреть настоящее
положение и сообразить способы взаимных воюющих сил, а,
наконец, все то приноровить к местоположению той земли, в
которой военные операции происходить долженствуют.
Происшествия минувшей кампании хотя вам ni известны,
тем не менее, однако же, нужно мне до оных коснуться,
дабы извлечь из того заключения, могущие служить
некоторым руководством к установлению правил на нынешнюю
кампанию.
Предприятия, учиненные на Журжу и Браилов, нельзя
почесть началом кампаний, поелику неуспешность оных' не дала
ходу военным действиям. После того покойный предместник
мой, во исполнение неоднократных высочайших повелений
государя императора, предположил было перейти с армиею
на правую сторону Дуная, но- неготовность моста и
чрезвычайное возвышение воды положили непреоборимые к тому
преграды. При всем том помянутая решительность его
основана была на предположении, что верховный визирь в поле
не выступит; коль же скоро получил он известие из
Константинополя о выступлении верховного визиря с армиею, го
намерение его было выждать время, пока обнаружится, куда
визирь направит свое шествие, а между тем посылать отряды
войск за Дунай единственно для поисков и для занятия, бу-
де можно, укрепленных местечек на правом берегу Дуная,
против крепостей Измаила и! Браилова лежащих.
Предположение его состояло в том, что естьли верховный визирь рас-
положится перейти на левую сторону Дуная, то он намерен
был ему в том не препятствовать, а возвратя из-за Дуная
отряды войск, атаковать неприятеля здесь. О таковом плане
его донес он также государю императору. Между тем
первоначальные предприятия на правой стороне Дуная были
удачны и сие самое побудило его мало помалу усиливать отряды
за Дунаем. В течение всего того времени однако же силы
турецкие из Боснии, Албании и Македонии1 успели овладеть
почти всею Сербиею, а верховный визирь приближился к
Рущуку.
В таковом положении принял я в половине августа
месяца главное над армиею начальство и, вместе с наречением
меня к сему посту, получил я решительное повеление
государя императора, чтобы употребить всевозможные
напряжения к учинению сильных и быстрых движений противу
неприятеля на правой стороне Дуная.
Переход сил верховного визиря в Журжу, вторжения,
делаемые турецкими войсками в Малую Валахию, и значущие
силы неприятельские, находившиеся в крепостях Измаиле и
Браилове, остававшихся у меня в тылу, не позволили мне
усилить войск, действовавших за Дунаем, а требовали
непременно большого раздробления армий для ограждения всего
края от самой Орсовы до Черного моря от вторжений
неприятельских. Итак, не оставалось мне ничего иного делать, как
стараться быстротою движений изумлять неприятеля и
одерживать таким образом над ним те выгоды, которые только
можно было одержать в соображении крайней
ограниченности сил, в распоряжении моем состоявших. При помощи бо-
жией, при содействии подчиненных мне г. г. генералов и при
храбрости! войск наших, скорым и неожиданным подступле-
нием к Силистрии достигнута главная цель оного, силы
турецкие обратились противу меня и таким образом Сербия
спасена, а Малая и Большая Валахии освобождены от явной
опасности, которою угрожались. Другие выгоды, в общем
кругу действий наших чрезвычайно важные, состоят в без-
крово'пролитном покорении крепостей Измаила и Браилова,
которые уже впредь не будут требовать войск кроме одних
гарнизонов.
Невозможность силами, в распоряжении! моем сос?оявши-
ми, удостовериться в одержании победы над армиею
верховного визиря и все неисчислимые затруднения в
продовольствии, которые вам известны, принудили меня предпринять
обратный переход с армиею на левую сторону Дуная, дабы
дать войскам пооправиться, обмундироваться и снабдить
себя всеми необходимыми потребностями для приведения армии
в состояние раннею весною начать сильные действия противу
неприятеля К Завоеванные же нами места остались занятыми
значущим корпусом войск.
Сколь ни очевидны все выгоды, приобретенные
прошлогоднею поздно начатою и кратковременною кампаниею, тем
не менее, однако же, все вышеписанное ясно обнаруживает,
что выгоды сии не дали нам достигнуть той цели, о которой
я выше упомянул, то-есть заключения мира. Ибо
неоднократные опыты удостоверили, что к миру Порта не может быть
принуждена иначе, как разбитием армии верховного визиря,
а к сему не имели! мы необходимо нужных способов по
развлечении армии на множество частиц, порознь
действовавших; для чего самого и действий наших в настоящем смысле
кампаниею назвать не можно. Притом же Порта приняла
систему и наистрожайше подтвердила верховному визирю
всемерно избегать генеральной баталии в поле, а держаться в
укрепленных местах или в крепких позициях, что самое
чрезвычайно затруднять должно операции наши. Впрочем,
приняв начальство армии весьма поздно, не мог уже я тогда
образовать нового плана кампании, а должен был
довольствоваться тем, что время и способы позволяли!.
Теперь непременная высокомонаршая воля его
императорского величества есть, чтобы кампанию начать сколь можно
поспешнее переходом за Дунай и напрягать все усилия, к
тому, чтобы принудить Порту к скорейшему заключению мира
на установленном государем императором основании. А
потому самому план кампании должен основан быть на том
главном предположении, чтобы цель сия достигнута была,
без чего и обратный переход армии на левую сторону Дуная
места иметь не может.
Настоящее положение наше в сличении' с прошлогодним


представляет весьма много выгод. Ибо, во-первых, крепости
Измаил и Браилов, находясь ныне в руках наших, вместо
опасения, которое наносили, оставаясь в тылу армии, ныне
служат ей опорою, а неприятелю оплотом2; во-вторых,
Малая Валахия по принятым мною мерам, о которых ниже
упомяну, уже не подвержена более той опасности, коею в
прошлом году ежечасно угрожалась; в-третьих, мы в
состоянии начать кампанию в такое время, когда силы турецкие не
приобыклй еще выступать в поле и тем самым в состоянии
одержать над ними большой верх; в-четвертых, княжества
Молдавии и Валахии не подвержены уже более той опасно-
сти, которой подвергались, ибо в руках неприятели остается
на левом берегу Дуная одна только крепость Журжа и,
несколько мелких укреплений, так что не будет надобности
раздроблять армию подобно прежнему на множество частей.
Силы, в распоряжении моем состоящие, вам известны, а
потому в описание оных не имею я надобности вступать.
Хотя, |ci одной стороны, .положение наше и представляет
нам противу прошлогоднего множество выгод, но, не взирая
на то, положение неприятеля еще весьма удалено от того,
чтобы он был в необходимости просить мира, для чего
самого и усилия и напряжения наши должны быть весьма
велики. Неприятель имеет в распоряжении своем всю Болгарию,
край чрезвычайно плодородный и довольствующий всегда
всю армию турецкую. Не довольно того, Болгария еще
снабжает армию турецкую весьма значущим числом храбрых
воинов, к войне с младенчества приобыкших и весьма искусных
в занятии гор и в защищении оных. Повсюду в. Европе и
Азии разосланы самые строгие фирманы Порты к собранию
и вооружению всех обывателей, по словам их, на защиту
веры и прародительского достояния. Сам великий султан
намеревается выступить в Адрианополь и лично поощрять
воинство свое к подвигам храбрости и мужества...
JIo всем сим обстоятельствам и должны мы ожидать
противу нас гораздо сильнейшую армию неприятельскую,
нежели в минувшем году. Нынешние полководцы турецкие также
всякого уважения достойны. Верховный визирь Юсуф-паша
уже давно известен, яко человек отличившийся воинскими;
талантами и даже в новейшие времена в Египте противу
еойск французских. Пегливан-паша в прошедшую кампанию
обнаружил на самом деле, что сведения его в военном
искусстве гораздо превосходнее тех, которые мы привыкли видеть
в начальниках турецких. Таким же образом в различных
местах определены начальниками! воины храбрые m известные.
Сверх всего того весь край задунайский представляет нам
на каждом, так сказать, шагу либо крепость, либо
укрепленные места, в которых турки, как известно, чрезвычайно
упорно обороняются. Нет местечка, которое бы не имело своих
укреплений, и сие произошло от того, что уже более
пятнадцати лет частные начальники турецкие в Болгарии и Роме-
лии привыкли воевать между собою, когда нет1 внешней
войны, а потому делали укрепления для собственной обороны.
От сего-то и обыватели все к войне приобыкли.
Обстоятельство сие чувствительно умножает затруднения нам
предстоящие.
Описание положения нашего докажет вам истину правила,
что Нам неприятеля опасаться йе должно; но картина
положения турецкого подтвердит также правило, что неприятелем
пренебрегать нельзя и что потому со стороны нашей нужны
крайняя осторожность, твердые правила в действиях и
благоразумные распоряжения в употреблении сил наших.
Главнейшие пункты, в которых силы турецкие собраться
и сосредоточиться могут, суть Шумля и Базарджык. В
первом из сих мест имеет ныне верховный визирь, а во втором
Пегливан-паша пребывание свое. Нельзя с точностию
определить наперед, в котором из сих двух мест будет
главнейшее собрание сил неприятельских. В Шумлю собираются
войска [не] только из Болгарии, но и приходящие из
Константинополя сухим путем чрез город Адрианополь, равно как
и из Албании и других владений Порты Оттоманской; а в
Базарджык приходят не только сухим путем, но и водою
чрез Варну и другие береговые места. И так на оба сии
пункта должно быть обращено внимание наше, а не менее
того надлежит принять во уважение те крепости, которые
имеются впереди на самом правом берегу Дуная и
укрепленные места внутри земли находящияся.
В Сербию отрядил я генерал-майора Исаева с 12-ю бата-
лионами пехоты и 3-м'я полками казачьими для совокупного
с силами сербскими действия противу неприятеля. Я
возложил на него предпринять переход чрез Дунай не позже
1-го марта, стараться тотчас овладеть Неготином, потом
обратиться к Бирзо-Паланке и Кладову и таким образом
очистить от турков правый берег Дуная вверх от Виддина; по
совершении же сего взять позицию на реке Тимоке для
пресечения коммуникаций между Виддином и Ниссою и делать
поиски по Большой Константинопольской дороге; но далее
с отрядом не итти;, в ожидании новых от меня предписаний.
По дошедшим слухам, что Пегливан-паша намеревается
при первом открытии подножного корма выступить из Базар-
джыка противу корпуса гирсовского, я намерен достаточно
усилить теперь же войска, там находящиеся, дабы они могли
качать свои действия против неприятеля, буде означенные
слухи окажутся справедливыми.
Изобразив вам таким образом во всей подробности
настоящее положение дел, я предлагаю каждому из вас
представить мне письменно мысли свой о образовании плана
будущей кампании, который бы был сообразен описанному здесь
положению.
Я должен, однако же, еще здесь упомянуть, что при
составлении плана сего два главные правила неотложно
наблюдаемы быть долженствуют, и имянно: первое, чтобы кам-
пания была решительная к точному и непременному испол-
нению высокомонаршей воли государя императора и к
охранению .благосостояния империи, второе, чтобы начать кам
панию сколь можно поспешнее, к чему погода нам толико
благоприятствует.
По получении мною мыслей и рассуждений ваших, мы
войдем в общие соображения и я сообщу вам также мое
мнение.
Генерал от инфантерии князь Багратион.


Дабы составить план предприемлимой кампании,
надлежит положить основанием точное соображение сил, в
распоряжении главнокомандующего состоящих. Из
прилагаемого при сем расписания явствует, что ограничив до самого
нельзя гарнизоны в крепостях и городах и внутренние
надобности, потребно для того 13 баталионов пехоты и 4
полка казачьих; на флотилию необходимо нужно 5 баталионов;
для ограждения Малой Валахии от набегов турецких со
стороны Виддина и Кладова и для обережения магазейнов в
Крайове и Слатине назначается 5 баталионов пехоты, 5
эскадронов кавалерии, 1 полк казачий и полроты конной
артиллерии. Отряд, в Сербию отправленный, составлен из 11 -ти
баталионов пехоты, 3-х полков казачьих, полуроты
батарейной артиллерии и полуроты конной артиллерии. Для блокады
крепости Журжй, для занятия Турны, Зимницы и Слободзеи,
для Каларашского поста противу Силистрии й для
внутренних гарнизонов необходимо нужно 20 баталионов пехоты,
15 эскадронов кавалерии, 3 полка казачьих, полторы роты
батарейной артиллерии, полроты копной артиллерии, 5 рот
осадной артиллерии и полроты, пионер. Из числа назначенных
в Малую и Большую Валахию 20-ти1 эскадронов кавалерии
могут со времени отделены быть 5 эскадронов для
подкрепления отряда в Сербии. И так, за всеми таковыми расходами
остается сверх отряда сербского для действия на правой
стороне Дуная 83 баталиона пехоты, 95 эскадронов кавалерии,
16 толков казачьих, 6 рот батарейной артиллерии, 4х/2 роты
конной артиллерии и 2 роты пионер.
Нет никакого сомнения, что для достижения це!ли!
настоящей войны надлежит обратить главные силы на
центральный сборный пункт войск турецких, то-есть на Шумлю. И
для того полагаю я составить главный или центральный
корпус армии самым сильнейшим, дабы прямейшим и
кратчайшим путем, то-есть переходом близ Туртукая, * итти на
Шумлю и атаковать армию верховного визиря там, где оная
встретится. Но естьли оставить из виду крепости, в тылу
остающияся, силы неприятельские справа и слева, могущие
сделать сильные диверсии и даже самый тот корпус
тревожить с флангов, перехвачивать транспорты и пресечь оному
коммуникацию с левым берегом Дуная, то предположенная
цель достигнута быть не может. Не малые силы турецкие
находятся в Базарджыке под предводительством Пегливан-
паши1., а весьма значущие в Варне, которые беспрестанно
подкрепляемы быть могут из Константинополя и из Азии.
С правой стороны Никополь находится в центре! всей
Болгарии. Окружающие оный уезды преимущественно пред
всеми прочими наилучше обработаны и наиболее населены как
христианами, так и, турками, которые весьма к войне прйо-
быкли. Знатная сила и почти все продовольствие армии
турецкой получается из уездов по сию сторону Балканов.
Естьли всех тех военных обывателей оставить спокойными
и безопасными в их уездах, то побегут они на помощь
других уездов атакованных, но коль скоро угрожаемы и
атакуемы будут сами, то магометане поспешат спасать свои
семейства и! свое имение и не захотят, ни не возмогут итти на
помощь других уездов верхней и нижней Болгарии. Тогда у


неприятеля отнимется способ набирать там войска, а хлеб и
фураж обратятся в пользу армии нашей, особливо естьли со
всею строгостию соблюдены будут правила дружелюбного
обхождения с христианскими обывателями и они ограждены
будут от всяких обид и притеснений.
По всем таковым соображениям признаю необходимо
нужным разделить вышеупомянутые остающиеся в распоряжении
главнокомандующего войска на три корпуса, которые
должны наступать: один со стороны Гирсова, другой от Туртукая,
а третий от Никополя. (Сей последний должен состоять из
18-ти баталионов пехоты, 15-ти эскадронов кавалерии, 3-х
полков казачьих, 1-й роты батарейной артиллерии, полуроты
конной, полуроты пионер и полуроты понтонной. Он•переп-
равится чрез Дунай в трех часах выше того города, где
турки всегда опасались перехода, поелику река там гораздо
уже, нежели в прочих местах. Для учреждения переправы
имеется построенных по предписанию моему 15 способных
к тому судов, а к устроению моста велено собрать около
30-ти судов на Олте и Жии1 и строятся уже 80 новых
понтонов наподобие тех, из коих составлен мост Шрсовский.
Корпус сей по переходе должен стараться тотчас, овладеть
Никополем. Положение его не позволяет долговременного
сопротивления, при том же не может он получить помощи
ниоткуда, кроме из Систова, который зависит от Бошняк-
Аги, непримиримого врага аяна Никопольского, так что ни
Бошняк-Ага не захочет послать ему помощи, ни он принять
ее. Взятие сего города заставит и Турну сдаться. По
занятии Никополя один отряд сего корпуса, из 6-ти баталионов
пехоты, 5-ти эскадронов кавалерии! и одного казачьего полка
состоящий, пойдет на, Плевну, Ловчу, Рахову, Братцу и
Берковцу. Надеяться должно, что местечки сии сдадутся без
дальнего сопротивления, ибо они имеют либо весьма мало
артиллерии, либо вовсе никакой и рвы их не суть ни широки,
ни глубоки.
От, Берковцы до Виддита, или до того места, где возьмет
позицию генерал-майор Исаев на реке Тимоке, не более
16-ти часов или 80-ти верст; а как е!му предпи'сано делать
поиски вперед по большой Константинопольской дороге, то
сим способом и может учредиться связь и сношение между
теми двумя отрядами. Остальная часть сего корпуса, состоя
из 12-ти баталионов пехоты, 10-ти эскадронов кавалерии и
2-х полков казачьих с батарейною артиллер-иею, пойдет от
Никополя к Систову. Рвы сего города более уважительны, в
оном находится также некоторое число артиллерийских
орудий, к обороне же своей может он собрать до 2 тыс.
человек; но домы в оном чрезвычайно стеснены, так что они
действием артиллерии вскоре разорены и обыватели к сдаче
принуждены быть могут. Турки в Зимнице поспешат
очистить укрепление сйе, коль скоро увидят, что Систов атако-
вай. От Систова отряд сей пойдет к Тирнову, который по
причине чрезвычайного стеснения домов также действию
артиллерии противусто'ять не может. По занятии же Тирнова
отряд сей должен обратиться к Рущуку и маскировать 1 сию
крепость.
Корпус, который двинется со стороны Туртукая, должен
состоять из 40 баталионов пехоты, 55-ти эскадронов кавале-
рии, 8-ми полков казачьих, 4-х рот батарейной артиллерии.,
3-х рот конной артиллерии и полутора роты пионеров. Дабы
предпринять переход чрез Дунай, я сделал уже все нужные
распоряжения, ^тобы перевезти! туда мост Галацкий, и
операция сия в непродолжительном времени произведена будет
в действо. Корпус сей должен тотчас взять Туртукай, дабы
иметь твердую ногу на правой стороне Дуная, а потом
пойдет к Разграду, занятием коего пресечена будет
коммуникация между Шумлею и: Рущуком, и сей последний город не
в состоянии будет получить какую-либо помощь из Шумли
или из-за Балканских гор.
Правда, что естьли бы не посылать корпуса на Никополь,
то бы корпус, переходящий при Туртукае, мог быть 15-ю ба-
талионами пехоты, 10-ю эскадронами кавалерии и одним
полком казачьим сильнее, но, с одной стороны, потерялись бы
из виду все весьма значущие выгоды, приобретаемые, как
выше описано, действием корпуса Никопольского, а с
другой, корпус Туртукайский во всех обстоятельствах
долженствовал бы отделить от себя вправо не менее 10-ти баталио-
нов пехоты и 10-ти эскадронов кавалерии с одним полком
казачьим для маскирования Рущука, что уже возлагается
на корпус Никопольский. А потому отделением сего
последнего убавляется весьма мало сил от главного армии корпуса
в сравнении тех выгод, которых от такого отделения по всей
справедливости ожидать можно.
По взятии Разграда, главный армии корпус останется там
дотоле, доколе корпус Никопольский успеет прийти
маскировать Рущук и учредить коммуникацию с Разградом. Тогда
только можно итти на Шумлю, ибо, отправясь ранее, корпус
сей подвергается опасности быть атакованным в тылу
гарнизоном Рущукским.
Далее от Шумли операции сего корпуса зависят от
обстоятельств и от движений неприятельских.
Корпус, который двинется из Гирсова, состоять будет из
25-ти баталионов пехоты, 25-ти эскадронов кавалерии, 5-ти
полков казачьих, одной роты батарейной артиллерии, одной
роты конной артиллерии и полуроты пионеров. Он разделится
на два отряда. Один из 10-ти баталионов пехоты, 10-ти
эскадронов кавалерии, двух полков казачьих и полуроты конной
артиллерии будет маскировать Силистрию и употребит все
способы к учреждению связи с главным армии корпусом,
коль скоро займет оный Разград, ибо до того времени
другой коммуникации с левым флангом не будет, как только
чрез левый берег Дуная. Другой отряд, составленный из
остальной части войск сего корпуса, пойдет к стороне Варны
и Базарджика, дабы наблюдать oбa сии места, содержать
войска оных в почтении и возбранять им делать какие-либо
движения; наступательно же действовать ему только тогда,
когда обстоятельства представят верные и несомнительные
выгоды.
Весьма легко статься может и даже вероятно, что турки,
по получении известия о переходе нашем, стараться будут
сосредоточить силы свои в Базарджыке или Шумле. Естьли
войска из Базарджыка захотят итти в Шумлю, то они
должны быть атакованы в пути отрядом Гирсовским; естьли же,
напротив того, верховный визирь из Шумли захочет
соединиться с войсками в Базарджыке, то тогда должно будет
его атаковать с двух сторон, то-есть, с одной — главным
армии: корпусом, а с другой — отрядом Гирсовским.
Коль скоро корпус Гирсовский двинется вперед и один
отряд пойдет к Силистрии, то флотилия, назначенная к
действию на Дунае, за исключением той части, которая должна
оборонять гирлы Дунайские, имеет подняться вверх по реке.
Один отряд останется против Силистрии для блокады ее, а
остальная^ часть должна пройти мимо крепости, во чтобы
ни стало, дабы охранять мост туртукайский и нашу
коммуникацию, а при том, буде возможность откроется, пресечь
сношения между Журжею и Рущуком.
Когда войска предпримут переправу чрез Дунай, то в то
же время корпус, в Большой Валахии остающийся, должен
стараться овладеть Слободзеею и потом сколь можно теснее
блокировать крепость, на каковый конец и нужна осадная
артиллерия. Таким образом совершенно" ограждена будет
Большая Валахия от всякого неприятельского вторжения и
надеяться можно, что при исполнении вышеописанного плана,
при угрозах, делаемых самому Рущуку, и при искусной
блокаде Журжи крепость сия сдастся.
Единовременное нападение на неприятеля с центра и с
обоих флангов должно непременно распространить тревогу,
неустройство, страх и беспорядок между турками; они не в
состоянии будут преподавать друг другу руку помощи и
таким образом можно надеяться одержать над ними большие
выгоды.
Хотя все сии предположения и преподают надежду в
счастливых успехах, однако же обязанность главнокомандующего
требует также обратить внимание на те преграды, которые
неприятель ему поставить может в исполнении его плана.
В таковом соображении нахожу я, что турки имеют самую
большую удобность войти в озеро Разельм и там или же в
другом береговом месте, как то в Караормане или Каргальг-
e, высадить войска и, таким образом турнировав левый
фланг армии, произвесть столь сильную диверсию, что
армия должна будет ретироваться. Для предупреждения сего
и для обеспечения совершенно открытого левого фланга
армии, следовательно для удостоверения кампании, которая
должна быть решительна, признаю я необходимо нужным,
чтобы черноморский флот наш выступил в море, занял двумя
фрегатами ц несколькими мелкими судами озеро Разельм и
крейсеровал бы близ черноморских берегов турецких, вос-
претя строжайше проход всем вообще турецким судам из
Константинополя в Варну и другие пристани.
Таким только образом может неприятель лишен быть
способа усилить войска свои против левого нашего фланга и
доставлять туда продовольствие. Когда же операции будут
счастливы и отряд Гирсовский успеет и в состоянии будет,
заняв Базарджык, после овладения главным армии корпусом
Шумлею, беспрепятственно подступить к Варне, то тогда
бомбардирование сей крепости со стороны моря также
необходимо потребно.
Генерал от инфантерии князь Багратион.


По имянному его императорского величества высочайшему


указу, на имя мое последовавшему, государю императору
благоугодно было снизойти на всеподданнейшее мое
прошение и уволить меня для излечения болезни на 4 месяца; на
место же мое возведен на степень главнокомандующего
г-н генерал от инфантерии граф Каменский 2-й, которому
вследствие того и сдал я главное над армиею начальство.
Во все время моего предводительства армиею каждый
подвиг, каждое предприятие войск его императорского
величества, под моим начальством состоявших, ознаменованы были
щастливыми успехами; важные приобретения, победы над
неприятелем одержанные принесли и пользу отечеству нашему,
и честь войскам, и славу оружию его императорского
величества. Более же сего служит мне утешением то, что все
победы над неприятелем в поле, что все осады славных
крепостей сопряжены были с весьма малозначущею потерею храб-
рых воинов российских. Невзирая на великие усилия турков,
не удалось им ни единожды приобресть какую-либо над
нами выгоду, ниже пользоваться какими-либо транспортом или
же фурою из обоза армий. Напротив того, всюду й во всех
покушениях обретал неприятель только собственную гибель.
Мудрые предначертания государя императора, которым я
всегда сообразовался, положили всем тем успехам основание.
Но приведение в действо, после всесильной помощи божией,
должен я приписать неутомимому усердию, искусству и
попечительное™ господ корпусных, отрядных, полковых и
прочих частных начальников, которые, прилагая труды к трудам,
тщились исполнять распоряжения и предположения мои; все
господа штаб и обер-офицеры, содействуя своим
начальникам, споспешествовали к достижению желаемой цели, а
нижние чины, следуя примеру своих ) начальников, всюду и во
всех делах давали новые опыты той ни с чем неуподобляе-
мой храбрости и неустрашимости, которые приобрели войску
российскому первенство пред ¦ прочими войсками в Европе.
С восторгом душевным был я толикократным о>чным
свидетелем, до какой степени с провозглашением имени
монаршего воспламенял дух воинства к подвигам отличного мужества
и беспримерной храбрости.
Оставляя ньше армию, я священнейшею обязанностью моею
поставляю засвидетельствовать здесь торжественно
совершенную мою признательность и благодарность как всем
господам корпусным и отрядным начальникам и! прочим
генералам, равно штаб и обер-офицерам, так и всем и) каждому из
нижних военных чинов, которые, служа со мною и имея
беспрестанно ввиду строгое исполнение их обязанности пред
монархом № отечеством, вместе с тем дали несомнительные
доказательства полной их ко мне доверенности. Отдаю
также совершенную справедливость за соблюдение во всех
частях надлежащей воинской дисциплины и чинопочитания и
за единодушие,; которое царствовало в точном исполнении
предписаний начальства к пользе службы государя
императора.
Особенную должен 'я принесть благодарность и господам
генералам и всему войску вообще за ту любовь, которую
они мне во всех случаях обнаруживали и которая составляла
верховнейшее мое удовольствие посреди их и в часы
сражения, и в походах, и во в'сех трудах, ими переносимых.
Навеки! запечатлена она в сердце моем неизгладимыми чертами
и удостоверение в том увожу я с собою, яко отличную
награду, которая на всю жизнь мою будет сладчайшим для ме(-
ня утешением. Усерднейшие мои желания и мольбы ко все-
вышнему богу всюду сопровождать станут здешних моих
сослуживцев к умножению их славы и к совершенному их
благополучию.
С победами встретил я армию при вступлении моем в
главное над оною начальство; с победами расстаюсь с нею.
Генерал от инфантерии кн[язь] Багратион.


Имянным указом, последовавшим ко мне сего 7-го августа,
назначен я главнокомандующим армиею, в управлении вашем
состоящею, с присоединением ко оной войск 2 гренадерской,
12 и 18" пехотных дивизий из Молдавии, к Каменец-Подольску
следующих, почему и рекомендую вашему
высокопревосходительству по делам службы, во всем относиться ко мне в
Житомир1., куда я непременно прибуду 6-го сентября, а до
того времени я предписал всем г. г. дивизионным -начальникам
относиться к вашему высокопревосходительству, разве что
важное случится, то доносить и мне с нарочным по дороге
от Киева до Тулы.
Генерал от инфантерии князь Багратион.


Высочайший вашего императорского величества рескрипт
от 7-го августа2 удостоился я получить 13-го сего же месяца
Владимирской губернии bi селе Симе. К крайнему прискорбию
моему простудная лихорадка не позволила мне тотчас
отправиться к месту, мне высочайше назначенному. При всей
слабости здоровья моего прибыл я однакоже в Москву, и
непременно по отдохновении выеду отсюда чрез пять дней в
Житомир. Между тем сделал я генералу от инфантерии
Дохтурову и всем дивизионным начальникам надлежащие
распоряжения. О чем вашему императорскому величеству
всеподданнейше щастие имею донести.
[Князь Багратион.]


По высочайшему государя императора соизволению, армия,
расположенная на Больше, Подоле и Киевской губернии, все-
милостивейше вверена моему командованию.
Долгом моим поставляю уведомить о сем ваше
высокопревосходительство и просить почтить меня вашим уведомлением,
что у вас случаться будет по операциям, когда что найдете
нужным для сведения моего.
[Князь Багратион.]


Имею щастие донести вашему императорскому величеству,
что я вступил в командование всемилостивейше мне
вверенной армии сего сентября 2-го, а прибыл в Житомир 8-го числа.
В проезд чрез Киев я осмотрел крепость и арсеналы,
которые нашел весьма в хорошей исправности. Аммуниции и
нужных к тому потребностей находятся весьма избыточно и
хорошо оберегаются. В местечке Белой Церкве
расположенной Екатеринославской кирасирской полк я нашел в ученьи
и по внутренним частям доведенный до лучшей степени совер-
шенства. В городе Маяновке Татарской уланской, а Берди-
чеве Черниговской драгунской полки, также нашел довольно
твердыми в ученьи по точным правилам и прочие часта полка
в хорошем устройстве.
Чрез неделю, ежели здоровье мне позволит, я отлравлюсь
в Дубно к генерал от инфантерии Дохтурову осматривать
полки высочайше вверенного ему 4-гсх корпуса и в каком
состоянии и устройстве их найду буду иметь щастие вашему
императорскому величеству всеподданнейше донести.
[Князь Багратион.]


Так как ваше превосходительство находились старшим
командиром над всей артиллериею высочайше вверенной мне
армии, Tjo с получения сего предписываю подробно мне
донести, в каком состоянии находится подведомственная вам
артиллерия. Нет ли недостатка в людях и, ш случай какого
движения, в лошадях? Комплектны ли у всех снаряды и
прочие припасы? Исправны ли всех калибров орудия? Где
находятся запасные парки? Каковы они и другие части!,
принадлежащие команде вашей, и от которого числа ваше
превосходительство производили им последний осмотр?
[Князь Багратион.]